Петля Путина. Разбор полетов за 10 лет - Александр Костин

Если отвлечься от России и обратиться к итальянскому премьер-министру Сильвио Берлускони, которого в русских СМИ тоже любят называть олигархом, то Берлускони — не олигарх, но по другой причине: он был избран демократически. Вот если бы итальянский медиа-магнат пришел к власти не по итогам демократических выборов, а в результате операции «Преемник», то его можно было бы признать олигархом.

Ходорковский, хотя он был богат и до недавнего времени влиятелен, не занимал правительственных должностей. В английском языке для обозначения фридманов и ходорковских существует специальное слово японского происхождения — «тайкун» (tycoon). Оно, конечно, было бы более точным, чем «олигарх», потому что классическими олигархами являются как раз посадившие Ходорковского Владимир Путин, Виктор Иванов, Борис Грызлов и Владимир Устинов. Они и занимают посты в государстве, и не бедны, и правят государством не в интересах общего блага. Когда против этого приводят аргумент, что Ходорковский и Березовский много богаче своих гонителей, этот аргумент не работает, особенно сегодня, когда Ходорковский сидит в тюрьме, Гусинский уже отсидел, а Березовский чудом тюрьмы избежал. То есть «тайкун» условие необходимое, чтобы стать «олигархом», но недостаточное. Не наличие богатства делает «тайкуна» олигархом, а только сочетание богатства с добытой благодаря богатству публичной политической властью и корыстным ее использованием. Главной причиной жестоких репрессий жандармско-полицейской олигархии против Березовского, с одной стороны, и Ходорковского — с другой, являлось то, что они открыто заявили о своих претензиях на власть. Березовский — с 1996 г., Ходорковский — когда в одном из своих интервью сказал, что намерен к 2008 г. уйти из активного бизнеса и пойти во власть.

Олигархия обычно имеет клановую структуру, разделена на соперничающие между собой группировки и клики. Так было в правительстве «Тридцати тиранов», в Римском Сенате, в венецианском «Совете десяти», в латиноамериканских хунтах XIX–XX вв., в постколониальной Африке. Не является исключением и Россия.

В постсоветской России олигархический строй более или менее сложился примерно к 1996 году. Благодаря имеющей глубокие корни централизованной бюрократической системе и производному от нее суперпрезидентскому, квазимонархическому характеру конституции, олигархия выстраивается вокруг главы государства и имеет отчасти «придворный» характер.

Ведущим придворно-олигархическим кланом при Ельцине был нефтегазовый клан Черномырдина — Вяхирева. С ними соперничала группировка Коржакова — Барсукова — Сосковца (тогдашние «силовики»). При Ельцине сложился и сплоченный столичный клан во главе с Юрием Лужковым. При Ельцине же идеологическая группа «питерских либералов» во главе с Анатолием Чубайсом стала превращаться в самостоятельный олигархический клан «питерских экономистов».

К концу правления Ельцина сложился и потеснил остальные группировки клан «семья»: Роман Абрамович, Борис Березовский, Александр Волошин, Валентин Юмашев, Татьяна Дьяченко. В провинции утвердились мощные региональные кланы — Муртазы Рахимова в Башкирии, Минтимера Шаймиева в Татарстане, Кирсана Илюмжинова в Калмыкии, Эдуарда Росселя на Урале.

Олигархические административно-экономические группировки и кланы стали основными субъектами политического процесса, а политические партии, движения, блоки, парламентские фракции — инструментами кланов. Официальные политические структуры — не самостоятельны, они являются производными от кланов и клик, их блоков и коалиций. «Наш дом — Россия» (НДР), официальная «партия власти» познеельцинского периода, была политическим инструментом нескольких кланов (Черномырдина, Коржакова, Лужкова, региональных, ранней «семьи»). Эта коалиция в 1998–1999 гг. распалась, и к выборам 1999 г. из НДР выделились «Отечество» (инструмент лужковской мэрии), «Вся Россия» и «Голос России» (две группы регионалов), «Единство» (инструмент «семьи»). После победы Путина на президентских выборах НДР практически воссоединилась под новым названием «Единая Россия». Это было следствием того, что основные кланы и группировки сплотились вокруг фигуры Путина, но отнюдь не означало того, что все интересы согласованы и окружение нового президента представляет собой монолит.

Пришедший к власти Владимир Путин не является единственным правителем, принимающим все решения самостоятельно и без оглядки на мнение своего окружения. Более того, он не слишком любил, да и не любит свое основное занятие — рутинное управление государством. Достаточно обратить внимание на то, как возникают и исчезают автомобильные пробки, парализующие треть Москвы, когда президент едет на работу и когда возвращается с нее. Утренняя пробка образуется не раньше 11 часов: президент едет в Кремль. Зачастую уже в 5–6 часов возникает новая пробка: президент возвращается домой. Путин — не фанатик власти. Гораздо больше, чем власть, он любит здоровый образ жизни и спорт. От власти он в основном хочет удовольствий, недоступных простому спортсмену: полетать на самолете-штурмовике, прокатиться на подводной лодке, пострелять ракетой «Тополь-М», поносить часы Patek Philippe Calatrava. К разряду «удовольствий» относятся и такие их специфические виды, как «всенародная любовь», неофициальные звания типа «духовный лидер нации», а также самоощущение «быть Березовским». Именно поэтому Путина окружали сподвижники-трудоголики — такие, как Александр Волошин, сменивший его Дмитрий Медведев, Владислав Сурков, Дмитрий Козак. Передоверяя повседневные труды и обязанности сподвижникам, Путин вынужден мириться с тем, что таким образом он уступает значительную часть своей власти. Впрочем, это обычная ситуация в олигархиях, даже когда первоолигарх сам трудоголик. Отсюда же и навязчивая идея как можно скорее освободиться от рутинной участи лидера олигархии и полностью погрузиться в «пучину удовольствий», начав жизнь свободного от повседневных работ, сверхбогатого «Березовского».

Как уже говорилось, государственная идеология для В. Путина не имела и не имеет большого значения. Критики Путина неоднократно называли те или иные подписанные им законы антирусскими, направленными против национальных интересов России. Так, 10 июля Путин подписал дополнения к закону «Об охране окружающей природной среды». Эти поправки отменяли запрет на ввоз в Россию ядерных отходов в виде «отработанного ядерного топлива» (ОЯТ). Был также подписан указ о создании специальной комиссии по вопросам ввоза ОЯТ. В результате ядерные отходы, которые раньше запрещено было ввозить из-за границы в Россию, теперь ввозить стало можно.

31 мая 2001 Путин подписал новый закон о гражданстве (принятый Думой 19 апреля и одобренный Советом Федерации 15 мая), приравнявший в вопросе получения российского гражданства бывших граждан СССР, включая выходцев из России (в том числе более 20 млн. русских) ко всем прочим иностранцам. В соответствии с этим законом в числе лиц без российского гражданства оказались несколько десятков тысяч военнослужащих российской армии, имевших до поступления на службу постоянную прописку в отделившихся от России республиках бывшего СССР.

Во время визита в Москву президента Туркмении Сапармурада Ниязова 10 апреля 2003 года, Путин дал согласие на прекращение действия договора о двойном гражданстве. 22 апреля Туркмен-баши подписал указ об урегулировании вопросов прекращения действия двойного гражданства, согласно которому владельцы двух паспортов должны были в течение двух месяцев выбрать гражданство одной из стран. По истечении этого срока проживавшие на территории Туркмении российские граждане, имевшие туркменское гражданство, автоматически утрачивали подданство России. В соответствии с этим указом российское гражданство потеряли около 100 тысяч человек. После серии публикаций в российских газетах о предательстве Россией своих граждан («продажа граждан в обмен на газ») министр иностранных дел России Игорь Иванов в телефонном разговоре с министром иностранных дел Туркмении Рашидом Мередовым 26 апреля 2003 г. выразил «серьезную обеспокоенность односторонними и поспешными действиями туркменской стороны в связи с прекращением действия соглашения о двойном гражданстве между нашими странами». Однако никаких дальнейших шагов МИДом России и президентом предпринято не было.