Проект Россия. Книга 4. Большая идея - Юрий Шалыганов

Персидская бюрократия не могла передать командование греку. Все это понимали. Мемнон тоже понимал и потому пытался отговорить персов от войны. Он доказывал: если Македонский проиграет, ничего страшного, обычная воинская неудача. Но если вы проиграете, потеряете страну. Грек предлагал тактику «выжженной земли»: отходить вглубь страны, оставляя за собой пустыню — уничтожать посевы, сжигать селения, города; хлеб увозить, скот угонять. Армия Македонского умерла бы от голода, жажды и прочих проблем, неизбежных для большой массы людей, оказавшихся в пустыне.

Персидские вельможи, крупные землевладельцы, даже слушать не хотели подобных советов. Вместо благодарности они обвинили Мемнона в намерении подорвать экономическое могущество страны, то есть в измене и прочих зловредных замыслах.

Мемнон предлагает другой план: послать в Македонию десант из нескольких десятков тысяч персидских воинов. На боеспособности персидской армии это не скажется, а Македонский перед угрозой захвата своего царства вынужденно отступит. Советы греческого полководца и стратега Мемнона персидские политики были не в силах услышать, потому что говорили на разных языках и преследовали разные цели. Они не думали, как победить Македонского. Они думали, как сохранить привычный стиль жизни и как в будущем выторговать себе различные преимущества у царя.

Кстати, современные вельможи перед лицом кризиса — в аналогичном положении. Они все уверены, что кризис как-нибудь победят, потому что, а как же иначе? Они не думают, они живут привычной текучкой устоявшейся жизни. И они проиграют, как персы.

Александр был на голову выше персов, людей, похожих на современных чиновников. Они имели безопасную сытую жизнь и не умели играть в те шахматы, которые им навязывал Македонский. Золото для Александра было не способом обустраивать быт, а фишками для игры. Характерный поступок: он вложил в армию все свои ресурсы. На вопрос друзей и близких, что же он отставляет себе, Македонский ответил: «Себе я оставляю надежду».

Александр понимал особенности персидского общества. Он знал: нестандартные, но единственно верные советы Мемнона персидские вельможи не воспримут. В такой ситуации царь не мог пойти на разорение своей земли. Кроме того, царь Персии обязан присутствовать на главном сражении. Этого требовали обычаи, и это была слабая точка персидской военной машины. Если поколебать центр (царя), вся масса армии, ни секунды не думая, обернется в бегство.

Македонский дважды бил по этой точке, и Дарий дважды бежал с поля боя (первый раз в битве при Иссе, второй — при Гавгамелах). Это было не продуманное отступление, а бегство в панике и от страха, бросая все. Царь не спасал свою жизнь, ведь бегство было равно самоубийству и означало утрату божественного статуса. Убежавший царь или выдавал себя за божество (обманывал), или боги отвернулись от него. В том и другом варианте его ждала смерть от своего же окружения.

Дарий все это понимал, но под напором Македонского с одной стороны, и своей природы с другой, бежал как трус. Он не отступал по стратегическим причинам, он именно бежал, не в силах преодолеть животный страх.

Персидские чиновники, отступавшие с царем, впоследствии казнили Дария. Потом Македонский казнил этих чиновников за то, что они взяли на себя смелость решать вопросы, выходящие за рамки их компетенции.