Доброволец. Проект Z2-17 - Александр Протасов

— Это и есть защищённый, охраняемый объект! — прорычал рассерженным голосом Бирюк. Он так устал от этой беготни по лесам, что был близок к совершению чего-то плохого. — Защищён он как раз от тех самых правительственных лизоблюдов, которые вечно лезут не в своё дело. А что касается охраны! Подобные объекты охраняют сами себя. — Генерал, медленно двигался вдоль горного склона, наклоняясь то вправо, то влево. Выглядело это очень странно и больше напоминало некий ритуал.

— Что вы делаете? — неотрывно глядя на дядю, спросил Тимофей. — Это танец? А, может, таким способом вы намерены открыть проход в царство хозяйки Медной горы?^[3]

Бирюк бросил быстрый, полный нервной злобы взгляд на племянника. Не произнеся ни слова, он продолжил свои действия. Отряд расселся на камнях, и все стали молча ожидать окончания странных движений генерала. Свежесть утреннего воздуха, ещё не разогретого солнцем, позволила людям неспешно восстановить силы после очередного марафона.

— Ага! — воскликнул Сергей Владимирович и, выпрямившись, направился в сторону склона. Не прошло и минуты, как генерал Бирюк исчез. Бойцы тут же подскочили с мест и бросились к тому самому месту, где буквально секунду назад находился их командир.

— Куда он делся? — воскликнула Василиса.

— Исчез! Я сам видел! — Иван в недоумении принялся шарить ладонью по каменной поверхности горной стены.

— Вот это да! — присмотревшись повнимательнее, восхищённо протянул Тимофей. — Невероятно! — Он сделал пару шагов в сторону склона и так же пропал, как и не было его. Василиса не удержалась и вскрикнула. — Да не бойся! — Тимофей сделал два шага назад и вновь появился перед взорами ошарашенных людей.

— Но как? — развёл руками Марлон.

— Здесь узкий проход между двумя наслаивающимися друг на друга скалами. При обычном взгляде его никогда не заметишь.

— Именно поэтому и нужны танцы с наклонами! — раздался строгий голос Бирюка. — Хорош трепаться, живо сюда все!

Бойцы по очереди прошли сквозь узкий проход и их взору предстала огромная круглая металлическая дверь, вмонтированная прямо в скалу.

— Бог мой, что это? — ахнула Василиса.

— Перед вами вход в тюремно-изоляционный блок «Забвение», — с некой гордостью констатировал Бирюк. — Это шедевр инженерной мысли. Сбежать из подобного сооружения невозможно. Именно поэтому я поместил Z2–17 в это место.

— В чём же заключается уникальность этого сооружения? — поинтересовался Тимофей.

— В проекте «Забвение» применена уникальная система сдерживания. Само сооружение представляет собой огромную сферу, помещённую в ещё большую сферу. Во внутренней сфере располагается непосредственно сам тюремный блок. Это автономный комплекс с безграничным энергетическим ресурсом, вырабатываемым плутониевым ядром. Там никогда не закончится энергия, а значит, производство воздуха, воды и синтетической еды не прервётся даже после смерти всех заключённых. Мне пришлось приложить очень много усилий, чтобы легенда об упавшем в этих местах самолёте, перевозившем контейнеры с радиоактивными отходами, прижилась и укоренилась в умах назойливых искателей приключений.

— Сколько там заключённых? — «Дарт» осматривал огромные двери, стоя с задранной вверх головой.

— Трое, — ответил ему генерал. — Один из них — мой подопечный и на нём я останавливаться не стану. Второй — это единственный выживший после нашей победы «Жестокий». ╪. Это его лицевой номер. Он находится в камере с постоянной температурной атмосферой –70 градусов по шкале Цельсия. Его движения ограничены специальными креплениями и его постоянно изучают. Дистанционно, конечно. Множество всевозможных датчиков и приборов работает с его телом в режиме реального времени. Они забирают образцы и обрабатывают их. Камера, в которой размещён «Жестокий», представляет собой высокотехнологичную киберлабораторию со всеми современными приборами и аппаратами для проведения научных экспериментов. Ну и, конечно же, с невероятной системой защиты.

— Что случится, если он попытается сбежать? — спросил Марлон, устало опускаясь на небольшой валун.

— Как только «Жестокий» попытается приложить воздействие на любую из плоскостей давлением равным 200 КДж, камера начнёт сжиматься со всеми вытекающими последствиями. Сжимается камера, сжимается всё, что в ней находится, включая воздух, жидкости и все иные вещества и материалы. Достаточно 35 процентов сжатия, чтобы химическая и физическая структура материала и вещества в ней изменилась до смертельно опасного состояния. — Марлон присвистнул от услышанного объяснения.

— А кто третий? — Василиса прислонилась к двери, как будто прислушиваясь к тому, что творится внутри.

— Третий. — Бирюк забрал у «Дарта» планшет и принялся вводить в него какие-то команды. — Третий узник — это обыкновенный человек.

— Обыкновенный? Что делает обыкновенный человек в такой необыкновенной тюрьме? — Иван постучал кулаком по огромной двери тюрьмы.

— Он здесь скрывается. — Бирюк закончил вводить команды в планшет и, вернув его «Дарту», приблизился к огромной двери. Бойцы отряда, в том числе Тимофей и Василиса, удивлённо переглянулись и вопросительно уставились на генерала Бирюка.

— Скрывается? — Тимофей одним вопросом выразил общее любопытство. — От кого?

Генерал Бирюк усмехнулся. В этот момент дверь дрогнула и плотные пазы ослабили давление, выпуская струи белого пара.

— Твой вопрос в корне неверен, племянник, — сказал генерал, переводя взгляд от дверей на Тимофея, а затем на каждого члена отряда в отдельности. — Неважно, что он здесь делает, от кого скрывается. Нам даже не суть важно, кто он. — Бирюк выдержал положенную в подобных случаях театральную паузу. Напряжение на лицах бойцов отряда «Стальная кольчуга» читалось открытым, ярко выраженным текстом! — Важно другое! Вопрос, который вы должны сейчас задать, звучит иначе. Как нам выбраться оттуда, если мы рискнём войти? — члены отряда с непониманием смотрели на генерала. — Когда мы зайдём внутрь этого сооружения, у нас будет час, чтобы вернуться. В противном случае мы останемся там навечно. Эти двери открываются только снаружи. Это своего рода предохранительная система. На случай… — Бирюк задумался. Подобрать какой-то подходящий к этому случаю пример он не мог, поэтому просто махнул рукой и добавил, — Ну, на какой-нибудь там случай. Ко всему прочему, между внутренней сферой и выходом располагается внешняя сфера. Она является главной нашей проблемой. Когда двери закроются, шлюз, по которому мы попадём в тюремный комплекс, сложится в специальные пазы. После этого внешняя сфера заполнится искусственно встроенными радиоактивными изотопами, которых здесь хватит на всех нас с лихвой. Проще говоря, это отходы первого работающего здесь реактора, установленного пятьдесят лет назад в момент строительства объекта. Выжить в этом радиоактивном аду неспособен даже Z2–17. Это страшный смертельный яд. Оказавшись внутри внешней сферы, любой живой организм погибнет за тридцать секунд.