Марсиане - Ким Стэнли Робинсон

Отчет о первом зафиксированном случае ареофагии Для Терри БиссонаВ сорок три я почти бросил Марс,Наброски листая, медлил —Прелесть романа и дел любыхВозникает не сразу, ждет момента,Среди занятий придет, а до —Хаос и мука, но, помня о том,Я ощущал, что могу связать их,Сделать одним – завершатся трудыЧудом, исполненьем желаний.Странных реликвий настало время —Марса осколков – архонитУпал в октябре возле Нигерии,В шестьдесят втором – миллионы летПробыл в космосе, а потомВ ожерелье жены мерцал.Сломав оправу, я камешек взял,На крышу влез на закате:Вороны к гнездам летят с полей,В сумерках черен прибрежный кряж,С запада златорунной отаройЛьнут к нему тучи в сини небес.Ветер в дельте свеж: я замерз —Мужик в годах, на балке верхом,Не фальшивку из Джерси разгрызть готов,Но, истинно, дольку Нового Света —Странно даже представить это —С соседней планеты камень.Объяснить невозможно, но мне,Мечтавшем о Марсе, на землеОткрылся, полный трепета мир,Лучше, чем прежде, я видел его:Вечер вокруг красотою дышал,Ночь опускалась, как занавес в театре,Плыла на восток черных птиц череда,Мой дом – под ногами. В солнца лучахУтес купался – и я положилКамень в рот. Увы! Ничего —Ни тока по венам, ни языковНовых в копилку – не разжевать мне,Не раскусить создание Марса.Вкуса у камня, видимо, нет,Скрипит на зубах, как песок,Коль проглочу – окажется смыт,Но желудочный сок, касаясь,Сгладит контуры, унесетПару атомов – ведь графитОстается в костях – у негоСемь лет цикл распада, даже год —Уже хорошо – так я сидел,Переваривал Марс, солнце в глазаБило сквозь Бериессы щель.Дует ветер – как листья осенью,Жизни кружит, но невозможныеЭйфория и скорбь – одно:Пыльный вихрь, игра настроения.Плыть ли ястребом в небесах,Виться змеем в прахе земном —Все – гармония и сплетениеНеких тайн. Чтоб закат такойУвидать, нужно много летТренировки воли и взгляда:Чудный день, когда мир пришелВ равновесье с моей душой.Я глотаю Марс – предо мнойМиражи цветут, притворяясьКалифорнией.