Мститель. Офицерский долг (сборник) - Валерий Шмаев

– Годится, командир, – и «Серж», улыбаясь, пожал протянутую ему руку.

– Еще одно, «Серж»! Я подумаю, и мы вернемся к этому разговору. Если все так, как ты говоришь, то это все мне здорово не нравится. – Мне действительно не нравится вся его ситуация в целом, но мне надо подумать в спокойной обстановке. Тухлятиной несет от его рассказа.

– Чем, командир? – спросил «Серж».

– Не вяжутся детали и действия. Не твои действия, а твоего руководства, – добавил я, увидев его возмущенный взгляд.

– Я подумаю. Ладно? Мы потом с тобой сядем и подробненько все разложим. – Теперь «Серж» был нужен мне. Читая в свое время о Великой Отечественной войне, я удивлялся всегда одному. Тому, как легко в то время уничтожали нужных стране людей.

Если все так, как говорит «Серж», то у него при переходе через линию фронта вообще нет шансов на жизнь. Ну, максимум довезут до Москвы, потом выбьют местонахождение оставшихся документов и расстреляют, спасая свою собственную задницу в мягком кресле. И это человека со знанием двух языков потенциального противника. Именно по этой причине я сам не рвался на ту сторону. Неизвестно еще, к кому попадем. Кроме всего, мне что-то не нравилось в этой ситуации. Если «Серж» все это не придумал, то это похоже на большую подставу.

– Хорошо, командир.

– Тогда так. Берешь «Гнома» и Арье и начинаешь натаскивать прикладным знаниям. Первые тренировки проводишь со мной и «Третьим», потом сам. Рукопашный бой. Пять-семь приемов до автоматизма и пяток связок. Учить будете по той короткой программе, что отработаете со мной. Ножевой бой – то же самое, и без особенных сложностей. Им не на соревнованиях выступать, а полицаев и немцев резать.

– Командир! А почему их?

– «Гном» с удовольствием учится. Вообще всему. Ты видел, как он с нами по городу шел? Он вообще не боялся. С Арье они в одной возрастной группе, из одной деревни, и Арье физически развит. Не так, как «Гном», но все же. Значит, время на привыкание можно сократить. Потом к ним присоединим еще кого-нибудь или так оставим – и группа готова, или старшими групп поставим. Как пойдет. Обкатаем в несколько дней их, возьмемся за следующие пары, которые отберут остальные инструкторы.

– Хорошо, командир! Когда приступать?

– Сегодня. Забираешь их у «Старшины» и занимаешься только с ними и снайперами. На первые три тренировки забираешь «Погранца» и «Стрижа», Зераха и Давида. Пусть посмотрят и поработают в парах.

На эти тренировки приходят все, кто свободен. Раненые, врачи, девочки с кухни. Сначала просто смотрят, потом будут учиться. Мы с тобой не в состоянии учить всех, надо иногда воевать. Через пару месяцев любой из врачей будет в состоянии обучать новобранцев начальному комплексу тренировок и контролировать, чтобы не сачковали на зарядках. Параллельно они же учат языку и медицинскому комплексу с моими дополнениями.

16 октября 1941 года

– Один есть, – сегодня за завтраком заявил Виталик прямо за столом.

– О как! Когда успел-то? – делано удивился я.

– Да ночью сидел, не спалось что-то, вот и сварганил, – ответил Виталик позевывая.

– И на что? – Дело в том, что вот уже четыре дня он сидит над глушителями постоянно и пару недель перед этим готовился, подготавливая все для сборки.

– На «Вальтер» пока, но надо еще поработать и подогнать получше, я пока не успел. – За столом все насторожились. «Серж» тот вообще уже давно греет уши.

– Ну, покажешь после завтрака, давай только чай допьем.

«Серж», ты тогда тренировки проконтролируй, а то пока я разберусь, что мой персональный Кулибин сварганил, уже обедать надо будет, – подогрел я его любопытство. – И кстати, готовься к выходу, пробежимся до «железки». Есть у меня одна задумка.

– А что вы придумали-то, командир? – не выдержал «Серж».

– Да так, мелочь одну, очень полезную в нашем деле. Пойдем на прогулку, покажу. Заодно и обкатаю. – Мы специально подогревали интерес всего отряда к работам Виталика. Мне было необходимо в первую очередь найти ему постоянного помощника, от этого зависела скорость изготовления глушителей и всего того, что я задумал сделать за зиму. При этом я не мог взять на эти работы абы кого. Этих людей потом из лагеря не выпустишь, но деваться некуда, пусть пока это будут саперы.

Тяжелые получаются «глушаки» – трубки сами тяжелые. Так что пришлось рукоятку ставить на сам глушитель и держать «Вальтер» двумя руками, как короткий автомат, но лучше под глушитель подставлять левую руку. Вот сегодня поэкспериментируем на воде, а дальше видно будет.

Часа два мы стреляли из лодки. Виталик сделал и патроны с разными навесками пороха, и даже небольшой деревянный приклад. На «соплях», правда, все. Впрочем, приклад я забраковал сразу. Его надо дорабатывать серьезно, и сам приклад делать из толстой проволоки и под конкретного человека. Поэтому это не сейчас. Но получилось классно.

Просто я собрался на паровозе покататься. Не дает мне покоя та деревня, где каратели базируются. Там от «железки» километров шесть. Много взрывчатки мы с собой не утащим, но по паре килограммов легко. Надо же на ходу на поезд запрыгивать и так же сходить, а с большим весом это просто опасно.

Еще «Иванов» порадовал. Виталик посидел с ним пару дней, порисовал да на пальцах объяснил, что я из-под них хочу, и они мне предоставили первую, сметанную на скорую руку разгрузку. Ничего так получилось. «Иванов» как узнал, для чего это, даже ночами сидит и что-то пришивает. Сам видел. Сейчас наш умелец по нашим с Виталиком корявым рисункам придумывает полукомбинезон, и все это в процессе основной работы. Ему еще две девчонки помогают с кухни, так что производительность растет. Скоро можно будет швейный цех открывать.

Мы с Виталиком влегкую швейный цех откроем. И швейный цех, и пиротехническую мастерскую, и тир, и лютеранское кладбище. Впрочем, лютеранское кладбище мы уже открыли. Теперь надо заполнить это кладбище до упора.

19 октября 1941 года

Идем сегодня днем, ближе к вечеру. Я экипирован почти по полной программе. Те разгрузки, что я носил дома, просто рядом не валялись по сравнению с тем, что на мне надето. Это вообще шедевр. Во-первых, она надета на сшитую «Ивановым» куртку с капюшоном и подогнана по фигуре. Во-вторых, в ней размещается кроме шести гранат десять обойм к «Вальтеру» и пара ножей. На спине маленький рюкзак с патронами, взрывчаткой и едой. И все. Никакого оружия, кроме «Вальтера», я не беру. С рейдовыми ранцами Авиэль работает отдельно. Я показал ему наброски туристических рюкзаков и ранец эсэсовца, так что он теперь сидит и мудрит над рейдовой «трехдневкой».

Сам пистолет изменился до неузнаваемости. Кроме «глушака» с рукояткой на нем появился трехточечный ремень, так что пистолет, не придерживая, можно носить под мышкой и, не делая лишних движений, сразу переводить его в боевое положение. Еще он перехватывается стропой парашюта и его можно наглухо закрепить на спине или на груди, оставляя при этом руки свободными.