Театр абсурда. Во что превратили Россию - Николай Губенко

Вот и прошел праздник народного единства. Телевидение выдало серии передач, документальных и художественных фильмов, отвратительных по смыслу и просто плохих по качеству. На каждом можно ставить пометку: «Осторожно – яд!» Призывы даже западных здравомыслящих политологов (например, французского историка Эммануэля Тодда): «Пора возвращаться к взвешенному взгляду на историю» – не возымели пока никакого действия на наших идеологов. Ими по-прежнему движет только ненависть к прошлому. Их совершенно не интересует отношение миллионов людей к происходящему. Мне вообще кажется, что сейчас такой праздник в принципе невозможен. А между тем мы жили в стране, где такой праздник был.

«Как часто вижу я сон, тот удивительный сон…» Вот двадцатилетней девушкой на съемках фильма Сергея Герасимова «Люди и звери» я побывала в Запорожье и Харькове. Увидела плотину и харьковский завод. Вот в Дивногорске увидела плотину на Енисее: дух захватывало от восторга и гордости за людей, создавших это. С делегацией от «Мосфильма» была на атомной электростанции в Армении. Помню поездку в Норильск на съемки фильма «Любить человека» того же С. Герасимова. И еще одну поездку в Норильск, уже после 1991 года. Нас встречали как самых дорогих гостей. Предложили проехать до знаменитого комбината, посмотреть на него хотя бы издали. Помню страшную метель, еле видны были огромные прожектора, освещавшие его по всему периметру. И, наконец, наши три концерта. Я думала: «Ну кто из нормальных людей выйдет из дома в такую вьюгу?» Но в переполненном зале под аккомпанемент ветра люди слушали Пушкина, Блока, Есенина, Ахматову, Цветаеву, песни Высоцкого.

А потрясающее зрелище двух Сургутских ГРЭС! Машинный зал и зал управления. Я вижу – мой муж Николай Губенко кивнул мне: «Посмотри журнал дежурств». Фамилии всех национальностей: русские, украинцы, татары, армяне, азербайджанцы… Вот это праздник единства так праздник! Помню чаепитие в кабинете директора. «Не знаю, как у вас там, в Москве, – говорит он, – а у нас тут никакого застоя не было. Раскладушки в цехах стояли, неделями не выходили домой».

Не могу удержаться, чтобы не рассказать еще об одном счастливом воспоминании – о посещении нашей средиземноморской эскадры в Египте, в городе Александрия. Наша делегация – министр кинематографии Ф.Т. Ермаш, кинорежиссер Юрий Озеров, актриса Людмила Савельева и я – приглашена на встречу с моряками. Красавица-эскадра: серо-стальные корабли, совершенные по форме и внушительные по содержанию. Гордо реет на мачте флаг Отчизны родной. Поднялись на борт: идеальная чистота и порядок, все надраено до блеска. Впечатление, что и люди тоже начищены до блеска. Командиры идеально выбриты, наша чудесная морская форма, черная, с золотым шитьем и золотыми пуговицами, сидит, как влитая. Матросы загорелые и пышущие молодостью и здоровьем. Когда мы поднялись на сцену, раздался такой оглушительный приветственный рев, которого, я уверена, ни Люся, ни я больше никогда в жизни не слышали.

Примерно лет 25 спустя, уже после 1991 года, на вечере в Москве ко мне подошел капитан 1-го ранга, артиллерист-ракетчик, и сказал: «Жанна, помните Александрию?» Я ответила: «Еще бы! Такое не забывается». Теперь на все наши премьеры и просто спектакли в театр «Содружество актеров Таганки» приходят моряки – от адмиралов до старпомов. Приходят в форме. С орденами.

Году в 94-м работала у нас на даче бригада строителей, и был в этой бригаде чудесный человек Юра из Одессы. Этот Юра был настоящий клад. Молчаливый, дисциплинированный, он умел абсолютно все – провести электричество, починить телефон, врезать замок, отремонтировать утюг, холодильник, телевизор, компьютер. Я поинтересовалась, чем он занимался до 91-го года. Он сказал: «Я служил на научном судне «Академик Королев». Мы следили за нашими спутниками, поддерживали связь с космическими кораблями».

И вот всех этих людей назвали «совками»! Где-то в конце 80-х мы вдруг услышали, что мы, оказывается, «страна дураков» и шариковых. Я даже сначала не поняла, о ком это они, что вообще имеют в виду. Может, они так шутят?

А кто же выковал коммунистической России ее ракетно-ядерный шит и меч? От и до – из советских материалов и советскими технологиями. Совки, выходит? Шариковы? Спросите геологов – они скажут: создавать сырьевую базу радиоактивных технологий СССР начинал с нуля. Так же и космос. Сотни институтов, тысячи специалистов! Ничего, разобрались. Теперь торгуем. Торгуете, точнее, вы. А остальные сосут лапу. На ваших сначала ельцинских, а теперь путинских пенсиях. Кто у кого отнял? С кем поделил? Кто Шариков-то?

А кто, кстати, ее, коммунистическую Россию, самой грамотной страной в мире сделал? Не первое ли в мире Советское государство? А что сделали для страны советские люди за двадцать брежневских – непонятых и оболганных «застойными» – лет? Обжились на постоянной основе в космосе. И на постоянной же – вышли подводным и надводным флотом в Мировой океан. И, наконец, мы, совки, ликвидировали как класс нищенство. При «равенстве в нищете» на все хватало коммунистической России. На космос и океан. На Север и курортный Юг. На бесплатное лечение и учение – всех. На почти бесплатное жилье и проезд – всем. На науку и культуру, пусть «по остаточному принципу», но вот теперь бы эти остатки! На зарплату и пенсии, на которые все жили, а не вымирали.

Как-то в телерепортаже «из глубинки» показали мужика: «При коммунистах мы в коммунизме и жили. Не понимали только. А сейчас…» И махнул рукой.

Так что же вы понаделали, что русский крестьянин вспоминает теперь реальный наш социализм реальным коммунизмом? Тут не одно воспоминанье. Такого не придумаешь, а и придумать – никто не поверит. Сам народ вынес свой приговор. Эпитафия – демократам.

В 1992 году нас с мужем пригласили в Италию. В маленьком городке Порто-Фино есть крошечный театр Джорджо Стреллера. Мы должны были читать русскую поэзию. Все было прекрасно организовано! Итальянские актеры читали по-итальянски, мы – то же самое по-русски. В последний вечер – прощальный ужин, чудесная атмосфера человеческой близости и товарищества. И вот наш новый друг вдруг спросил: «Николай, а можно неудобный вопрос? Как вы могли отдать такую страну?» Воцарилось молчание.

Исчерпывающий и беспощадный анализ нынешнего положения вещей в нашей стране дают люди разных политических убеждений и взглядов – Б. Раушенбах, С. Кара-Мурза, А. Зиновьев, А. Дугин, Т. Москвина… Одно общее у этих людей – здравый смысл.

«На карте России исчезли десятки тысяч деревень – вместе с населением! Здоровье и трудоспособность проигрываются на тысячах «зеленых» полей казино; стабилизационный фонд, заблаговременно переведенный в Америку, жиреет и пухнет, а русские люди роются в помойках…» (А. Зиновьев).