Агенты перестройки. Рассекреченное досье КГБ - Вячеслав Широнин

Примечательное откровение! Оно дает богатую пищу для размышлений о том, кто исподволь разжигал августовские события и кто был заинтересован в развязывании той драмы.

Напомню, что в тот период шла работа над проектом нового союзного договора. Авторитетная рабочая группа заседала поочередно в кинозале и столовой подмосковного совминовского пансионата «Морозовка», недалеко от Зеленограда. Тот союзный договор был одной из последних возможностей сохранить СССР, начать обновление экономических и политических отношений его субъектов.

Однако, готовившийся проект Союзного договора почему-то замалчивали. Зато в апреле 1991 года неожиданно собралось совещание глав республик, вошедшее в историю под названием «новоогаревского», где был составлен совершенно другой проект. В отличие от первого, итоги всенародного референдума 17 марта в нем были полностью проигнорированы. Вместо союзного государства речь пошла о федерации республик. «Новоогаревский» проект договора предусматривал превращение нашего государства в союз государств.

Совершенно очевидно, что этот вариант договора полностью противоречил результатам референдума и посягал на действовавшую Конституцию СССР. Составители того проекта хорошо понимали это, а также чувствовали, что им следует очень торопиться, чтобы протащить его, поскольку в стране стремительно вызревало недовольство политикой Горбачева. Над ним нависла угроза снятия с поста — путем голосования на съезде народных депутатов.

Поэтому 29 июля 1991 года в Ново-Огареве состоялась встреча Горбачева, Ельцина и Назарбаева, на которой они договорились начать подписание Договора не в сентябре— октябре, как это было обусловлено, а 20 августа 1991 года. Многочисленные факты позволяют сделать важный для истории вывод о том, что именно это решение ускорило приближение августовских событий. Ведь проект договора держали в тайне не только от общественности, но даже от высших должностных лиц государства.

Между тем, Горбачев в той сложнейшей ситуации отправился на отдых в Форос, избегая встреч с не посвященными в его планы членами высшего руководства. Ставки были сделаны. Большая игра началась.

Крючков и Язов, несомненно обладавшие более полной информацией об обстановке в стране, сделали попытку вмешаться в ход событий. 5 августа они, с ведома Горбачева! — образовали небольшую рабочую группу для изучения вопроса о целесообразности ввода ЧП.

Действия Крючкова и Язова никоим образом нельзя трактовать как «закулисные». Когда был принят Закон о правовом режиме чрезвычайного положения, КГБ, МВД и Министерству обороны поручили составить планы мероприятий и подготовить нормативные акты по его осуществлению. Участвовала в этом и Генеральная прокуратура, Все действовали строго в рамках Закона.

Дальнейшие события известны. Под предлогом недомогания Горбачев просто выжидал. Кто-то «не посоветовал» ему прежде времени покидать Форос. Чем был продиктован такой совет? Позволю себе высказать личную точку зрения. На мой взгляд, с Горбачевым в тот момент «вели игру». События в Москве разворачивались таким образом, что у американских спецслужб появилась возможность воспользоваться ситуацией и совершить такой переворот, который помог бы разом покончить с КПСС. Но для этого пришлось бы пожертвовать Горбачевым. И с очень большой долей вероятности можно предположить, что связавшись по срочной связи с Вашингтоном, посольство США в Москве запросило согласие на переориентацию своей политической ставки с Горбачева на другого лидера. Вскоре такое согласие было дано.

Могу привести на этот счет некоторые аргументы. 27.03.92 года пресс-служба Ричарда Никсона опубликовала меморандум по поводу помощи России, направленный Джорджу Бушу. После августовских событий прошло около семи месяцев, а это, по мнению Никсона, очень малый срок для закрепления нового режима. «Запад должен сделать все возможное, чтобы помочь новому президенту, — убеждал он Буша, — иначе Соединенные Штаты и Запад рискуют выпустить из рук победу в холодной войне, которая обернется в результате поражением». По утверждению экс-президента, «Запад пока не воспользовался моментом, чтобы повлиять на ход истории в ближайшие 50 лет». И далее Никсон писал:

«Россия — ключ к успеху. Именно там будет выиграна или проиграна последняя битва «холодной войны». Не может быть более высоких ставок».

Эти выдержки из меморандума показывают, как мыслили президенты и экс-президенты США, как быстро росли их аппетиты. Кстати, меморандум Ричарда Никсона, видимо, сыграл определенную роль при формировании американской политики в отношении России, которой было обещано аж 24 миллиарда долларов. В России об этих деньгах слышали, американские обещания активно озвучивал Гайдар. Но этих долларов мы никогда не увидели.

Можно привести и другие доказательства того, что американское правительство прилагало немало усилий, чтобы в нужном направлении влиять на ход российских событий.

Я не ставлю своей целью последовательное описание всех послеавгустовских событий в России, а лишь привожу факты о том, что они не обходились без «вдохновляющей и организующей» роли западных спецслужб. Антироссийская коалиция во главе с США настойчиво направляла свои усилия на развал Советского Союза, а затем на низведение России до уровня третьестепенной державы. Это признал и сам Буш, который на съезде республиканской партии в августе 1992 года заявил, что крушение Советского Союза произошло благодаря «дальновидности и решительному руководству президентов от обеих партий».