Тайная власть Британской короны. Англобализация - Алексей Кузнецов

Находясь в зените могущества, Британская империя простиралась на одну четвертую поверхности земной суши, а ее поданные составляли примерно четверть населения планеты. В Европе, кроме главных островов, Британия обладала важными морскими и торговыми пунктами: Гибралтаром, Мальтой и Кипром, в Азии – Индией, почти половиной Африки с важными прибрежными странами и множеством островов, ей принадлежала Австралия с новозеландскими островами, неизмеримые пространства земель в Северной Америке и большинство островов Вест-Индии (в бассейне Карибского моря). Как отмечает немецкий экономист Ф. Лист, «Англия захватила ключи ко всем морям и всюду расставила сторожевые посты… Ей не хватает только Дарданелл, Зунда, перешейков Суэцкого и Панамского для того, чтобы все моря запирать и открывать по своему желанию»^[108]. После Первой мировой войны англичане закрепились на Ближнем и Среднем Востоке, контролируя Аден, Египет, Судан, Северное Сомали, Договорный Оман, Маскат, Оман, Кувейт, Катар, Ирак, Трансиорданию, Палестину и даже часть Ирана. На защите империи стояли Королевские ВМС – величайший военный флот в истории; её земли соединяли 170 000 миль телеграфных кабелей, проложенных по морскому дну, и 662 000 миль подземных и наземных телеграфных линий. На долю Британии приходилось более 30 % общемирового ВВП. По энергопотреблению она в пять раз превосходила Соединённые Штаты, и в 155 раз – Россию. Эта страна обеспечивала 25 % мирового товарооборота, две пятых торговли промышленными товарами. При этом население Британии составляло лишь 2 % жителей планеты^[109].

Темпы расширения территории Британской империи поражают воображение. В 1860 г. Британская империя занимала без метрополии 6,5 млн. кв. км с населением 145 млн., в 1899 г. – 24 млн. кв. км с населением 309 млн. человек, в 1914 г. – 33 млн. кв. км с населением 380 млн. человек, а после Первой мировой войны – 35 млн. кв. км с населением 450 млн. человек. И в абсолютных, и в относительных показателях Англия захватила больше колоний, чем какая-либо другая империалистическая держава, что подтверждается следующими данными (табл. 1.1).

Итак, Британская империя была последней, крупнейшей, поистине глобальной империей, «над которой никогда не заходило солнце». Осуществляя территориальную, торговую и культурную экспансию, Британия тщательно собирала сведения и систематизировала знания об особенностях развития покоренных народов. Исключительная информированность метрополии о повседневной жизни и устройстве быта в колониях во многом определила центральное местоположение Британии в системе глобальных экономических координат.

Таблица 1.1

Колониальные владения «великих держав» после Первой мировой войны

Эксклюзивные по тем временам знания о специфике ведения хозяйства в различных странах и на разных континентах планеты активно использовались английскими философами и политэкономами как для создания теоретико-методологической базы раннего капитализма, так и для формулирования четких социально-экономических законов материального воспроизводства на более поздних этапах развития современной цивилизации – в период полномасштабного развертывания процессов экономической и финансовой глобализации. Практическое применение указанных законов во многом способствовало расцвету Британской империи, за что их разработчики удостаивались высоких государственных должностей и титулов^[110].

Не в последнюю очередь именно благодаря первенству в описании и мировом распространении правил хозяйствования в индустриальную и постиндустриальную эпоху, а также более глубокой, чем у других европейских империй, интеграции в систему мирохозяйственных связей, Британии удалось обеспечить себе несравнимые конкурентные преимущества на геополитической арене.

Совокупность теорий и правил экономического поведения, разработанных английскими политэкономами в период существования Британской империи, были положены в основу политико-экономической системы, которая в современном научном обороте получила название англосаксонской модели капитализма.

По мнению британского философа и экономиста, президента Института Адама Смита М. Пири, англосаксонская модель капитализма возникла не в результате стечения обстоятельств, а является продуктом культуры, в которой она родилась и развилась в соответствии с характерными чертами и стилем жизни того народа, который ее породил: хотя название модели происходит от германских племен, англов и саксов, которые в течение 5–7 вв. н. э. переселились на Британские острова из Северной Германии, она также воплотила в себя культуру кельтов (скотов), которые осуществили значительное влияние на ее формирование.

М. Пири также считает, что в основу этой модели положены два фундаментальных философских принципа, которые имеют глубокие корни в англосаксонской культуре – это принцип оппонирования, соперничества, противоборства (adversarial principle) и эволюционный принцип (evolutionary principle). М. Пири подчеркивает, что центральным элементом в британской философской традиции выступает понятие конфликта (конкуренции). Принцип оппонирования предусматривает подчинение каждого общественного действия двум сторонам, которые должны находиться в конфронтации друг к другу. Независимо от того, идет ли речь о судебном процессе, в котором дело одновременно ведется стороной обвинения и стороной защиты, о парламентской системе, представленной правящей партией и оппозицией, об оппонентах в научном эксперименте, либо о конкурирующих фирмах на рынке, победа в конкурентной борьбе должна быть присуждена той стороне, чья аргументация окажется наиболее убедительной.

Сила принципа оппонирования в Великобритании помогает объяснить традиционно скептическую позицию этой страны в отношении интеграционных процессов в ЕС. Гармонизация стандартов и правовых норм ЕС в европейских странах со схожей практикой считается абсолютно неприемлемой для Великобритании, поскольку противоречит ее традициям судопроизводства, управления и философии.