Небесный фермер. Среди планет. Космическое семейство Стоун (сборник) - Роберт Хайнлайн

– Не бойся, не попадешь. Пошевели мозгами. Допустим, они уничтожат кучку торгашей и толпу политиков – но остальная-то территория не пострадает. Республика Венера сохраняет свою мощь, потому что во всем этом болотном мире есть лишь три цели, которые имеет смысл подвергнуть ядерной бомбардировке, – три цели, которые я уже назвал. Что же из этого следует?

– Говорите, я слушаю.

– Они получат ответный удар – теми бомбами, которые коммодор Хиггинс позаимствовал на «Околоземной». Мы захватили несколько самых быстроходных кораблей, и перед нами – самые крупные цели, какие только знала история. Все пространство от Детройта до Боливара: металлургические заводы, электростанции, фабрики. Они не решатся щелкнуть нас по носу, зная, что мы готовы им врезать под дых. Надо мыслить логично!

Сержант поставил свою чашку и торжествующе огляделся.

Мужчина, спокойно сидевший у дальнего конца стойки, выслушал сержанта и тихо спросил:

– Да, но почему вы думаете, что руководство Федерации будет мыслить логично?

Сержант удивился:

– Что? Да ну вас! Говорю: война кончена! Нам пора по домам. Лично у меня сорок акров лучших рисовых полей на Венере; урожай-то, спрашивается, кто собирать будет? А я вместо этого сижу здесь и дурака валяю. Пора бы уже и правительству почесаться.

10. «В мыслях моих возгорелся огонь…»^[45]

Правительство не сидело сложа руки; уже на следующий день законопроект был принят. Дон узнал об этом в середине дня. Как только улеглась послеобеденная суматоха, он вытер руки и отправился в город на вербовочный пункт. У дверей уже выстроилась очередь. Он встал в хвост и принялся ждать.

Через час Дон очутился перед столом. Вконец измотанный офицер протянул Дону бланк:

– Напиши свое имя. Поставь внизу подпись и отпечаток большого пальца. Потом подними правую руку.

– Минуточку, – сказал Дон. – Я хочу служить в Космической гвардии. А тут написано: «Сухопутные войска».

Офицер мягко выругался.

– И этот туда же. Сынок, все вакансии в Космической гвардии были заполнены уже к девяти утра – теперь я даже в очередь тебя не поставлю.

– Но я не хочу в пехоту. Я… я – космонавт!

Офицер ругнулся опять, уже не так мягко.

– Что-то не похоже. Слушай, меня уже тошнит от вас всех, вспомнивших в последнюю секунду о патриотизме. Вам бы лишь в грязи не барахтаться, вот в космос и проситесь. Вали-ка ты, парень, домой! Когда понадобишься, мы тебя вызовем, но на Космическую гвардию не рассчитывай! Готовься к тому, что пойдешь в пехоту. Тебе понравится.

– Но…

– Убирайся, я сказал!

Дон вышел. Когда он вернулся в ресторан, Чарли взглянул на часы и спросил:

– Ну что, сынок, ты уже солдат?

– Не нужен я им.

– Вот и хорошо. Подай-ка мне несколько чашек.

Времени было хоть отбавляй, и, склонившись над грязной пеной, Дон размышлял над создавшимся положением. Хотя к неудачам он относился спокойно, теперь он понимал, что совет Макмастерса был очень своевременным. И теперь он упустил этот шанс – пусть не очень надежный, но кто знает, может, это был его единственный шанс добраться до Марса. Теперь единственное, что ему светило, – это протрубить всю войну – месяцы? годы? – в сухопутных войсках, так и не приблизившись ни на шаг к своей цели. Шестьдесят – семьдесят миллионов миль: с такого расстояния вряд ли до кого-нибудь докричишься.

Он обдумал возможность потребовать освобождения от службы, упирая на земное гражданство, но тут же отказался от подобной затеи. Один раз он уже на этом сыграл – сказал, что он гражданин Венеры, и добился права лететь сюда. Да и не в его было натуре сейчас говорить одно, а через минуту совсем другое. К тому же сердцем он был за Республику, как бы там ни решили в конце концов юристы вопрос о его подданстве.

Но даже если у него хватило бы наглости на подобное заявление, он не мог представить себя за колючей проволокой лагеря для интернированных. Насколько он знал, такой лагерь уже был построен где-то на Восточной косе. Просидеть там всю войну, чтобы Изабел таскала ему по воскресеньям передачи?

Не надо себя обманывать, Дон, мой мальчик: Изабел – патриотка, каких поискать, она сбросит тебя, как донную вошь.

«Что нельзя излечить, то нужно терпеть», – говорил Конфуций, а может, кто-то еще. Дон попал на Венеру и не очень-то по этому поводу горевал. В любом случае у Федерации не было никаких прав распоряжаться на этой планете. Чья она, в конце-то концов?

Больше всего ему хотелось связаться с родителями, сообщить им, что кольцо доктора Джефферсона находится у него, даже если его нельзя доставить немедленно. Кстати, нужно сходить в МТТ, узнать, не приходила ли на его имя почта. Жалко, что у Чарли нет телефона!

Дон вспомнил еще об одной возможности, которой он так и не воспользовался, – Сэр Исаак. Дон искренне хотел встретиться со своим другом-драконом сразу после посадки, но это оказалось не так-то просто. В Нью-Лондоне Сэр Исаак не высадился, и куда он отбыл, Дону узнать в местном офисе так и не удалось. Может быть, в Куи-Куи-таун или в Бьюкенен; как-никак дракон был ОВП – очень важной персоной – и мог потребовать от воздушных сил посадку там, где пожелает. Он может находиться где угодно на планете, площадь суши у которой много больше, чем у Земли.

Конечно, такую важную персону разыскать можно, но для этого первым делом потребовалось бы навести справки в Управлении по делам аборигенов, расположенном на Губернаторском острове. А это означает двухчасовую поездку, учитывая путь на гондоле туда-обратно плюс бюрократические проволочки, без которых уж точно не обойдется. Дон решил, что у него на это нет времени.

Но теперь это время найти придется. Уж Сэр Исаак сумеет ему помочь устроиться в Гвардию сверх всяких квот. Правительство всячески ублажало драконов, чтобы те относились к новому режиму лояльно. Люди жили на Венере постольку, поскольку их терпели аборигены, и правительство это прекрасно понимало.

Дона немного смущала идея использовать политические рычаги давления, но в данном случае ничего другого не оставалось.

– Чарли!

– Что?

– Не разбрасывайся чистыми ложками. Мне нужно еще раз сгонять в город.

Чарли недовольно хмыкнул. Дон снял фартук и ушел.

В офисе МТТ Изабел за стойкой не оказалось; Дон назвал свое имя дежурному клерку и прошел в приемную ее отца. Мистер Костелло посмотрел на него и сказал:

– Очень рад, что вы пришли, Дональд. Я хотел с вами встретиться.

– Дошла моя радиограмма?

– Нет, я хотел вернуть вашу расписку.

– А что случилось?

– Я не смог отправить ваше сообщение и не знаю, когда у меня это получится. Если такая возможность будет, я опять возьму вашу расписку – или наличные, если они у вас заведутся.