От диктатуры к демократии - Джин Шарп

По мере того как долгосрочная борьба развивается от первоначальных стратегий к все более смелым и сложным, стратеги должны решить, как в дальнейшем ограничивать источники диктаторской силы. Цель их — использовать всеобщий отказ от сотрудничества, чтобы создать новую, более благоприятную стратегическую ситуацию.

По мере усиления демократических сил стратеги должны рассчитывать на более твердый отказ от сотрудничества и более полное неповиновение, которые должно истощить источники силы диктатуры и тем самым увеличить ее политическое бессилие, а там — и привести диктатуру к распаду.

Надо тщательно спланировать, как именно демократические силы ослабят поддержку диктатуры. Что надо для этого сделать? Изобличить жестокости режима? Показать, к каким катастрофическим последствиям приводит диктатура экономику? Объяснить, что и диктатуры смертны? Сторонников власти надо убедить в том, чтобы они хотя бы заняли нейтральную позицию («сидели на заборе»), а лучше — стали бы активными сторонниками движения.

Пока политическое неповиновение планируется и осуществляется, чрезвычайно важно уделять особое внимание всем главным сторонникам и сотрудникам диктаторов, включая их «внутренний круг», политическую партию, полицию, бюрократию и особенно армию.

Необходимо тщательно измерить степень лояльности вооруженных сил (и солдат, и офицеров) и определить, можно ли как-то повлиять на военных. А что, если простые солдаты — это несчастные, напуганные призывники? Что, если офицеры не сочувствуют режиму по личным, семейным или политическим мотивам? Наконец, какие еще факторы могут сделать солдат и офицеров открытыми для демократического влияния?

В начале освободительной борьбы следует разработать отдельную стратегию общения с войсками и чиновниками. Демократические силы могут словами, символами и действиями показать, что освободительная борьба будет решительной и упорной. Войска должны понять, что эта борьба угрожает диктатуре, а не их жизни. Все это нацелено на снижение морального духа в армии и в конце концов на то, чтобы привлечь ее к демократическому движению. То же самое относится к полиции и гражданским служащим.

Однако не надо путать такие попытки с прямым подстрекательством. Демократы отнюдь не стремятся к военному перевороту. Он едва ли привел бы к работоспособной демократии, поскольку (как говорилось выше) практически не затронул бы соотношения сил между подданными и властью. Значит, нужно подумать о том, как показать сочувствующим в армии, что ни военного переворота, ни гражданской войны демократы не хотят.

Сочувствующие офицеры могут сыграть очень важную роль в демократической борьбе, например, распространяя в армии настроения недовольства и призывы к отказу от сотрудничества, поощряя умышленную неэффективность, молчаливое неисполнение приказов, отказ от осуществления репрессий. Военные могут оказывать демократическому движению различную не связанную с насилием помощь, обеспечивая безопасный проход, снабжая медикаментами, информацией или пищей и т. д.

Армия — один из важнейших источников диктаторской силы, поскольку она может использовать дисциплинированные военные части и вооружение для прямой атаки на непослушных. Стратеги неповиновения должны помнить, что чрезвычайно трудно или невозможно разрушить диктатуру, если полиция, бюрократия и армия останутся на ее стороне и будут выполнять ее приказы. Поэтому стратегии, стремящиеся ослабить лояльность армии, исключительно важны.

Демократические силы должны помнить, что недовольство и неподчинение армии и полиции может оказаться весьма опасным для полицейских и военных. За любой акт неповиновения их ждет жестокая кара, а за мятеж — казнь. Демократические силы не должны призывать солдат и офицеров к немедленному мятежу. Когда удается обеспечить коммуникацию с ними, надо разъяснять, что существуют сравнительно безопасные формы «скрытого неповиновения», которые можно применять на начальном этапе. Например, полиция и солдаты могут плохо выполнять приказы о репрессиях, не находить разыскиваемых людей, предупреждать о готовящихся репрессиях, арестах или депортациях, не предоставлять важную информацию вышестоящим офицерам. Недовольные офицеры, в свою очередь, могут не передавать солдатам приказов о репрессиях. Солдаты могут стрелять поверх голов. Что до гражданских служащих, они могут «терять» документы и инструкции, неэффективно работать и сидеть дома «по болезни».