Подонки истории. Самая зловещая тайна XX века - Юрий Мухин

Но и это не все. До 1993 г. во всех сборниках документов текст секретного протокола фигурировал как «машинописная копия»[110];[111]. А вот в сборнике документов по Катынскому делу академической части бригады Геббельса «Катынь. Хроника необъявленной войны» этот протокол уже фигурирует как подлинник со ссылкой на Архив президента и на «…Документы внешней политики. 1939 г.». Т. XXII. Кн. 1, с. 63248.

Что касается второго источника, то в нем подлинник так и не был опубликован, поскольку в примечании к тексту сообщается: «Печат. По сохранившейся машинописной копии АВП РФ, ф. 06, оп. 1, п. 8, д. 77, л. 1—2». (Лгут, мерзавцы, на каждом шагу!) А что касается архива Президента, то «просеките фишку», как говорит сегодня молодежь. В архиве, где этот подлинник должен лежать (АВП), его нет, а лежит «копия», которая (если бы она была мыслима) должна лежать в архиве Политбюро (АП), но она здесь не лежит, зато в архиве Политбюро лежит «подлинник» протокола. От изделий Горбачева – Яковлева фальшивками воняет за версту.

Произошло вот что. Когда по заданию подонка Горбачева фабриковался этот «секретный протокол» (после уничтожения, естественно, его подлинника), то были живы еще многие, кто в те годы его видел, скажем, был еще жив Л.М. Каганович, член тогдашнего Политбюро ЦК ВКП(б). Эти люди могли вспомнить, что было написано в подлинном протоколе, и могли уличить подонков. Тогда Горбачев и Яковлев выкрутились бы тем, что это, дескать, машинистка ошиблась, когда копию делала. Прошли годы, свидетели умерли, архивы СССР поступили в распоряжение подлейших негодяев, которые их уничтожают и изготавливают фальшивки (о чем во второй части), и геббельсовцы наконец «сварганили» «подлинный» протокол, но положить его туда, где он обязан был храниться – к тексту договора в Архиве внешней политики, – они не могли, поскольку сами же объявили, что его там нет. Вот и определили ему место в АП.

Теперь немного о фальшивках в общем, поскольку далее нам все чаще и чаще придется заниматься только ими. Фабрикуют фальшивки тремя основными способами (и их комбинациями): полуподлым, подлым и сверхподлым.

По первому способу – академическому, или полуподлому, – из текста реального документа выбрасываются слова и предложения так, чтобы усеченный текст изменил свой смысл. Скажем, Сталин когда-то реально сказал или написал: «Нацисты – это нехорошие люди». Доктор исторических наук напишет: «Сталин сказал: «Нацисты – это… хорошие люди».

По второму способу – журналистскому, или подлому, – делается примерно то же, только наглее и троеточия не ставятся.

По третьему способу – сверхподлому, или способу архивистов, спецслужб и прокуроров, – фабрикуется членский билет Сталина в НСДАП с личной подписью Гитлера на билете и со всеми необходимыми печатями и штампами. (К примеру, сегодня любую печать или штамп вам изготовят примерно за 80 рублей.)

Пока общих сведений – достаточно, давайте вернемся к секретному протоколу к договору о ненападении между СССР и Германией.

Безо всяких сомнений, его фабриковали комбинацией второго способа с третьим. То есть взяли текст подлинного протокола, усекли его так, чтобы изменить смысл, а затем вызвали из КГБ специалистов по подделке почерков и оформили фальшивку. В то время по-другому фальсификаторы поступить не могли. Они, может, и хотели бы полностью сфабриковать текст, но ведь, помимо отечественных свидетелей, его смысл был прекрасно известен и за рубежом, скажем, Черчилль этот протокол чуть ли не цитирует.

Во-вторых, подонки безмозглы, иначе они не были бы подонками. (Не станете же вы меня убеждать, что Горбачев всю жизнь лизал зад своим партийным начальникам только для того, чтобы в конце своей карьеры рекламировать пиццу? Безмозглый идиот и по сей день не понял, почему слетел с поста главы величайшей державы мира.) Подонки – это не люди, а скорее организмы, и они инстинктом чувствуют свою безмозглость, поэтому опасаются сильно уж выдумывать исторические тексты, боясь наделать глупостей.

И у фирмы Горбачев – Яковлев получилось вот такое изделие: