Накануне империи. Прикладная геополитика и стратегия в примерах - Валерий Коровин

Что же касается ЕврАзЭС, то здесь изменения являются по сути революционными. В первую очередь, важнейшим шагом за все последние годы стало завершение создания Таможенного союза. Этот процесс длился почти полтора десятка лет, и, как ни странно, именно Россия большую часть времени тормозила развитие этого проекта. Смысл Таможенного союза заключается в том, чтобы максимально открыть границы внутри него, уравнять тарифы, отменить пошлины и тем самым интенсифицировать внутреннюю торговлю. Если брать теоретическую базу этого проекта, то мы увидим, что он основывается на теории «автаркии больших пространств» немецкого экономиста Фридриха Листа. Смысл этой теории заключается в том, что если в равных условиях оказываются бедные и богатые государства, то бедные ещё больше беднеют, а богатые — богатеют. Поэтому вступление бывших советских республик во Всемирную торговую организацию (ВТО) в итоге ещё больше обескровливает их экономики. В то время как равные экономики, коими, по сравнению с западными, являются экономики стран ЕврАзЭС, при объединении своих таможенных пространств богатеют одновременно и в равной степени. Поэтому именно Таможенный союз является наиболее оптимальным вариантом интеграции постсоветского пространства, а не вступление в ВТО по отдельности, как это происходит сейчас.

Что касается ОДКБ, то здесь следует отметить, что эта структура всё больше приобретает формы и задатки реального военного блока, который на фоне ухудшающихся отношений России с Западом может вполне рассматриваться как предварительная стратегическая военная альтернатива со стороны стран постсоветского пространства агрессивному блоку НАТО. Функция ОДКБ важна также в том плане, что до нынешнего момента в ШОС Россия представляла только саму себя. В то время как объединение ОДКБ и ШОС меняют статус России, которая становится главой самостоятельного блока и уже на равных, паритетных условиях может подключаться к военным и стратегическим проектам ШОС. ОДКБ усиливает позиции России в ШОС, особенно в отношениях с Китаем, и, собственно, интегрирует, восстанавливает все те разрушенные военно-стратегические связи, которые были утрачены с распадом Советского Союза. В любом случае, интеграция из пустого, ничего не значащего, формального термина, которым многие годы прикрывались национальные элиты постсоветских государств, обделывая свои внутренние дела, наконец-то обрела реальное содержание и имперскую динамику. Те начинания, которые осуществлены, уже не остановить.

(Комментарий РГРК «Голос России», 11 октября 2007 года)