Тень предков - Александр Казанков

Грек посмотрел на кормчего Илью и, приложив руку к груди, произнес:

– При всем уважении к тебе, мой друг, ты знаешь мое отношение к варягам.

Кормчий молча кивнул в ответ, мол, понимаю, проходили уже.

– Благодарю тебя, Алексий, но в Константинополе мне будут не рады. Мой брат Илайя очень расстроился, увидев меня живым и здоровым. Боюсь, если я последую твоему совету, то жизнь моя будет не долгой.

– Понимаю. Мой младший брат тоже завидовал моим успехам, я жив только благодаря случаю и его глупости. Я освобожу германцев и дам тебе трех своих телохранителей. Они из хороших семей, честь для них не пустой звук. Они проводят тебя к русам. Может, я еще могу чем-то тебе помочь?

Святослав задумался. Конечно, еще много чего хочется попросить, да только не перегнуть бы палку, а то скажет – да пошел ты, мальчик, туда, куда в приличном обществе не посылают.

– Я плохо ориентируюсь в городе, мне бы проводника, чтобы указал, где здесь что находится.

Алексий почтительно кивнул головой и встал из-за стола.

– Конечно, я дам тебе человека, завтра же, как ты соизволишь проснуться. А сейчас предлагаю посетить мой дом. Время позднее, а у меня ты найдешь теплую и мягкую постель. Портовая таверна не самое лучшее место для ночлега.

– Я с благодарностью принимаю твое предложение. Оказанное тобой почтение и доброта ко мне навсегда останутся в моем сердце. Надеюсь, я смогу отплатить тебе тем же. Разреши задать тебе еще один вопрос?

Дука, намеревавшийся уже идти к двери, снова развернулся к Романову.

– Я слушаю тебя, отрок.

– Я вижу в тебе знатного воина из благородного рода, настоящего рыцаря, почему ты отдал ту девицу германку своим воинам? Просто она была добра ко мне, пока я был у германцев в плену, и ее судьба беспокоит меня, – пояснил причину вопроса Святослав.

Лоб грека напрягся, видимо он пытался понять, о ком говорит юный хазарин.

– Ты имеешь в виду ту девку на корабле?

Святослав кивнул.

– Она простолюдинка и разбойница, да еще убила двух моих воинов, мне следовало сразу ее повесить на мачте, но пожалел, узрев ее красоту. Не вижу ничего предосудительного в том, чтобы использовать пленницу по назначению, от нее не убудет, а воины нервы успокоят. Надеюсь, тебя удовлетворил мой ответ?

– Да, вполне, благодарю за честность, господин.

Ну вот, и этот думает в том же русле, что и Рихард: «от девки не убудет».

Святослав направился за греком на улицу, прошел по мощеной дорожке меж торговых рядов и подошел к воротам, врезанным в широкую башню. У ворот стояли двое стражников, закинув за спину каплевидные щиты и облокотившись на короткие копья. Шлемы были сдвинуты на затылок, стражники беззаботно дремали. Дука прикрикнул на стражников, и те, суетясь, принялись открывать ворота перед знатным господином.

Нужно будет узнать, что за должность такая стратиг фемы, уж больно суетятся стражники перед Дукой. Вон, никого ночью в город не пускают, а нас без проблем, да еще и кланяются в ножки и извиняются за задержку.

За воротами им подали трех коней из конюшни, пристроенной рядом с караульным помещением. Святослав в сопровождении грека и кормчего проскакал по узким улочкам города. Разглядеть что-либо было сложно, на город окончательно опустилась ночь. Единственное, что Романов заметил определенно, что в городе не пахло помоями и смрадом, улочки были мощеными и чистыми, по краям имелись стоки для воды. Видимо, зря современники представляли средневековый город как сосредоточение грязи, болезней и жуткой вони. Что Святослав непроизвольно произнес вслух. Дука ответил ему незамедлительно, в том ключе, что Херсонес – имперский город. В нем есть водопровод и канализация, помои здесь не выбрасывают на улицу. А вот если Святослав посетил бы ту же Геную, то был бы неприятно удивлен. Там вонь стоит такая, что нос закладывает и глаза слезятся. Правда, местные к этому привыкли и считают в порядке вещей. Путь до дома стратига занял минут десять. Это был трехэтажный особняк с садом и хозяйственными пристройками. Здание было старое с колоннами, но ухоженное и чистое. Въехав в ворота усадьбы, Святослав увидел посреди двора небольшой фонтан, в центре которого расположилась статуя обнажённой девы. Их встретили слуги, расторопно принявшие коней и проводившие в дом. Внутреннее великолепие дома затмевало все, что Романов видел раньше в этом мире. Детинец боярина Путяты по сравнению с домом стратига выглядел как конюшня, притом не самая лучшая. Стены из италийского мрамора украшены мозаикой, вдоль стен гладкие колонны, под потолком украшенные лепнинами, в нишах статуи прекрасных богинь и богов, на постаментах бюсты предков, на стенах картины баталий, большой зал украшен гобеленами со сценами охоты. Под потолком висела позолоченная люстра, а у стен установлены ажурные светильники. Все это великолепие сверкало как днем. Пожалуй, если бы Святослав предложил ему выкуп за германцев, пять десятков гривен Дуку бы точно не впечатлили.

Молодая девушка в длинной тоге проводила Святослава в комнату в правом крыле дома. В комнате стояла большая резная кровать, столик, кушетка и даже большое серебряное зеркало, напротив которого стояла ширма. Девушка зашла за Святославом в комнату и, поставив светильник на столик, встала напротив кровати.

– Господин желает, чтобы я погрела его ложе? – при этих словах девушка подняла взгляд голубых глаз на Романова.

Не сказать, что она была красива, даже наоборот, ее лицо было каким-то тусклым и нескладным, а фигура по-мальчишески угловатой.

– Желаю, не хочу погибнуть от холода в постели, – обрадованно воскликнул Романов.

При этих словах Святослав стянул с себя рубаху, развязал гашник и рывком спустил штаны. Девушка хихикнула, увидев обнажённую фигуру парня. Явно его атлетический торс ее не впечатлил. Девушка грациозно продела одну руку в тогу, потом другую и одним движением спустила платье на пол. Служанка быстро нырнула под одеяло и свернулась там калачиком. Святослав последовал за ней и, прижавшись к мягкой попке девушки, устроился на подушке. Но его мечтам не суждено было сбыться. Девица быстро отодвинулась от него, отгородившись плотной простынкой. Так что ничем предосудительным в постели они не занимались, не положено в силу возраста. А вот греть постель юному господину для дворовой девки здесь в порядке вещей. Последние две седмицы были столь насыщены приключениями, что Романов сам не заметил, как его сморил сон.

Проснулся Святослав от первых лучей солнца, в Крыму в это время года настоящий рай, курорт как-никак. Девки уже не было, она ушла еще ночью, как и положено. Святослав потянулся в постели и обратил внимание на потолок. Он весь был расписан сценами из греческой мифологии. С одного края мужик с дубиной поражал льва, на другом – воин со щитом сражался со страшной женщиной, голова которой была покрыта мириадами змей, рядом был изображен пораженный копьем кентавр. В представлении Романова в христианском средневековом жилище такие сцены были как минимум не подобающими, что неплохо характеризовало хозяина дома.