Петля Путина. Разбор полетов за 10 лет - Александр Костин

Серьезным испытанием для имиджа В. Путина стала трагедия, случившаяся в августе 2000 года в Баренцевом море, где во время морских учений затонула атомная подлодка «Курск», в результате чего 118 человек экипажа погибли. Находясь в отпуске, В. Путин не сразу оценил серьезность ситуации и не вылетел к месту трагедии, как это следовало бы сделать первому лицу государства. Мало того, на вопрос, почему он этого не сделал, зная, что вся страна напряженно ожидала, что в самую трудную минуту президент должен бросить все дела и на месте трагедии разделить с родными и близкими моряков постигшее их горе, — он ответил, что решил не мешать специалистам делать свое дело по спасению людей и что прибытие «чиновника высокого ранга может помешать этой работе».

Это было циничное заявление, вызвавшее взрыв недовольства в стране, особенно среди военных, которые открыто выражали свое негодование поведением президента: «Мы считали, что президент является Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами, а он, оказывается, всего лишь «высокопоставленный чиновник». Масло в огонь подлили некоторые политики, находящиеся в оппозиции к В. Путину. Борис Немцов заявил на всю страну, выступая по каналу НТВ, что он считает поведение президента, не вылетевшего в Североморск и не возглавившего спасательные работы, «аморальным». Бывший президент СССР Михаил Горбачев заявил: «Военные обманывали Путина. Но он обязан был быстро разобраться и поставить лгунов на место, взяв дело в свои руки. Он опоздал, и люди это ему не простили».

Только через неделю после случившейся трагедии В. Путин вернулся в Москву, разобрался в ситуации, поняв ее трагичность, как для страны, так и для своей репутации. Но, тем не менее, в Североморск не вылетел, чтобы не вмешиваться в ход спасательных операций. Газета «Правда» утверждала, что президент попросту раздавлен глобально срежиссированной против него компанией травли из-за судьбы подводной лодки «Курск». Лишь 22 августа, накануне дня объявленного общенационального траура, то есть через 10 дней после случившейся трагедии, В. Путин прибыл в Североморск, чтобы разделить горе с родственниками погибших моряков, собравшимися сюда со всех концов страны — всего около 600 человек. Однако «девятый вал» обвинений в адрес президента, руководства Минобороны и ВМФ не утихал, некоторые газеты и журналы еще несколько недель после большого интервью, данного вечером 23 августа В. Путиным, продолжали писать о «бесчеловечности власти в те трагические дни» и ненормальном поведении президента» («Новое время»), «вакханалии вранья, устроенной высокопоставленными военными и гражданскими деятелями» («Итоги»). «Путин спрятался от нас. Он испугался ответственности, с его нынешней репутацией трудно управлять не то что огромной страной, но и небольшой конторой».[66]

«Трагедия «Курска» — заявил тележурналист Дмитрий Быков из программы «Времечко», — это для Путина ошибка роковая, критическая. Следующая, от которой, Боже упаси, будет для него уж точно последней, а для нас — как повезет»[67]. Сергей Иваненко, заместитель Г. Явлинского по фракции «Яблоко» в Госдуме, потребовал проведения расследования действий президента «буквально по часам и минутам». Эксперты многих партий заявляли, что доверие к В. Путину упадет в стране на 30 или даже 50 процентов и будет падать дальше.

Отклики западной печати на трагедию «Курска» были для В. Путина также неутешительными, многие газеты и журналы острие своей критики обратили на фигуру нового российского президента. Немецкая газета «Тагесцайтунг» писала: «Президенту Путину не позавидуешь. Последствия трагических событий на Баренцевом море для самого Путина могут оказаться фатальными. Дело не только в том, что имидж Путина в глазах россиян поблек, и что население начало разочаровываться в новом президенте. Неизменно возникает вопрос о его политической дееспособности».[68]

Однако народ в России отходчив в горе, — первые опросы общественного мнения, проведенные сразу же после траурных мероприятий, показали, что доверие российских граждан к президенту продолжало оставаться на небывало высоком уровне, что вызвало недоумение у его оппонентов. «Путину еще верят», — констатировала газета «Ведомости»[69]. «Владимир Путин для большинства остается вне подозрений», — отмечала газета «Время МН».[70]

Через два с небольшим года после трагедии в Баренцевом море случилась еще одна крупномасштабная трагедия, на этот раз в Москве, которая потрясла всю страну и еще сильнее ударила по имиджу В. Путина. Захват отрядом террористов-смертников большого столичного театрального центра в Дубровке произошел 23 октября в 21 час 10 минут, когда там началось второе действие мюзикла «Норд-Ост». Всего в театре было более 800 человек, в том числе более ста человек артистов, музыкантов, обслуживающего персонала.

Президенту о происшествии доложили в 22 часа 20 минут, на этот раз он взял общее руководство по освобождению заложников в свои руки, отложив другие дела. Непосредственно руководить операцией было поручено директору ФСБ Николаю Патрушеву. Утром 26 октября телевидение и радио сообщили об успешном штурме, уничтожении террористов и освобождении заложников. Все террористы — 32 мужчины и 19 женщин были уничтожены, но погибли 128 заложников, в том числе трое детей, хотя официальных сведений о количестве жертв так и не было опубликовано.

Проведенные в ноябре социологические опросы показали рост массовой поддержки населением страны политики и поведения президента России. На вопрос: «Как вы оцениваете в этой ситуации действия президента России В. Путина?» — 85 процентов опрошенных граждан ответили «очень положительно» или «скорее положительно»[71]. В этом устойчивом рейтинге В. Путина даже после таких критических, переломных моментов в жизни страны, как гибель «Курска», трагедия театрального центра в Дубровке, а в сентябре 2004 года еще более страшная трагедия Беслана — кроется какая-то загадка, иррациональность, мистика, понять которую здравый смысл просто отказывается. Известный, ныне покойный, социолог Ю. Левада называл высокий рейтинг Путина «шариком», который оторвался от земли и живет сам по себе. «Никто не верит в возможность правительства добиться улучшений. С чем работает президент? Как будто он может производить перемены щелканьем пальцев. Так что показатели доверия к президенту и его работе прямого отношения не имеют».[72]