Диссиденты 1956—1990 гг. - Александр Широкорад

В брежневские времена западные журналисты острили: «В СССР о Второй мировой войне пишут столько, как если бы она только вчера кончилась». Увы, советская пропаганда представляла войну не такой, какая она была, а какой она должна была быть по мнению Политбюро. По степени объективности и информативности наша официальная история была на одном уровне с КНР, КНДР и рядом развивающихся стран. Но вот всего лишь за десятилетие отечественная военная история по своему уровню заняла одно из ведущих мест в мире. И в этом, прежде всего, заслуга подпольных независимых историков.

О диссидентах-литераторах, о художниках-нонконформистах с их «бульдозерной» выставкой написаны десятки книг и сотни статей. Но о военных историках андеграунда у нас хранится полное молчание. А ведь именно они за первые месяцы «перестройки» сорвали завесу секретности с операций Гражданской и Великой Отечественной войн, рассказали правду о сражениях, привели секретные цифры потерь. Они без помощи многочисленных военных и гражданских исторических институтов опубликовали десятки военно-технических справочников, где были приведены подробнейшие данные по ракетам, пушкам, танкам, кораблям и самолетам.

Ведь в советское время нельзя было писать даже о царских крепостях: а вдруг в старом форте постройки 1895 года размещен секретный склад солдатского обмундирования? Поверьте, автор не ерничает. Так, только в середине 1990-х стало возможным посещение Керченской крепости, отдельных фортов Кронштадта и Севастополя.

Любопытно, что в Кронштадте, Севастополе, на острове Первомайский и т. д. российские и украинские власти действуют одинаково: первоначально брошенный шедевр военной архитектуры XIX – начала XX веков считается секретным и охраняется военнослужащими, а потом мгновенно передается частной фирме и переходит под контроль частных охранников. То есть независимые историки просто не успевают туда попасть. Ну а далее уникальные форты переделываются под рестораны, бары, яхт-клубы и иные места отдыха VIP-персон.

Только в 1993 году, да и то частично, был снят гриф «секретно» с ГОСТов на обмундирование Советской армии, в том числе на трусы и лифчики женщин-военнослужащих, а также ГОСТы на пулеметные тачанки и тому подобное. А в библиотеке им. Ленина до 1992 года в «спецхране» содержались таблицы стрельбы из 6-дюймовых орудий обр. 1877 года (это не опечатка, не 1977-го!).

Самое интересное, что вся эта послевоенная секретомания ничего не имела общего с коммунистической идеологией. Возьмем, к примеру, 1920-1930-е годы – время массовых арестов и расстрелов. Но по официально изданным книгам 1922–1935 годов можно достаточно точно восстановить ход всей Гражданской войны как на суше, так и на морях, реках и озерах. И сейчас, когда нам стали доступны эмигрантские издания белых офицеров и генералов, то стало очевидно, что их уровень информированности, а зачастую и объективности в целом значительно ниже, чем в книгах краскомов и военморов.

Фото новейшей техники Красной Армии и Флота регулярно крупным планом печатались в советских газетах и журналах. Да и наставления на новые самолеты, танки, торпедные катера и другую технику пускались в свободную продажу, в крайнем случае на них стоял гриф «ДСП». У меня где-то валяется наставление на 76-мм пушку ЗИС-3, изданное в 1942 году, где на последней странице указана цена – 3 рубля.

Первые сполохи секретомании появились перед войной, но полную силу она набрала уже после Победы. Дело дошло до того, что в 1940-1950-х годах стали накладывать грифы «секретно» и «сов. секретно» на книги 1930-х годов с ценой в рублях или грифом «ДСП». Так, например, книга Н. Тихомирова «Артиллерия большой мощности», выпущенная в Москве в 1935 году тиражом 10 000 экземпляров, имела цену 1 р. 90 коп. Там грамотно и подробно рассказано исключительно об иностранных и царских (до 1917 года) орудиях большой и особой мощности. А какой-то умник позже наложил на нее гриф «секретно». На описании 180-мм башенной установки МБ-2-180 в 1930-х годах стоял гриф «ДСП». Немцы в 1941–1942 годах захватили несколько таких установок, а после войны на описании появился гриф «секретно».

В конце 1945 года начался выпуск «Хроники боевых действий» всех наших флотов в 1941–1945 годах. Самое забавное, что первые тома имели гриф «сов. секретно», а последующие – «секретно». Любопытно, на кого рассчитывали составители «Хроники…»? Курсантам и молодым офицерам совсекретные документы не давали, а адмиралам они были «до лампочки», разве что в 1970-х они стали заглядывать туда при написании мемуаров.

Кому же была нужна секретомания? Как говорили древние римляне: «Cui prodest» («Ищи, кому выгодно»). А было это выгодно армии «особистов», сотрудникам Первых и Вторых отделов и пр. Да и нашим генералам и адмиралам было гораздо легче писать мемуары, которые ради кусочков эксклюзивной информации из всяких там секретных «Хроник…» были готовы рвать за любую цену советские читатели. Ну а маршал, адмирал или генеральный конструктор, дав в шестисотстраничном опусе 50 страниц «эксклюзива», мог остальной объем заполнить душещипательными историями о своих семействах, рассказами о друзьях и даже своими стихами.

Между тем миллионы советских мужчин от школьников до пенсионеров бредили историей войн и описаниями оружия. Это заложено в мужских генах Богом или природой. Вспомним Гомера: мать Ахилла, не желая отправлять сына на гибель под Трою, спрятала его в гинекее среди девочек-одногодок. Хитроумный Одиссей, переодевшись купцом, привез красивые ткани и дорогие доспехи. Девицы расхватали тряпки, а Ахилл…

И вот вышеупомянутая армия заинтересованных лиц поставила перед мужчинами, интересовавшимися оружием, железный занавес. Однако железным он был только на первый взгляд. К примеру, в начале 1960-х годов за одно упоминание о бомбардировщике Т-95 человека тащили на Лубянку. «А как же! – завопят бывшие комитетчики. – Ведь это основной стратегический бомбардировщик СССР, единственный бомбардировщик, способный долететь до Америки и вернуться назад! Top secret!».