Советский Союз. Последние годы жизни - Рой Медведев

На мой взгляд, деятельность Горбачева в годы его правления прошла через ряд этапов, различных как по мотивам, так и по результатам. При этом разрушение СССР или КПСС никогда не было ни явной, ни скрытой целью его работы. На самом первом этапе Горбачев стремился по крайней мере ослабить напряжение «холодной войны» и ускорить развитие советской экономики. Затем он принял решение – способствовать развитию демократии в СССР и в КПСС и всего того, что входило тогда в понятие «социализм с человеческим лицом». Развитие гласности и пересмотр многих прежних догматических и ложных оценок истории СССР – также заслуга Горбачева. Однако Горбачев действовал неосторожно. Он переоценил свои силы и недооценил силы вероятного противодействия. Он мало размышлял о возникших трудностях и путях их преодоления, он не опирался на народную поддержку и пытался действовать в столь большом спектре проблем или, напротив, игнорируя столь большое число проблем, факторов и обстоятельств, что катастрофа становилась неизбежной. Горбачев просто не обладал необходимыми навыками управления столь сложной машиной, какой являлись Советское государство и КПСС. В последние два года перед крушением СССР главными мотивами Горбачева стали уже не реформы, а проблемы удержания власти, и не столько власти КПСС, сколько своей личной власти. Его главной заслугой в этот период является тот простой факт, что он удержался от массированного применения силы. Ошибки Горбачева многочисленны, и его роль в распаде Советского Союза очень велика, хотя и не столь велика, как об этом говорят и пишут его недоброжелатели. Я могу указать ниже лишь некоторые из таких ошибок и просчетов, которые мне представляются наиболее серьезными.

Ошибочно расставленные приоритеты. Уже в 1985 – 1986 гг., начав свою деятельность в качестве лидера партии и государства, Михаил Горбачев не сумел правильно расставить приоритеты. Главной политической и экономической проблемой в стране была тогда проблема низкого материального уровня большинства рядовых граждан страны. Решения именно этой проблемы ждали от нового лидера рабочие, крестьяне и служащие. Это было то основное звено, взявшись за которое можно было вытянуть и всю цепь других проблем. Да, нужно было расширять демократию, работать над ослаблением тягот «холодной войны». Но в центре внимания руководства страны и партии должны были стоять вопросы зарплаты и пенсий, уровня жизни, улучшения продовольственного снабжения провинции и т.п. Только такая политика могла обеспечить новому руководству страны прочную поддержку населения и создать, таким образом, предпосылки для проведения других реформ. Даже в 1989 г., когда стали проводиться открытые и массовые опросы населения, свыше 60% всех опрошенных на первое место среди проблем, требующих решения, называли необходимость улучшить материальные условия жизни населения и только 15% опрошенных на первое место ставили требование о расширении политических прав. На вопрос о главных целях социализма 40% опрошенных говорили о материальном благосостоянии, 30% – о возрождении деревни и сельского хозяйства, 25% – о справедливости без привилегий и 18% – о демократии. Однако именно в деле материального благосостояния перестройка не дала ничего.

С самого начала Горбачев выдвинул на первый план в экономике проблему развития машиностроения, а во внутренней политике борьбу против алкоголизма и за «здоровый образ жизни», а также против «нетрудовых доходов». Но проблема развития машиностроения являлась приоритетом еще в годы первой пятилетки, а борьба за «здоровый образ жизни» с помощью административных мер не могла вызвать ничего, кроме массового недовольства.

Стремясь исправить ситуацию, Горбачев в 1987 – 1988 гг. выдвинул на первый план лозунги демократизации и гласности, а также программу политических реформ. Это вызвало поддержку большей части интеллигенции, но не рядовых граждан, материальное положение которых продолжало ухудшаться. В условиях демократизации и того ослабления власти, которое проистекало из-за непродуманных и поспешных политических реформ, недовольство населения страны не только вышло на поверхность, но и оказалось направленным против самого Горбачева и руководства КПСС. Именно Горбачев стал с конца 1989 г. главной мишенью демократической критики, что стало для него большим личным потрясением...

Не вся консервативная критика в адрес Горбачева была ошибочной. Но в дискуссиях 1989 – 1990 гг. и некоторые из интеллектуалов предлагали Горбачеву изменить приоритеты. Ему давали советы более энергично решать вопросы, связанные с материальными нуждами населения. При этом делались ссылки не только на опыт Яноша Кадара в Венгрии 60 – 70-х гг., но и на более близкий и масштабный опыт Дэн Сяопина в Китае в 80-е гг. Каждый шаг вперед в экономических и политических реформах должен не ухудшать, а улучшать материальное положение трудящихся. Для этого нужно использовать и новые демократические, и прежние авторитарные рычаги власти, а также авторитет партии. Выгодные стране и населению экономические реформы должны опережать политические реформы. М. Горбачев во многих случаях соглашался с такими советами и принимал необходимые решения. Была прекращена антиалкогольная кампания и начало, хотя и медленно, увеличиваться производство пива, вина и более крепких напитков. Были приняты решения о расширении индивидуальной трудовой деятельности, кооперативной деятельности, частной торговли. В городах и рабочих поселках появились первые кооперативные кафе, закусочные и рестораны. Была разрешена свободная покупка и продажа частных домов в пригородных зонах. Началась приватизация городских квартир. Были отменены многие неразумные ограничения в использовании садово-огородных и приусадебных хозяйств. Расширялось дачное строительство. Все это были шаги в правильном направлении. Однако параллельно шли, быстро нарастая, и другие, скорее разрушительные, чем созидательные процессы. Речь шла о безоглядном внедрении в советскую экономику рыночных реформ и о разрушении всех прежних институтов власти, построенных в первую очередь на авторитете КПСС.

Значительная часть интеллектуалов-демократов из окружения Горбачева убеждала его ускорить проведение как экономических, так и особенно политических реформ. Эти люди утверждали, что ни в городе с его централизованной «командно-административной» экономикой, ни в деревне с ее колхозами и совхозами никаких элементов рыночной экономики создать невозможно, особенно при сохранении действующих в стране политических структур. Этого не позволит сделать консервативный партийный аппарат. Поэтому нужно в первую очередь ослабить всевластие партийного аппарата и создать противостоящие ему и обладающие реальными полномочиями новые институты общественной власти. Как утверждал один из «прорабов перестройки», Игорь Клямкин, «в России нужно проводить демократизацию и осуществлять через нее пробуждение общества. При этом демократизация должна стать той формой, через которую будут пробивать себе пути и тенденции к усилению личной властиреформатора. Власть реформатора должна быть вычленена из старых аппаратных структур». (Курсив мой. – Р.М.)[330]. «Вся власть Советам!» – с таким большим лозунгом стоял Андрей Сахаров перед входом в зал заседания Съезда народных депутатов СССР. Но теперь этот лозунг был направлен против «руководящей и направляющей роли КПСС».