Си Цзиньпин. Новая эпоха - Юрий Тавровский

Из всех подписанных в мае 2015 г. заявлений, соглашений и обсужденных новых проектов сотрудничества в последующие годы чаще всего вспоминают и комментируют один документ. Он называется «Совместное заявление России и Китая о сотрудничестве по сопряжению строительства Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шелкового пути».

Значение этого текста, на мой взгляд, состояло в том, что российская поддержка инициативы Си Цзиньпина о создании Экономического пояса Шелкового пути (ЭПШП) впервые была зафиксирована специальным документом, а не устным заявлением или параграфом в многопрофильном документе.

Точно так же китайская сторона официально поддержала «авторский» проект В. В. Путина по созданию Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Не секрет, что в мировом экспертном сообществе и та и другая инициативы поначалу рассматривались как проявление соперничества России и Китая на постсоветском пространстве и особенно в Центральной Азии. Попытки поставить под вопрос истинные мотивы двух интеграционных инициатив, противопоставить позиции лидеров двух стран, посеять между ними недоверие особенно активизировались в 2015 г. Тогда уже стали очевидны преимущества новой модели интеграции для постсоветских государств, вошедших в ЕАЭС, а также первые, но уже впечатляющие успехи реализации инициативы «Пояс и путь».

Майское заявление 2015 г. о сопряжении ЕАЭС и ЭПШП имело стратегическое значение – оно определяло новое и очень перспективное направление сотрудничества Москвы и Пекина. Ставилась новая долгосрочная цель – продвижение к зоне свободной торговли между ЕАЭС и Китаем. Сфера действия документа выходила далеко за рамки даже этих масштабных отношений и, с учетом сферы действия китайского «Пояса и пути», охватывала всю Евразию.

Значение документа состояло и в том, что в нем было подробно расписано задание для министерств и ведомств обеих стран, фактически «дорожная карта». Разработать и подписать соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве; упростить инвестиции и реализовать крупные совместные проекты индустриальных парков, трансграничных зон экономического сотрудничества; реализовать проекты совместного развития логистики, транспортной инфраструктуры и интермодальных перевозок; обеспечить совместимость правил и норм в области торгово-экономических связей; расширить сферу расчетов в национальных валютах, укрепить сотрудничество финансовых институтов, включая Фонд «Шелкового путь», Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, Межбанковское объединение ШОС.

На трибуне ворот Тяньаньмэнь Си Цзиньпин и В. В. Путин принимают парад по случаю 70-й годовщины Победы Китая в войне сопротивления Японии и окончания Второй мировой войны. Сентябрь 2015 г.

В 2015 г. В. В. Путин и Си Цзиньпин встречались еще четыре раза. 8–10 июля в Уфе, главном городе российской Башкирии, прошел VII саммит БРИКС, на котором среди других решений выделились официальное создание Нового банка развития БРИКС с капиталом в 100 млрд долларов и ускорение перехода всех пяти стран на торговые расчеты между собой на национальные валюты. На проходившем одновременно саммите ШОС было утверждено решение начать процедуры приема в состав организации Индии и Пакистана, двух влиятельных держав Евразии.

Уже через несколько недель, 2–3 сентября, Си Цзиньпин принимал В. В. Путина как главного гостя на торжествах в Пекине по случаю празднования 70-й годовщины Победы Китая в войне сопротивления Японии и окончания Второй мировой войны. Эти торжества прошли в КНР впервые, они по-новому расставили акценты во всей послевоенной истории страны, подчеркнули единство китайской нации в противостоянии внешним угрозам. Еще раз и очень убедительно прозвучало напоминание о многолетних традициях военной взаимопомощи Москвы и Пекина, их исторической ответственности за судьбы Азии и всего мира. Стоя рядом на трибуне Тяньаньмэнь, В. В. Путин и Си Цзиньпин приветствовали безупречную выучку маршировавших китайских бойцов и русских гвардейцев Преображенского полка.

Для углубленного анализа быстро меняющейся международной обстановки, уточнения позиций двух стран и определения общих подходов к вызовам современности были использованы не только встречи в Москве, Уфе и Пекине, но также еще две возможности – «на полях» саммита «Большой двадцатки» в Анталье (Турция) и на конференции ООН по проблемам климата в Париже.