Дороги в неизвестность - Марик Лернер

– Так. Только здесь есть интересный момент. Поселок в глубине и очень далеко. У нас нет контакта с Зонами. Ничего с Земли достать не можем. Прекрасно обходимся собственным кустарным производством, но то, что для тебя ерунда, для нас стоящая вещь. Не продать – вид не тот, а, например, подарить.

– Да уж, некоторые ваши кустарные вещи очень даже больших денег стоят.

– Ну и какое количество «Ткани» может изготовить поселок вручную? И так далее по списку. Так что если с неба упало, надо брать все, вплоть до булавок. Мы, деревенские, в отличие от вас городских, собираем все, что может пригодиться. Ценим даже гнутые гвозди и, как это ни странно звучит, бизоний помет. Если высушить, прекрасно горит.

– Почему тогда не взять остальное? Ты ж отдал ребятам трофеи с троих. А мне «Вепря» с водилы.

– А об этом мы говорили еще на барже. Есть определенные нормы, или мораль, если хочешь. Я убил врага в бою – его добро мой законный трофей. Все остальное делится на отряд. Тем более, если нельзя определить, кто застрелил, или если найдено после боя. Тут у нас формула специальная имеется. Какой процент командиру, какой за правильные действия, принесшие победу, или за помощь раненому. Кстати, раненым и семьям убитых тоже особая доля. И не важно, что вы об этих правилах не знаете. Я знаю, и этого вполне достаточно. Нарушая правила, можно испортить свою… э… карму. Знаешь, что это такое?

– Приблизительно. Последствия и воздаяние за прожитую жизнь.

– Ну, что-то вроде. А точно только философы знают. Вот я ее себе и порчу, нарушая добровольно принятые на себя обязательства.

– Тогда ты должен был получить еще долю как командир! – радостно сказала Даша.

– В теории. Но вы живете не по моим законам. Это раз. Все равно я забрал больше, чем одному требуется. Отнимать еще и это – просто зря обижать остальных, и для хорошего самочувствия им неплохо свой трофей иметь. Это два. Можно взять меньше, а не больше. Карме это только улучшение. Жадность – чувство нехорошее, а щедрость как раз наоборот. Это три.

– А забрать назад глок – это не жадность, портящая карму? – ехидно поинтересовалась она.

– Нет. Пока он тебе нужен. Лишнее оружие может пригодиться. А когда все кончится, в собственном магазине можешь взять сколько пожелаешь. Так что это у тебя жадность.

– Можно подумать, что папа мне позволяет брать в магазине что угодно, – обиженно сказала она.

– А! Тяжелое детство, отсутствие игрушек… Понимаю… Раз такое дело, можешь оставить себе. Считай, подарок. Легко пришло, легко ушло. Почему не сделать приятное симпатичной девушке…

– Легко? – изумилась Даша.

– Конечно, легко. Эти инквизиторы не бойцы были – так, мусор, они способны драться только с безоружными. А, ты про то, как я их… За неимением огнестрельного оружия я большой практик по части холодного. Ты еще не видела, как я из лука стреляю. Меня всякие рефлексии по этому поводу не мучают по ночам. Если ты взял в руки оружие – будь готов к отпору. И не вытаскивай его без причины. А если уж достал – будь готов убивать. Я еще тогда сказал, что в эту историю влип совершенно случайно, и мне нет дела до польских разборок. Ушли бы они спокойно, не стал бы их резать. А дальше уже одно тянет за собой другое. Карма. – Я развел руками. – А вообще, ты что думаешь, я часы продавать собираюсь? Тоже подарю хорошим знакомым. У нас такое поведение вполне нормально. Вот сидишь зимой и что-то делаешь для души – игрушку какую для детей или просто из деревяшки вырезаешь статуэтку. Вот и даришь на праздник. Главное, чтобы это не было по принципу: отдам тебе то, что мне не нужно. Кстати, – «вспомнил» я, – утащив без спроса и разрешения «Говорилку», ты изрядно испортила свою карму и вполне достойна получить по заднице. Ты, наверное, решила, что я забыл?

Даша поспешно отодвинулась и сделала вид, что ей очень стыдно. Так я и поверил.

– Это не игрушка и даже не телефон, который можно купить в магазине. Их всего три штуки есть… хм… собственного производства. У них даже цены нет, то есть они бесценны, потому что их может сделать только один человек. Я все прекрасно понимаю и совсем не против, чтобы ты с Летчиком общалась, но есть определенные правила. Еще раз такое сделаешь, действительно выпорю и не посмотрю на реакцию твоего папаши. Веришь?

Она кивнула.

– Вот и ладно. Еще вопросы есть? А то война войной, а кушать хочется регулярно. Сказала бы ты женскому комитету, чтобы накормили своих защитников.

– Есть у меня еще один вопрос.

Я постарался изобразить мордой лица внимание.

– Не появляются такие законы просто так, – заявила Даша. – У меня такое впечатление, что вы постоянно с кем-то воюете. А с кем, если с Зонами не контачите? С мозгляка или зверюги трофеев не возьмешь.

«Вот так и прокалываются Штирлицы, – подумал я с огорчением. – Сказал А, а она уже и про Б просекла. Ну не учили меня в разведшколах для внедрения».

– Воюем, – подтвердил вслух. – А с чего это нам в голову треснуло переселяться? Соседи у нас очень неприятные, местная фауна называются. И попадаются стайные разумные виды. Здесь про такое даже не слышали. На этом урок просвещения объявляю закрытым. «Многие знания – многие печали» – сказал какой-то древний умник. Сходи разберись насчет пожрать. Хорошо накормленный солдат – хорошо воюет. И наоборот тоже. А я подремлю пока, всю ночь не спал.