Бездна. Первые после Бога - Юрий Корчевский

Михаил и Пафнутий подошли, взяли по щепотке черного молотого перца, потерли его между пальцами, понюхали, попробовали на язык. Перец был настолько острым, что на глазах выступили слезы.

– Ядреный! – охнул Пафнутий. – Попроси его, пусть даст воды!

Михаил перевел. Мирза из кувшина плеснул в кружку воды и подал Пафнутию. Тот жадно сделал несколько глотков.

– Берем все, – сказал он Мирзе.

– У меня пять десятков мешков, – важно сказал Мирза. – Сколько будете брать?

– Все. Нам даже мало будет, у нас два корабля.

На какой-то миг Мирза потерял самообладание. Глаза его, дотоле учтиво-спокойные, остро блеснули. Слегка охрипшим голосом он сказал:

– Сколько еще надо?

– Столько же.

Михаил приподнял мешок. С виду большой, как обычный мешок для зерна на Руси, он был легким – от силы полпуда будет, а то, пожалуй что, и поменьше.

Мирза, предвкушая хороший куш, засуетился.

– Все, что у меня есть, сегодня же доставлю к кораблям на причал.

– Там и рассчитаемся. Только учти, Мирза, я сам проверю каждый мешок, – сказал Пафнутий. – Ты думай, как еще столько же привезти.

Купцы направились к кораблям, куда вскоре вместе с гружеными арбами прибыл Мирза. Погонщики сгрузили мешки на причал.

Купцы открывали мешки, проверяли перец. Один мешок попался с перцем «горошком».

– Мы так не договаривались! – обиделся Пафнутий.

– Этот мешок случайно попался, уважаемый! Не хочешь – не бери, а заберешь – в половину цены отдам.

– За один дирхем? – уточнил купец.

– Именно так.

Перец «горошком» весил меньше из-за меньшей плотности. Взяли и его.

Пока команда носила и укладывала мешки в трюмы кораблей, купцы приступили к расчету. Собственно, Михаил уже все посчитал в уме: сорок девять мешков по два дирхема и один мешок – дирхем. Получалось – девяносто девять дирхемов. Купцы же считали на восковой табличке. Когда суммы сошлись, оба удивленно уставились на Михаила:

– Ты как смог так быстро посчитать?

– В уме.

– Вах! Тебе надо быть визирем или советником у нашего шаха!

Купцы расплатились. В ход пошли всевозможные серебряные монеты разных стран – все взвешивали. Причем как Пафнутий, так и Мирза-оглы – на своих весах.

Мирза расчетом остался доволен, ссыпал монеты в мешочек.

– Мирза-оглы, нам этого мало, надо еще столько же.

– Я постараюсь доставить товар как можно скорее.

– Ладно, мы подождем. Сколько ждать – день, два, три?

– Не волнуйтесь, я приложу все усилия! – клятвенно заверил Мирза.

Несколько раз поклонившись и заверяя в своем почтении к чужеземным купцам, Мирза удалился, не в силах скрыть довольной улыбки.

– Ох и жулик! – сказал Пафнутий.

– Почему? Ведь он все привез, как и договаривались.

– Кажется мне, что перца у него больше нет. Но этот мошенник купит перец у других купцов и попытается нам всучить.

– Какая разница, если товар будет качественным и цена прежней, – отмахнулся Михаил. – Я бы еще пряностей прикупил – того же имбиря или корицы. Хотя бы для пробы – по мешку.

– Бери, кто тебе не дает? Ты хозяин, деньги твои.

И Михаил отправился на базар. Там он не спеша выбрал по мешку корня имбиря, кардамона в стручках с нежным ароматом, шафрана. Сушеные рыльца шафрана издавали приятный и тонкий аромат, но на вкус были необычные – сладко-горькие, и пачкали оранжевым цветом пальцы.

Прислуга купцов донесла мешки до корабля.

Пафнутий осмотрел покупки, понюхал, попробовал на язык.

– Думаешь, купят?

– Не хозяйки, так лекари.

– Хм, ну-ну.

Прошел день, за ним – второй и третий. Устав ждать, купцы отправились в лавку к Мирзе, которая оказалась закрытой. Соседский лавочник объяснил им, что еще третьего дня уважаемый Мирза-оглы запер лавку и уехал на арбе. Куда – неизвестно, но только его никто не видел.

– Я же говорил – жулик! – кипятился Пафнутий. – Надо искать товар у других.

– Давай подождем еще немного. Где три дня, там и седмица. У нас все равно зима, реки подо льдом уже, не пробьемся.

– Пошли по базару, все равно делать нечего. Может, перец найдем?

Михаил согласился, тем более что нужно было покупать провизию на обратный путь. Про гречку здесь слыхом не слыхивали, потому Михаил решил купить по мешку риса, гороха и сушеного мяса. А главное – хлеба в виде пресных местных лепешек. Засушенные, они вполне могли сойти вместо сухарей.

Случайно они забрели в дальний угол, где располагался невольничий рынок.

Михаил видел рабов впервые. В его времени – дикость, варварство, а в средневековой Персии – обычное дело.

Под навесом, защищающим от солнца, стояли полуобнаженные, а то и вовсе нагие люди. Вокруг не спеша бродили немногочисленные покупатели.

Михаил поглазел немного и уже собирался идти дальше, как вдруг услышал русскую речь. Он заинтересовался – неужели русский покупатель? – и подошел поближе.

Вокруг нескольких юношей и девушек расхаживал перс в богатых одеждах. Продавец живого товара угодливо вертелся перед ним. За рабами стоял устрашающего вида надсмотрщик с бичом в руке.

Покупатель сморщил нос, явно чем-то недовольный, и отошел к другим продавцам.

Михаил спросил по-русски:

– Кто из Гардарики?

– Я, господин! – отозвалась одна из девушек. – Купи меня. Век рабой буду, только не бросай меня здесь!

Девушка была хороша собой: правильный овал лица, прямой греческий нос, хорошая фигура.

Продавец, заметив, что его товаром заинтересовались, подошел ближе.

– Смотри, какая красавица! Ну-ка, открой рот! Господин, посмотри зубы – как жемчужины!

– Ты откуда? Из каких земель? – спросил Михаил по-русски.

– Псковская я.

– А сюда как попала?

– Выкрали меня. В прошлом году, на Янку Купалу, прямо у реки.

– Михаил, – вмешался Пафнутий, – зачем она тебе? Только деньги зря тратить!

Услышав эти слова, девушка упала на колени. По ее лицу потекли слезы.

– Встать, мерзавка! – рявкнул надсмотрщик.

– Ты бы заткнулся, пес, пока я товар выбираю, – процедил Михаил сквозь зубы.

Продавец метнул на надсмотрщика злобный взгляд.

– Сколько просишь за нее? – спросил его Михаил. Ему просто было жаль девушку – не привык он еще видеть русских в плену, иное воспитание сказывалось.