Охотники на тъернов - Ольга Куно

Непродолжительный, но пристальный взгляд. Потом Ирвин подошел ко мне вплотную.

– Не боишься, что сон может оказаться эротическим?

Пришлось поднять голову, чтобы встретиться с ним глазами.

– Ничего не имею против эротических снов, – улыбнулась я, кладя руки ему на плечи. – А боюсь только одного – что он окажется слишком коротким. Потому что кто-нибудь опять ворвется и его обрубит.

– Не ворвется, – покачал головой Ирвин. – А если ворвется, я точно его заколю.

Положив руку мне на макушку, он склонился к моему лицу. Поцелуй был похож на самый первый – долгий, пронзительный, почти агрессивный. Губы Ирвина настаивали, добивались, захватывали, безмолвно транслировали: мое. Сперва я просто сдалась их напору, почти пассивно. А потом и сама перешла в нападение, не менее агрессивно транслируя мужчине, что намерена незамедлительно получить его в единоличную собственность.

Кушетка оказалась очень близко. Я принялась расстегивать на Ирвине рубашку. Мой плащ давно уже был сброшен и лежал в стороне. Платье с расстегнутым воротом сползло на сторону, и Ирвин впился губами в мое плечо, потом в шею. Закончив наконец-то бороться с его рубашкой, я стянула ее с плеч, а Ирвин быстро отбросил ее в сторону, не намеренный отвлекаться на такую ерунду. Я обняла его за спину, но этого показалось мне недостаточно, и я обхватила его ноги своими.

Надеюсь, что никто не подслушивал за дверью. Впрочем, вру. На самом деле мне было все равно.

Разгоряченная, я не чувствовала царившей в комнате прохлады и лежала, откинув голову назад, закрыв глаза и свесив с кушетки правую руку. Сейчас никто не заставил бы меня пошевелиться, даже под страхом смерти. Я почувствовала, как Ирвин встает с кушетки, слышала, как он сделал несколько шагов по комнате, возможно подбирая одежду. Открыть глаза даже и не подумала. Потом моего плеча коснулась его рука.

– Стелла! – позвал он.

Я невнятно помычала.

– Стелла! Ау!

Мужская рука потрясла меня более настойчиво.

– Чего тебе? – спросила я, по-прежнему не размыкая век.

– Вставай! – заявил Ирвин.

– Ты меня гонишь?

Его тон очень четко свидетельствовал о том, что серьезный конфликт между нами не назревает, поэтому я продолжила лежать, как лежала. Моя рука безвольно покачивалась над полом, пока Ирвин тряс меня в очередной раз.

– Да, – подтвердил он. – Убирайся с моей кушетки!

– Не хочу. Мне и здесь хорошо.

– На кровати значительно удобнее, – просветил меня Ирвин.

Я нехотя приоткрыла один глаз.

– Ты что, собираешься сослать меня в мою комнату?

– В твою комнату? – иронично переспросил Ирвин. – Вот еще! Целую комнату на тебя тратить?! Потеснишься на моей кровати, ничего тебе не сделается.

– Что ж такое? – проворчала я, открывая второй глаз и принимая сидячее положение. – Мало того что отдохнуть не дают, так еще и бессовестно на мне экономят.

Особенного впечатления на Ирвина мое ворчание не произвело. С подчеркнуто тяжелым вздохом я встала и поплелась в спальню. Ирвин шагнул туда следом за мной.

– И вот эта кровать – вместо моей замечательной кушетки? – сварливо осведомилась я.

– Половина этой кровати, – щедро уточнил Ирвин, откидывая одеяло. – Ложись, – добавил он уже более серьезно. – Время позднее, а встать завтра придется рано. Учти: если вовремя не проснешься, будить тебя я не собираюсь. Оставлю здесь.

– Еще чего не хватало! – фыркнула я, забираясь под одеяло под давлением столь весомого аргумента.

Ирвин лег рядом.

– Скажи, а у тебя случайно не завалялось дома пары кандалов? – поинтересовалась, поправляя подушку.

– Прости, пары чего у меня не завалялось дома? – переспросил он.

– Кандалов, – ответила я как ни в чем не бывало.

– С какой бы стати они взялись у меня дома?

– Ну, не знаю, – протянула я. – Что тебе, трудно было с работы захватить?

– Зачем? – фыркнул Ирвин.

– А я бы сейчас приковала свою руку к твоей, – зевая, объяснила я. – Чтобы ты не смог с утра сбежать, меня не разбудив.

Ирвин приподнялся и навис надо мной, опираясь обеими руками о кровать.

– Ты от меня и без кандалов никуда не денешься, – предупредил он.

Я улыбнулась и притянула его к себе. Поцеловала в губы, на этот раз не страстно, а просто нежно. А потом почувствовала его теплое, прерывистое дыхание у себя на щеке.

– Твой принц тебя не получит, будь он хоть тысячу раз принцем, – неожиданно жестко заявил Ирвин, склонившись к самому моему уху. – Это понятно?

– Главное, чтобы это было понятно тебе, – откликнулась я.

Я не привыкла думать о Винсенте как о принце. Но теперь, кажется, могла лучше понять чувства Ирвина. Соперничать с принцем крови – что может быть хуже? Разве что соперничать с королем.

Глядя Ирвину в глаза, я мягко провела рукой по его щеке и увидела, как потихоньку расслабляются мышцы его лица. Он поцеловал мои пальцы и повыше подтянул нам одеяло.

Мы легли на бок лицом друг к другу. Ирвин обнял меня и притянул к себе. Я прижалась к нему, положив одну руку на теплое плечо, а другой обняв за спину, просунув ее у него под мышкой. Пусть теперь попробует удрать, меня не потревожив. Уснула практически мгновенно.