Заря цвета пепла - Владимир Свержин

Я бы тоже не вслушивался в эти речи, мне не раз приходилось слышать нечто подобное с небольшими вариациями, но голос, звучавший у стен обители, был неприятно знаком. Бросив взгляд на ряды противника сквозь бойницу в стене коридора, я, как и ожидал, увидел Армана де Морнея в мундире и при сабле. За его спиной виднелся другой офицер, выше чином, но, как мне показалось, приказы отдавал наш старый приятель.

Мой провожатый внезапно развернулся и поспешил в противоположную сторону.

— Идите к себе и ждите, — бросил он на ходу.

— Там Арман, — возвращаясь к своему вестовому, сообщил я.

— Слышу, — кивнула Софи.

— Может, потрудишься объяснить, что это значит?

— Не имею представления. Уж это, во всяком случае, не моя затея. Ты ведь понимаешь, что мне угрожает немедленная расправа? Подумают, будто я привела за собой погоню.

— Непременно подумают, — согласился я. — Мне и самому так кажется.

— Чтобы в награду мне снесли голову?! Кто знает, сколько шуаны будут удерживать эти стены, но им в любом случае хватит времени, чтобы разделаться с беззащитной девушкой! — зло бросила Камилла. Неужели ей действительно было страшно?

Между тем чтение приказа окончилось. Патетические слова: «Вам дается час на раздумье», — отзвучали в воздухе, и спустя несколько минут «настоятель» вновь, как ни в чем не бывало, стоял на пороге кельи.

— Прошу извинить, нас отвлекли. Монсеньор ждет вас.

— Но, месье, враг стоит у ворот.

— Это верно, их там не менее батальона с мортирной батареей. Если нам посчастливится, мы здесь продержимся часа три. Но у меня еще есть время исполнить распоряжение монсеньора, и я его исполню. Пойдемте.

Я оглянулся на Софи.

— Господин майор, — снова включаясь в роль мальчишки Гаспара, воскликнула она, — не оставляйте меня тут! Я знаю, что нужно делать!

— Ты?! Знаешь?!

— Ну да. Позвольте мне идти с вами!

Мне чертовски не хотелось оставлять мадемуазель Готье одну. Во-первых, бог весть что она натворит здесь, спасая жизнь себе, любимой. Во-вторых, зная изворотливый ум этой прелестной особы, нельзя было исключить, что она придумала что-то стоящее.

— Можно взять с собой мальчишку?

«Настоятель» с сомнением поглядел на «Гаспара».

— Монсеньор ничего не говорил об этом… Хорошо, под вашу ответственность. Но учтите, если монсеньор прикажет, я оставлю парня под землей.

— Позвольте мне идти, — настаивал «мой вестовой». — Клянусь Богом, я пригожусь!

— Идемте, да поторапливайтесь, до штурма меньше часа.

* * *

Судно, облюбованное Наполеоном для морского путешествия, именовалось «Антилопа», что дало Лису повод с непонятной радостью окрестить его «Антилопа гну» и непрестанно шутить насчет какого-то блюдечка с голубой каемочкой. Прямо сказать, я ничего не понял в этих шутках, но у Лиса была манера выстраивать слишком длинные ассоциативные ряды. Поначалу я становился в тупик, но со временем стал видеть в этом знак быстрого ума.

Как бы то ни было, «Антилопа» оказалась довольно быстроходным транспортом и сейчас, неподалеку от Мальты, была вынуждена лечь в дрейф, дожидаясь появления всего остального, потерявшегося в тумане, каравана.

— Они не могли так сильно отстать, — ходя из угла в угол крошечной пассажирской каюты, единственной более или менее пристойной на корабле, возмущался Бонапарт. Еще совсем недавно там, на капитанском мостике, он казался холодным, точно высеченным из куска мрамора. Но здесь, вдали от чужих глаз, глава экспедиции сполна дал волю раздражению. — Мы теряем время, попусту теряем время!

— Мой генерал, — убеждал его единственный зритель, телохранитель и наперсник командующего, капитан д’Орбиньяк, — ну шо вы так переживаете? Там же такие старые бадьи, шо нормальная хозяйка в них и белье не возьмется стирать.

— Перестань молоть чушь! — Взгляд Наполеона метнул в Сергея пару шаровых молний. — Они сбились с курса, я уверен. Сейчас они уткнутся в Мальту, и всему конец!

— А вдруг там еще наши?

— Если это так, я сочту сегодняшний день счастливейшим в жизни, а Нельсона — самым большим простофилей в истории морского дела.

— Ну, после встречи у Александрии, я бы не стал…

— Мой генерал, — за дверью послышался голос вахтенного офицера, — разрешите войти?

— Входи, Дени. — Наполеон, словно по волшебству, подобрался и превратился в того неутомимого, знающего всех и заботящегося о каждом полководца, которого обожала армия, ласково именуя «маленьким капралом».

Польщенный вниманием молодой офицер ступил на порог.

— В тумане видны корабли.

— Замечательная новость!

— Но… — Дени замялся, — это не наши корабли, они куда больше.

— Что?!

Генерал устремился на палубу, на ходу доставая свою неизменную подзорную трубу. Впрочем, контуры шести кораблей просматривались уже и без нее. Тяжелые, грузные, точно утюги, разглаживающие морскую рябь, они двигались под ветром едва ли не параллельным курсом.

— Проклятье! — Наполеон старался проглядеть туманную дымку насквозь. — Если нам повезет, это испанцы. Но… — В этот миг порыв ветра на мгновение разорвал серую пелену над корабельными мачтами, и в подзорной трубе командующего ясно возник трепещущий по ветру Юнион Джек. — Но, увы, нам не повезет. Англичане! — Он сжал зубы, оглянулся на капитана.

— Прикажете изменить курс? Мы куда меньше, быть может, в тумане нас и не увидят.

Гулкий пушечный выстрел положил конец надеждам.

— Заметили! — процедил Наполеон.

— Так точно, требуют принять досмотровую команду.

— Ох, не люблю я это дело, — за спиной Бонапарта отозвался Лис. — В эту игру я уже играл… Мой генерал, а шо, если я устрою, как говорится, встречный пал?

— Что?

— Ну, как бы это поточнее выразиться? Вступлю с мозгами адмирала в интимные дипломатические отношения.

Бонапарт изумленно поглядел на занятного офицера. Генерал хорошо разбирался в людях. Этот был чертовски отважен. Он словно глумился над опасностью, лез, как говорили на Востоке, подергать тигра за усы. Что не мешало ему иметь столь условные представления о воинской дисциплине, что во всех известных армиях былых и нынешних времен такого не стали бы держать ни минуты. Но этот балагур был неправдоподобно удачлив. Как любой корсиканец, Бонапарт высоко ценил это качество в людях.

— У тебя есть план?

— Ну, шо касается плана, то у моего доброго друга и вашего родича…

Бонапарт нахмурился.

— Ну да, ну да, у вашего… э-э-э… а впрочем, неважно, составлять планы выходит куда лучше. Я так, сплаваю на тему выразить адмиралу восхищение от имени и по поручению всего молдавского народа в моем лице. Кстати, пока нас толком не разглядели, я бы рекомендовал сменить французский флаг на…