Пленники Зоны. Смерти вопреки - Сергей Коротков

– Ну что, Холод, и дальше по плану? – спросил Кэп, потирая нагрудный щиток бронежилета с символикой «Пепла».

– Точно так, капитан. Двинули.

– С богом!

Квад «Пепла», которым руководил Аперкорт, устремился по левому краю, пятерка Корсара по правому. Ядро спецназовцев, которых старались сохранить живыми и здоровыми, следовало по центру, с отставанием метров в тридцать-сорок.

Облачность снизилась до верхней части ВТ-2, даже извечный башенный кран утопал кабиной в пасмурной пелене. Аномалий минимум, артефактов ноль, зверья никакого. Благодать перед смертью. Это озвучил Зубоскал.

– Типун тебе на помело твое! – зло бросил Тагил, страхуя метнувшегося вперед Бодайбо.

– Дык… ясен перец, эти уроды задумали чего-то! Молчат, притихли, ждут, чай, когда ближе подойдем да скучкуемся.

– Тише ты.

– Ждут, говоришь? – Корсар сплюнул, прищурившись. – Может статься и так. Ну-ка…

Он жестом показал своим двигаться дальше в том же темпе, а сам дождался группу Холода и знаками подозвал его. Бойцы продолжали контролировать сектора, тихонько перебирая ногами на корточках.

– Слышь, Ден, тут тема такая, – сталкер уставился на разведчика, не сводящего пристального взора с верхних уровней корпуса, – «Бастион», поди, нас в одной точке ожидает? Засаду устроил явно.

– Почему не раньше? Зачем впустили внутрь периметра Станции? Еще бы на подходе почикали.

– Так, может, им знак нужен? Или вход? Слу-ушай… дык, они поди-ка не нашли лаз и безопасный вход в Бункер, ну и… в полигон этот. А что! Истребитель там, внутри. Головы не кажет. У него и РЗК нет, и оружия. Наверняка. А, Ден? А эти гаврики увидят нас в точке сбора и накроют всю кодлу. Или по пятам двинут, дабы максимально безопасно до Бункера пройти. И до установки. А?

– Верняк, так и есть. На другое что-то не похоже. И радиация по нулям. С чего бы им сваливать отсюда? Дело говоришь, дружище. Респект тебе.

Ден думал минуту, поглядывая то на Корсара, то на окрестности АЭС. Палец в потертой боевой перчатке твердо лежал на скобе спускового крючка СВД, немецкий МР-40 за спиной и там же РД, набитый запчастями изделия ХL из туманского НИИ. Все тот же разведчик-спец. Он осторожно сменил позу, огляделся на Ограду и страхующего тыл Баллона с РПК-203 в крепких руках, потом повернулся к сталкеру:

– Значит, будем упреждать сектантов. Первыми их вычислим и ударим. А твоему звену необходимо рвать когти внутрь, в цех полигона и Бункер. Аномалии, крысы, растяжка там у входа хитрая. Тротил еще ставил. Не забудь.

– Понял. Принято.

– А мы с пепловцами отжарим засаду. Вам же еще обратно чапать потом!

– Лады, Ден. Ну что, работаем, десантура?

– Работаем, Корсар! Вперед.

– Будь.

– И ты.

Разошлись. Снова выдвинулись дальше. Квад уже занял позиции у стены корпуса. Аперкорт, Кэп, Шофер и Лом. Надежные крепкие парни.

Мысли и намерения двух старших передали по цепи. Все и воодушевились, и призадумались одновременно. Было отчего!

Картину идиллии испортил одинокий аасмен, ковыляющий на четвереньках прямо в сторону людей. Дистанция сокращалась, а настроение бойцов резко падало. Выстрелы могли привлечь охрану АЭС, а надежды на то, что он свернет и смотается, не было.

– Вот жопа-а! – заскрипел зубами Орк, сжимая до боли в пальцах цевье автомата.

– Тс-с-с, – поднес палец к губам Баллон и бесшумно перехватил тяжелый пулемет за ствол, – сделаем урода?

– Ауч, – дернулась Фифа, когда Холод ущипнул ее за ляжку, отстраняя за себя, но спохватилась и сморщилась, прячась за его спиной.

Ден, поняв замысел бойца, жестом указал всем принять вправо, влиться в стену сланцевых плит, а сам изготовил к броску нож и освободил рукав для выстрела «кильки».

Аасмен поравнялся с плитой, за которой вприсядку застыл с поднятым пулеметом Баллон и… настороженно остановился. Что-то или кто-то привлек его внимание на метр раньше засады. Урод повернул свою страшную морду с въевшимся в кожу респиратором черти-те каких времен, когти заскребли землю в судорожном рвении. Док в «Панораме» РЗК встретился с ним взглядом. Упс!

– Берегись! – крикнул Холод и вытянул левую руку.

Тотчас щелкнул скрытый зажим пневмомеханического устройства на предплечье, и острое стальное полотно, вылетевшее из рукава, пробило глаз мутанту. Он взвизгнул и отпрянул к плите.

– Баллон, твой! – крикнул Ден, замахиваясь правой рукой с ножом.

Аасмен зарычал так дико и жутко, что Фифа дернулась назад и упала на спину, а Док отшатнулся вбок и грохнулся стеклом шлем-маски в штабель сланцев. Урод, обливаясь черной кровью, изготовился к прыжку, будто, не замечая лезвия «кильки» в черепе. Все в Зоне и среди присутствующих знали, чем заканчивались такие прыжки. Не дать ему прыгнуть! Такая мысль прожгла мозг разведчика. Он метнул тяжелый НРС в тот миг, как аасмен уже выпрыгивал из стойки. Нож смачно утонул широким лезвием в груди мутанта, осадив его пыл и намерения, а сокрушительный удар прикладом пулемета размозжил ему голову. Уродец пал и затих.

– Вот блин-н! Сердце в пятку улетело, елы-палы! – проговорил на выдохе Бродяга, вытирая со лба пот.

– Красавец, Холод!

– Баллончик, молорик.

Ден забрал с трупа мутанта свои железяки, брезгливо вытирая их о штанину, а пулеметчик занялся чисткой приклада. Одобрительный шепот потек по цепи вдоль стены.

Двинулись дальше. Нервы были на пределе, всех обуревала сильная жажда, безызвестность и гнетущая аура Станции, казалось, растворяли мозги и расслабляли конечности.

Прямо по ходу движения в узком пространстве облачко торфяной взвеси известило об аномалии «жгут».

– Пипец, приплыли! – пробубнил Бродяга.

– И обхода нет, етить твою налево, – вторил ему Бодайбо. Сталкер по первому зову друга Тагила пришел к месту сбора и с ходу вник в дело. Теперь немного жалел, что оказался в таком стремном месте, но держался молодцом. Рядом были друзья.

– Чего делать бум? Время идет, стемнеет – все собаки наши будут, ешкин кот! – проворчал Тагил, жуя папиросу. Курить запретили старшие.

– Так. Разряжаем аномалку и шмыгаем вперед, – предложил Корсар, залезая в карман рюкзака, – блин, живее надо! Не ровен час, в ловушке окажемся.

Холод проследил за его взглядом наверх и сам напрягся пуще прежнего: на уровне третьего этажа по всей длине бетонного коридора тянулся парапет, за которым спокойно могло спрятаться до отделения противника. Он сглотнул и нервно заозирался.

– Баллон, ствол наверх по тыльному сектору. Всем остальным – внимание по верхнему парапету. Корсар, займись аномалией, сможешь?

– Сделаем. Щас.

– Аперкорт! Эй! Ты со своими идешь первым. На вас фронт. Оптикой бдеть дальние высотки. Фифа, тебя тоже касается, – продолжил Ден, сжимая свою СВД с прикладом, обмотанным зеленой изолентой, – Родео, ты, мля, как обычно! Куда лезешь? И не бряцай стволом по железу.