Дневник революции. Пятикнижие - София Эззиати

– Что все это значит? – не выдержав, наконец спросил Аск.

Нэм прищурился на него и с ухмылкой ответил:

– А твоя подруга уже все поняла, потому и не задает вопросов.

Он бросил на меня уничижительный взгляд.

– Увести их! – властно крикнул Нэм.

Нас вывели из зала. Руки сковали наручниками. Это были две стальные дуги, между которыми создавалось магнитное поле, а сама сталь подсвечивалась фиолетовым цветом. Я впервые видела такие. Трое солдат провели нас по коридору и остановили. Мы оказались у входа в мини-тюрьму, которая в бытность «ЕО» использовалась при задержании нарушителей. Здесь было шесть или семь камер. От сильного толчка в спину я оказалась на полу одной из них. Когда я поднялась на ноги, увидела, как захлопывается решетка камеры Аска. Он оказался напротив меня. Нас разделяло метров пять. Аск упал на пол, когда в сердцах попытался ногой выбить прозрачную решетку. Оказалось, что она была под электрическим напряжением. Солдаты со смехом скрылись из виду, свет погас.

Аск ходил кругами в своей клетке. Я, сидя на полу, осматривала камеру. Прозрачная решетка, которая представляла собой первую стену, была в длину не больше полутора метров, до стены напротив с подвесной скамьей – всего два шага. Все три стены на первый взгляд были абсолютно гладкими. Я прошлась по камере, приложив к ним руки, и убедилась, что это действительно так. Потолок был невысокий, я почти что дотягивалась до него, встав на носочки. По периметру потолка была тонкая светящаяся полоса, которая бросала на темную камеру блеклый желтоватый свет. Я вернулась к решетке и попыталась увидеть остальные камеры. Помимо той, где был Аск, хорошо была видна только одна, вторая же едва попадала в мое поле зрения. Заметив меня, он тоже прильнул к прозрачной решетке, пытаясь хоть что-то рассмотреть. Было очень тихо. Не доносилось ни звука ни из коридоров, ни из соседних камер. Мы с Аском, обменявшись безнадежными взглядами, скрылись в глубинах своего плена. Сев на скамью, я прислонилась спиной к стене и закрыла глаза.

«Вот и все, – подумалось мне, – наш путь оказался недолгим. Как же глупо!»

Я с досадой ударила кулаком по скамье.

«Нэм, неужели ты всегда был таким?! – мысленно сокрушалась я. – Однажды ты сбежал со мной с этой планеты, а теперь ты меня здесь поймал. Судьба удивительна в своей игре…»

Я впервые услышала про движение «Поиск». Надо полагать, что Нэм, теша свои амбиции, совершенно лишился рассудка, раз примкнул к сторонникам Игга Манне. Но кто же возглавил это движение? Это мне еще предстояло выяснить. Я все никак не могла понять, зачем мы с Аском нужны ему. Тысячи мыслей беспорядочно мелькали в моем сознании. Я зажмуривалась, качая головой, будто физически пытаясь прогнать их. Порой множество идей даже хуже, чем ни одной. Я не могла сосредоточиться, это начало раздражать. Я то вскакивала на ноги, то снова садилась на скамью, то делала несколько шагов, то замирала в бессильном оцепенении. Сколько еще это могло продолжаться?!

– Аск! – нарушил оглушающую тишину мой крик отчаяния, который будто пробудил меня и все вокруг.

– Аск, – эхом раздался чей-то голос, – это правда ты?

– Трани! – взволнованным голосом отозвался мой друг. – Где ты? Ты жив! Я не верю своему счастью, – негромко сказал Аск, боясь привлечь внимание охраны.

Трани оказался в камере справа от меня, поэтому я могла лишь слышать его голос.

– Я думал, что больше никогда не увижу тебя! – голос Трани дрогнул. – Ты знаешь, что случилось там, в Священном городе?

– Да, – мрачно ответил Аск.

В воздухе повисло молчание. Я смотрела на него, читала в его глазах тысячи воспоминаний о родителях. Невольно в моей памяти начали оживать воспоминания и о моих родителях. Я ощутила это так, будто только вчера взяла в руки то письмо из «ЕО». Ком подкатил к горлу. Оглушающая тишина заложила уши. На губах я ощутила соль своих слез. Уверена, Аск чувствовал то же самое. Казалось, этот момент никогда не закончится, он тянулся мучительно долго, каждая секунда вонзалась в сердце острой иглой.

Наконец я нашла в себе силы и произнесла:

– Трани, где твои родители?

Но услышала ответ не сразу. С минуту он молчал.

– Я не уверен, что они живы, – тихо отозвался Трани.

Ни я, ни Аск ничего не ответили.

– Аск, Сольвейг, возможно, это прозвучит странно, но я безумно рад, что вы здесь! – сказал Трани, в его голосе слышалась едва уловимая улыбка. – Как вы попали сюда?

– Мы направлялись на планету Лагуз, – ответил Аск, – и наткнулись на Нэма.

– Так вот почему его лицо показалось мне знакомым! – воодушевленно сказал Трани. – Я никак не мог вспомнить, где я его видел.

– Это было на планете Альгиз, когда мы нашли друг друга, – задумчиво ответил Аск.

– Там же Нэм нас покинул, – добавила я.

На мгновение все вокруг вновь поглотила тишина. На этот раз ее прервал Аск.

– Пора нам выбираться отсюда.

– Да, – негромко ответила я, – хотелось бы уже выяснить, кто же стоит за всем этим.

Вдруг в тюрьме загорелся свет. Послышались приближающиеся шаги. Они остановились около моей камеры. Я подняла глаза.

– А вот и ответ на мой вопрос, – произнесла я с улыбкой.

– Приятно, что ты меня помнишь, – ответил вожак.

– Орм, неужели ты все еще в обиде, что тебя не приняли в Элитное подразделение? – удивленно спросила я.

Он напрягся и хотел было что-то выкрикнуть, но в этот момент кто-то положил руку ему на плечо.

– Не придавай большого значения ее словам, – послышался женский голос.

– Анника, и ты здесь? – спросила я.

Девушка вышла из-за спины Орма, и, увидев ее испуганное лицо, я убедилась, что это она.

– Так это все ваших рук дело?!

– Твой бывший друг рассказал нам много интересного, – начал Орм. – Я всегда знал, что с тобой что-то не так, Сольвейг. Ты предатель! Я не верил тебе с самого начала.

– А Нэм тебе не рассказал, как он бежал с планеты Лагуз? Он такой же предатель, как и я. Так почему ты позволил ему быть с тобой заодно? – с улыбкой спросила я, подойдя вплотную к прозрачной решетке камеры.

Я была выше Орма и теперь смотрела на него немного склонившись. Было видно, что его это жутко раздражает.

Поставив руки на пояс и задрав голову, он прохрипел:

– В этом твоя вина. Ты затуманила ему голову своими революционными мыслишками!

Я не смогла сдержать смех и от души расхохоталась.

– Твоя наивность очень забавна, – сказала я, глядя в его маленькие бегающие глазки.

Он взорвался, и теперь даже Анника не могла успокоить его.

– Ты ответишь за все, Сольвейг! – срывающимся голосом закричал он, ударив кулаком стеклянную решетку, и в это же мгновение рухнул на пол, парализованный электрическим ударом.