Глубокая память - Артур Сабиров

Сафиуллин и Наташа вышли из здания и оказались на безупречно чистой улице. Прямо перед ними, там, где должна была находиться дорога, лежала широкая полоса, светящаяся в темноте мягким ярко-зелёным светом. По обе стороны от неё возвышались невиданной высоты дома, казалось, они поддерживают тёмное облачное небо, которое тоненькой полоской проступало между вершинами небоскрёбов. Вдоль дороги, освещавшей всё вокруг, медленно и почти бесшумно колесило нечто, похожее на маленький танк с двумя клешнями, напоминавшими скорпионьи. Провожаемая недоумённым взглядом Сафиуллина, машина скрылась за углом.

– Это робот-дворник, – ответила Наташа на немой вопрос Сафиуллина. – Повсеместно они стали использоваться совсем недавно. До этого всю работу выполняли люди. По-моему, это ужасно, когда люди в двадцать втором веке работают так, будто живут в девятнадцатом! Правда, появление роботов вызвало определённые проблемы. Например, волну безработицы, от которой снова начала набирать силу преступность. Пришлось опять набирать милицию, которую за отсутствием работы стали распределять на производства. Жаль, но, я думаю, это временные проблемы. Скоро занятость населения снова нормализуется, и будет, как раньше.

Сафиуллин подумал, что Наташа очень верит в своё государство и поэтому старается не нарушать установленных правил и законов. Конечно, правительство могло и измениться, но лично ему в это не верилось. По его устоявшимся взглядам в правительстве меньше честных людей, чем в тюрьме. Но он не стал говорить об этом Наташе.

Наташа немного демонстративно вскинула вверх руку, задирая рукав и обнажая запястье, на котором был блестящий чёрный браслет. Нажав на нём что-то, она опустила руку и застыла, ожидая чего-то. Ждать пришлось недолго. Через несколько секунд к ним бесшумно подлетел птеромобиль, с виду больше похожий на самолёт-истребитель, чем на автомобиль. Он остановился около них, повиснув в метре над светящейся трассой.

– Летающий автомобиль? Фантастика! – воскликнул Сафиуллин. – Но как?

– Видишь дорогу? Она не совсем обычная, не такая, какой была шестьдесят лет назад. Она сделана из сверхпроводящего материала, по ней электричество поступает в город, в каждый дом, в каждую квартиру абсолютно без затрат энергии. Нет сопротивления электропроводящего материала – нет и потерь электроэнергии. Электричество, проходя по материалу, создаёт мощное магнитное поле, которое и используют для полёта птеромобили, – объяснила Наташа.

– А почему дорога светится? – спросил Сафиуллин.

– Сверхпроводящая поверхность покрыта специальным слоем, состоящим из веществ, отдающих энергию, впитанную днём от солнца, в виде света. В облачные дни, когда света мало, дорога всё равно светится, так как самый верхний слой – это вещества, отражающие даже самый слабый свет.

– Здорово придумано! – изумился Сафиуллин изобретательности будущих инженеров и учёных. – То есть это и дорога, и линия электропередач, и уличное освещение?

– Да, – ответила Наташа, явно гордящаяся достижениями своего времени. – Это экономически очень выгодно!

Они залезли в птеромобиль, и Наташа начала набивать что-то на клавиатуре, которая была в машине вместо руля.

– Э-э… прости, что ты делаешь? – спросил её Сафиуллин.

– Даю компьютеру конечные координаты, – пояснила она. – Исходя из них, птеромобиль сам вычислит наилучший маршрут… Готово, полетели!

Из спинок единственных двух кресел, на которых они сидели, вырвались ремни и намертво пристегнули Наташу и Сафиуллина. Птеромобиль начал плавно набирать высоту. Только, когда они оказались на уровне пятого этажа, машина рванула вперёд с грандиозной скоростью. Кроме визжащего в ушах ветра, никаких звуков не было: ни от машины, ни с улицы. Дома по обе стороны от дороги слились в сплошные серые линии.

Под ними то и дело пролетали другие птеромобили, превращённые чудовищной скоростью в размытые пятна.

Сафиуллин покосился на Наташу: та, как и он, спокойно сидела, ничем не управляя. Видимо, в будущем исчезнет понятие о хорошем водителе, ведь все будут водить одинаково идеально.

– Почему мы летим на такой высоте? Нельзя спуститься ниже? – прокричал Сафиуллин, представляя, с какой высоты им придётся падать вниз в случае какой-нибудь неисправности или аварии.

Наташа удивлённо посмотрела на него, а потом, что-то вспомнив, вытащила из бардачка пару наушников с микрофонами и нахлобучила одни на голову Сафиуллину.

– Наверное, все нижние уровни дороги заняты, – отчётливо раздался голос Наташи из наушников, как только она надела свои. – Не беспокойся, компьютеру виднее.

– А попасть в аварию мы не можем? – спросил он напрямик.

– Нет, – категорично ответила Наташа. – Компьютер синхронизирует траекторию нашего движения с другими. Так что авария возможна только в случае поломки.

Это его не успокоило. Ему всё равно было немного страшно лететь на такой высоте с такой скоростью, в миллиметре уворачиваясь от движущихся навстречу птеромобилей.

Наконец, птеромобиль почти мгновенно остановился. Если бы не ремни безопасности, их бы точно размазало по лобовому стеклу. Машина плавно опустилась вниз и опять зависла над самой землёй.

– Вот твой дом. – Наташа кивнула на серый дом, ничем не отличающийся от других, одновременно нажимая что-то на панели, отчего ремни безопасности тут же всосались обратно в спинки кресел. – Десятый этаж, квартира 80. Помни: поменьше разговоров о себе, побольше о науке. И вообще, говори поменьше. Сразу ложись спать, сославшись на бессонную ночь. Завтра, ровно в семь часов утра, мы с Леной заберём тебя в школу. Твои родители вряд ли встанут в такую рань, так что разговаривать с ними снова тебе не придётся. До восьми часов мы попытаемся объяснить тебе, как ведёт себя Роман Ерёмин в школе. Я буду всю ночь разбираться с вашими анализами: посмотрю, какие отклонения в организме вызвал «Мемолин» и почему новые нейроны не распадаются через несколько часов, как у мышей.

– Может быть, я смогу чем-нибудь помочь тебе? – спросил Сафиуллин.

Наташа как-то странно улыбнулась.

– Нет, спасибо. Самое главное – правдоподобно играй Рому, пока мы не найдём способ вернуть его головной мозг в нормальное состояние.

– Постараюсь, – сказал Сафиуллин и вышел из птеромобиля. – До завтра.

– Пока.

Птеромобиль снова взмыл вверх и молниеносно скрылся за углом.

Сафиуллин вошёл в дом, поднялся на лифте на десятый этаж и, оглядевшись, увидел золотое «80» на одной из дверей. Подойдя к ней, он не обнаружил рядом звонка. Тогда он, повернув ручку, просто потянул на себя дверь – к его удивлению он легко поддалась, и Сафиуллин вошёл.

На звук открывающейся двери из соседней комнаты вышла красивая стройная женщина с длинными тёмными, как у Ромы, волосами. Она выглядела намного моложе своих лет и приятно улыбалась. Это была мама Ромы.