Страж нации. От расстрела парламента – до невооруженного восстания РГТЭУ - Сергей Бабурин

Вторая тенденция, зародившаяся сразу после Потсдама, заключалась в стремлении западных стран и, прежде всего, США, добиться пересмотра достигнутых соглашений и, соответственно, изменения баланса сил в свою пользу. Появление у США атомного оружия, недостаточно мотивированное с военной точки зрения его использование в финальной фазе борьбы с Японией, наряду с последующими попытками сохранить за собой монополию в сфере ядерных вооружений, естественно, не могло не вызвать ответную реакцию СССР. Следствием стала безудержная, истощающая гонка вооружений, дополненная политико-психологическим и идеологическим противостоянием, получившая название «холодной войны». Олицетворением этих противоречий была разделенная Германия.

На протяжении всех послевоенных десятилетий обе тенденции развивались параллельно, при недолговременном преобладании той или иной из них. Кто-то вспомнит обещание Н. Хрущева во время его визита в США «закопать» капитализм, кто-то — заявление Р. Рейгана, объявившего Советский Союз «империей зла», с которой надо бороться всеми доступными средствами.

Неустойчивое равновесие двух этих тенденций имело место вплоть до второй половины 80-х годов, когда вследствие глубинных внутриполитических изменений в СССР и большинстве стран — его союзников возобладало стремление во что бы то ни стало войти в так называемый «общеевропейский дом» ценой односторонних и ничем не компенсируемых уступок требованиям Запада. Критическая масса этих уступок накопилась к моменту встречи лидеров СССР и США на Мальте в 1989 году. Именно после той встречи начался обвал Ялтинско-Потсдамской системы и постепенное ее замещение новой системой международных отношений, проектирование которой завершилось в 1997 году на саммите НАТО в Мадриде. Отсюда складывающуюся с тех пор новую расстановку сил в мире и следует называть Мальтийско-Мадридским мировым порядком.

Для США важно максимально закрепить откат России в ее территориальных пределах на три столетия назад. Находясь в Москве в 1992 году, Г. Киссинджер призывает российских политиков признать, что национальные интересы Российской Федерации не выходят за ее государственные границы, и задача русских — сделать Турцию преемником СССР в бывших советских мусульманских республиках. «Если Россия останется в пределах своих границ, — напишет он позже, — то со временем упор с безопасности переместится на партнерство». Вообще, в отношении России с 1989 года и по настоящее время проводится самая примитивная политика кнута и пряника.

Государственно-территориальное устройство в рамках Мальтийско-Мадридской системы включает новый межгосударственный и геополитический передел мира.

О геополитическом межгосударственном переделе свидетельствуют, прежде всего, такие факты:

1) СССР перестал существовать как геополитическая реальность, значительная часть его территории обрела статус безъядерной. Калининградская область России стала полуанклавом.

2) Прекратила существование Германская Демократическая Республика, а ее территория вошла на правах нескольких земель в состав ФРГ.

3) Прекратила существование СФРЮ, а ее территория стала зоной многолетнего конфликта.

4) Афганистан после вывода с его территории советских войск на многие годы погрузился в пучину гражданской войны и государственно-территориальной раздробленности. Разгром режима талибов осенью 2001 года силами международной коалиции во главе с США мало что изменил, если закрыть глаза на то, что производство наркотиков возросло, а война усилилась.

5) В результате агрессии США и их сателлитов против суверенного Ирака в 2003 году и Ливии в 2011 году нестабильность в регионе многократно возросла, а сами подвергшиеся агрессии страны погрузились в пучину междоусобных конфликтов.

6) США и некоторые их союзники активизировали свою поддержку территориальных претензий Японии на российские Курильские острова.

7) Территория Организации Североатлантического договора (НАТО) — охранная зона атлантической цивилизации — расширилась далеко на восток, поглощая уже и государства иной традиции и национальной культуры, чем те, что первоначально объединились для самообороны от коммунизма. База НАТО появилась даже в России (Ульяновск).

Вряд ли оправданно видеть в США или Великобритании единственного идеолога и монтажера новой расстановки мировых сил. Резонно вспомнить о германской политике, возвращающейся к своим многовековым целям. Это воплотилось, например, в расчленении Югославии, тесной увязке Хорватии и Словении с германской и австрийской экономикой, разделении Чехословакии, уничтожающем последние следы Версальского договора, в поощрении бельгийского федерализма, в общем — в оживлении геополитических принципов Mitteleuropa. Свои интересы укрепили Китай, Япония, Бразилия. Вообще, в новом мировом порядке закрепилось начавшееся после Второй мировой войны смещение политического сознания в сторону универсализма и интернационализма.

Геополитический передел мира по Мальтийско-Мадридской схеме заключается в том, что Польша, Чехия, Венгрия, Румыния, Болгария, Словакия, Литва, Латвия, Эстония, даже отчасти Украина и Молдова не просто вышли из реального военно-политического партнерства с Россией, а и в разной степени успешно интегрируются в структуры Европейского Союза и НАТО. Мы видим резкое смещение на восток Европы цивилизационной границы с радикальным расширением территории евроатлантической культуры. Одновременно идет переформатирование арабского мира, Африки, Латинской Америки.

Если первоначально НАТО стояло перед выбором: либо расширение и ответ на новые реалии, либо роспуск, то достаточно быстро оно пошло по первому пути. Расширение военно-политического блока НАТО сопровождалось выходом его военных операций за пределы территории блока, что в корне изменило его стратегическую сущность.

Этот геополитический передел происходит в форме глобализации, которую даже не политизированные, а просто вдумчивые наблюдатели воспринимают как «субъективное, управляемое явление, которое регулируется наемными политиками и юристами в интересах владельцев крупного капитала, заинтересованных в расширении рынков сбыта и получении дополнительной сверхприбыли».

Еще в 1998 году я предложил считать основными отличительными признаками Мальтийско-Мадридского мирового порядка:

во-первых, признание США единственной мировой сверхдержавой, на интересы которой ориентируются международные отношения;

во-вторых, объявление всех жизненно важных для человечества регионов мира зонами интересов или ответственности США;

в-третьих, попытки придать необратимый характер процессу разрушения СССР (исторической России) на несколько независимых государств, тяготеющих к различным цивилизационным центрам;

в-четвертых, смещение цивилизационной границы в Европе на Восток, воссоединение Германии через включение территории ГДР в состав ФРГ, переориентация Польши, Чехии, Венгрии, Болгарии, Румынии, а за ними государств Прибалтики, Словакии на Атлантическую цивилизацию;

в-пятых, расширение практики «принуждения к миру», включая использование вооруженных сил НАТО вне территории блока и против государств, в блок не входящих.