Русская война - Александр Дугин

Северный Кавказ пронизан линиями конфликтов между этносами, религиями, административными конструкциями, кланами и группировками, элитами, неформальными движениями. Все сегменты Северного Кавказа разнородны и противоречивы (на манипуляциях с этой мозаикой основывали свою власть на Кавказе русские цари и советские руководители). Все эти элементы учитываются и соединяются в структуре сетевых операций, разворачивающихся в данный момент. Координатором этих процессов являются США, но в каждом конкретном случае используются дополнительные инструменты – в том числе иностранные, федеральные и региональные НПО, фонды, этнические объединения и движения, структуры радикального ислама, криминальные группировки и т. д.

Американские сети сочетают для проведения сжатых операций и элементов ОБЭ несочетаемые элементы, которые подчас работают на заданный эффект, не подозревая об этом.

Американская сеть на Северном Кавказе включает следующие элементы:

• экстерриториальный центр управления (расположен на территории США с системой промежуточных центров в Европе);

• экстерриториальный центр информационного обеспечения (расположен вне территории РФ и координирует международные СМИ, фонды и НПО, собирающие информацию о регионе, обрабатывающие ее и вбрасывающие нужные сюжеты в мировые СМИ для получения желаемого эффекта);

• российский центр влияния (либеральная группа в руководстве федеральных российских политических структур и СМИ, влияющих по заданному сценарию на освещение кавказской тематики и подконтрольные им региональные СМИ);

• федеральные политические силы, создающие требуемый градус напряжения кавказской тематики (они могут действовать под знаменем «русского национализма» или «державности» для провокации ответной реакции на Северном Кавказе);

• региональные политические силы, провоцирующие политические коллизии (как с национальной, религиозной спецификой, так и русские, казачьи, националистические);

• сеть гуманитарных фондов и НПО, курируемых США, европейскими странами, Турцией и арабскими странами, собирающих информацию, распределяющих гранты на исследования, финансирующих определенные гражданские, образовательные и социальные инициативы в регионе;

• национальные (в республиках) и националистические движения (состоящие из коренных народов, диаспор, общин мигрантов);

• сегменты традиционных религий (ислам, православие, суфизм, импортированные религии – протестантизм);

• секты (в первую очередь исламские – салафизм, ваххабизм, но также иеговисты, харизматы, хаббардисты и т. д.);

• террористические организации на базе джамаатов и салафитских ячеек;

• финансовые сети теневого бизнеса и системы типа «хавала» (передача денег из разных стран на основании личного поручительства определенных фигур) и телефонной связи;

• отдельные кланы в местной власти;

• криминальные сообщества и преступные группировки;

• молодежные и студенческие организации, клубы;

• базовые инфраструктуры сетевой природы (библиотеки, почтовые отделения, медпункты, страховые конторы и т. д.);

• отдельные эмиссары, курирующие сегменты сетей – однородных и разнородных.

Американская сеть на Северном Кавказе призвана:

– на физическом уровне:

• обеспечить критическую массу людей, готовых принять активное участие в протестных акциях (под разными лозунгами и с разными целями – в зависимости от обстоятельств и регионов);

• мобилизовать для точечных действий террористические ячейки;

– на информационном уровне:

• поднимать градус социальной активности;

• нагнетать обстановку;

• раздувать существующие реальные проблемы;

• обострять психологическую обстановку вокруг конфликтных ситуаций;

• обеспечить прямые коммуникации между различными сетевыми организациями, придерживающимися наиболее радикальных взглядов;

– на когнитивном уровне:

• повлиять на сознание людей, подтолкнув их к убеждению, что ситуацию надо менять радикальными способами, что «дальше так нельзя», что «жить стало невыносимо»;

– на социальном уровне:

• активизировать и мобилизовать этнические, социальные, административные и религиозные группы населения Северного Кавказа, подталкивая их к решению насущных проблем радикальными методами в ситуации назревающего хаоса.

Когда американским сетям удастся дестабилизировать ситуацию на Северном Кавказе, с помощью этого управляемого кризиса можно будет влиять на ситуацию во всей России, подталкивая процессы на федеральном уровне в нужном ключе. В зависимости от конкретного сценария развертывания событий эти процессы могут дойти до сепаратизма отдельных республик и областей Северного Кавказа, а могут остановиться в стадии «относительного хаоса».