Трамп и эпоха постправды - Кен Уилбер

Совершенно верно: более 90% террористических группировок за последние три десятилетия имели ярко выраженную янтарную и этноцентрическую основополагающую идентичность — обычно с красным и стремящимся к власти «подбрюшьем». Это именно тот янтарный, который почти всегда имеет фундаменталистскую, мифико-буквальную религиозную коннотацию. Такие группы называют мироцентрический Запад великим сатаной: он, несомненно, с религиозной точки зрения является другим, иным, кишащим неверными и вероотступниками, лишенными души — буквально лишенными, — а потому его нужно искоренить во имя единственного Бога. Вероятность возникновения таких групп есть всегда, и речь не только об исламских фундаменталистских экстремистах (хотя статистически процент таковых значительно выше), но и о янтарных фундаменталистских экстремистах разных мастей в целом, будь то баптисты, взрывающие абортарии в южных штатах; буддисты, устраивающие газовую атаку при помощи зарина в токийском метро^[33]; приграничные вооруженные столкновения между мусульманами Пакистана и индуистами Индии; жестокие преступления противостоявших друг другу католиков и протестантов в Северной Ирландии. Вновь и вновь можно повторить: глубинная проблема связана не с исламскими экстремистами, а с янтарными.

Какие действия станет предпринимать взрослый индивид на этих стадиях? В зависимости от множества различных факторов он будет решать, насколько серьезной угрозой его существованию являются другие этноцентрические группы. Вместо того чтобы работать, помогая их всеобщему вертикальному переходу к следующему, более высокому и всевключающему уровню мироцентрического развития (на котором открывается возможность для подлинной терпимости и даже взаимной любви между группами и людьми), они могут решить работать только горизонтально, стремясь усилить свою группу и подорвать, а то и уничтожить все остальные, несущие угрозу. Здесь может идти речь и о других профессиональных группах, нациях, военных группировках, расах, гендерах, экономических классах, городах или штатах, и о другом уровне образования, конкурентных бизнес-производствах, и так далее до бесконечности.

Каждый из основных базовых уровней развития (все шесть-восемь), как и все прочие холоны в природе, превосходит и включает предыдущий. Значит, каждый из этих уровней — будучи устоявшейся привычкой природы (или «космической бороздой»^[34]) — доступен любому человеку независимо от уровня развития. Когда обстоятельства становятся очень тяжелыми, эта последовательность, как правило, начинает сворачиваться и регрессировать, обратной поступью двигаясь по своим же следам — отступая назад (вниз, а не вверх). Раз сознание развивалось от эгоцентрического к этноцентрическому, миро­центрическому и интегральному, оно будет регрессировать от интегрального к мироцентрическому, этноцентрическому и эгоцентрическому. Это как раз часть того тренда, который сегодня активно воплощается. И его, как мы видели, можно отчасти благодарить (или винить — в зависимости от того, на какой вы стороне) за то, что Трамп занял пост президента США. По мере того как стрессовые обстоятельства обращают развитие вспять, интегральное, как правило, будет соскальзывать вниз — к зеленому или оранжевому мироцентризму, беспокоясь исключительно об универсальной солидарности, а не о том, как подлинно интегрировать все уровни в едином и по-настоящему холархическом охвате. А мироцентрические уровни будут соскальзывать к этноцентризму, как в случае с проповедуемой зеленым политикой идентичности, которая скатилась к невероятно интенсивным расистским и сексистским формам. Это та регрессия, которая в столь многих сферах была проявлена зеленым, когда его первоначальные истинные, но лишь частично идеи стали жесткими абсолютизмами, глубоко активировавшими янтарный. И если регрессия продолжится, то все будет держаться уже не на уровне лозунгов «Спаси свою страну, свою религию, свою семью!», а на уровне воплей «Каждый сам за себя!». Ведь править всем будут примитивный эгоцентризм и нарциссизм (а нарциссизм смертельно опасен потому, что разрушает любые социальные группы вообще; истинный нарциссист не впишется даже в банду уличных преступников).

Простая центральная мысль, которую я выношу из всех этих рассуждений, состоит в следующем: с этими внутренними траекториями развития невозможно сколь-нибудь мудро взаимодействовать, разобраться в них и направлять их, если мы с порога отрицаем их существование. Неважно, отслеживаем ли мы стадийное развитие ко все более высоким уровням, становящимся более всевключающими и приветствующими многообразие, более объединенными, любящими и заботливыми, или же скатывание вниз, соскальзывание к более доминирующим и абсолютистским уровням (как обычно происходит, когда отмечается взрыв социальных катаклизмов и культурная эволюция притормаживается; именно это и порождено расколотым зеленым). Какой бы из этих процессов ни происходил (или даже оба сразу), нельзя за ним проследить и наблюдать, нельзя его корректировать и направлять мудро и интеллигентно, если мы отвергаем сам факт их существования. Но теперь мы стоим именно на таком глубоко расколотом фундаменте. Не только США, но и весь мир (во всех его сферах, от экономики до технологий и всех вместе взятых экологических проблем) иссох под воздействием вышедшего из строя передового края, оказавшегося невежественным в отношении этих невероятно важных внутренних процессов и активно подвергающего их нападкам и попыткам деконструировать всюду, где бы они ни заявили о своем существовании.

Увы, за последние несколько десятилетий зеленый преуспел именно в этой деконструкции. Его фундаментальное фоновое убеждение — глубинное аперспективное безумие — заключается в требовании, чтобы все ценности рассматривались как равные друг другу. Зеленый категорически отказывается судить или ранжировать какую-либо систему ценностей как лучшую или более высокую. Это не позволяет ему даже распознать важную шкалу развития ко все большим всевключению и заботе, все меньшим притеснению и доминированию. Если бы зеленый признал существование подобной шкалы, это позволило бы ему направить культуру к поистине мироцентрическим и интегральным измерениям реальности, где возможно зарождение подлинно свободного и основанного на равенстве общества.

У зеленого есть верная (и очень высокая) цель все­включения, но нет ни одного рабочего пути ее достижения. Он не способен по-настоящему рассмотреть реальные препятствия, мешающие воплощению столь желанных идеалов. Заражая все больше сфер своим аперспективным безумием (деконструируя все больше аспектов реальности), он направил свой деконструирующий лазер на себя и подверг деконструкции собственные принципы, растворив все основания для веры в любые его постулаты. Как следствие, зеленый коллапсировал как функционально оперирующий передовой край эволюции.