Заря цвета пепла - Владимир Свержин

Революции походят на шахматную партию, где пешки могут погубить короля, спасти или занять его место.

Пьер Буаст

Лис был исключительно зорок и наблюдателен. Порой мне казалось, что он не столько видит, сколько чует добычу. Что дернуло моего друга взглянуть на прикрытое ветвями дерева чердачное окошко? К тому же вокруг Сергея толпились галдящие шуаны, желающие приобрести на память священные реликвии — железные браслеты, еще недавно бывшие источником страданий пламенного вождя лесной братии. Нет же, глянул и увидел.

Настроение мое, и без того безрадостное, после разговора с Лантенаком окончательно испортилось. Не то чтобы участие Софи в делишках ее брата было для меня тайной, но хотелось думать, что он лишь использует девушку, по сути дела не оставляя ей выбора.

На поверку выходило совсем не так. В хитросплетении интриг и чужих интересов это очаровательное создание играло ничуть не меньшую роль, чем наш вероломный «художественный кораблестроитель», как именовал его Сергей. А может, и большую. Я вспомнил рассказ Армана, как маленькая сестричка вытащила его из камеры смертников. Нам с Лисом было не впервой встречать нежных ангелов, способных заткнуть за пояс любого черта.

— Ладно, — не унимался напарник, — оставим этой самке Тарзана скакать по ветвям. Поведай мне, о мудрейший, какого рожна мы ввязались в игру с этой сладкой парочкой? Я понимаю: глазки, губки, шарманы, амуры, но все же? Свободно могли оставить их на острове, они бы там легко закосили под своих. Да и сейчас еще не поздно попросить Лантенака присмотреть за Барби и Кеном. Достаточно будет наябедничать, что мамзель загорала на чердаке, когда они совещались там — быть или не быть, плыть или не плыть, — и все, клиент созрел!

— Сергей, уймись. Вспомни, Институт послал нас сюда не для того, чтобы мы чаевничали с Наполеоном, не для того, чтобы сделать приятное принцу Конде или императору Павлу, и даже не для поисков дофина. Во Франции завязывается узел, который вполне может привести к войне еще более глобальной, чем известные нам Наполеоновские войны. Наша задача — распутать его и по возможности разрядить обстановку. Я подозреваю, что за кулисами готовящегося потрясения стоит тот самый Метатрон, о котором мы сейчас не знаем практически ничего, даже того, структура это или человек. Скорее всего, именно этого «шеф-повара» имел в виду Колонтарев, когда инструктировал нас перед выездом в Митаву.

— Вальдар, а может, все это туфта? Ну то есть погоняло, конечно, растопыристое. «Перст Божий» — это не хрен с бугра. У масонов, этих тайных шабашников столетия, просто нервный перекур. Но где факты? Откуда известно, что это нечто имеет реальные очертания?

— Фактов нет, — честно сознался я. — Есть пара довольно ловких агентов. Причем, когда я беседовал с Арманом, мне показалось, что он говорит о Метатроне с почтительным страхом. А он, сам знаешь, мужчина оборотистый и не робкого десятка.

— А может, он сам этого Метатрона и выдумал, чтоб нам по ушам ездить?

— Название — может быть. Но на кого-то же они работают: внедрение к принцу Конде, устройство верфи… А разъезды? Кто-то все это оплачивает, причем весьма щедро. Кроме того, во Франции Арман практически уверен в своей безнаказанности, а ведь за всю его коллекцию печатей и лабораторию по художественной подделке документов, не говоря уж об участии в побеге Лантенака, в очереди на гильотину он будет сразу за мной.

— Оптимистичненько! — хмыкнул Лис. — Ладно, предположим, что Метатрон существует. Тогда почему мы не можем взять того же де Морнея за шкурень, отвести в сторону и ненавязчиво объяснить, что такое «не везет» и как с ним бороться? Думаю, если на него хорошенько нажать, он не станет долго запираться.

— А если станет? Ты ж знаешь, убивать его мы не имеем права. Только в исключительном случае: в порядке самообороны или же, упаси бог, в бою. А вдруг он решит, что ему выгоднее перетерпеть здесь, чем потом огрести по первое число от Метатрона? И что? Извиняться и говорить, что мы погорячились? Ты что-нибудь знаешь о его связях и полномочиях? Лично мне ничего не известно. Если бы де Морней хотел от нас избавиться, у него были такие возможности и на корабле, и там, на острове. Кстати, тебя мисс Софи могла преспокойно отдать в руки англичан, и тогда нам бы не удалось столь эффектно и, главное, быстро исчезнуть из темниц. Де Морнея и его сестру не интересуют ни дела Французской Республики, ни, уж тем паче, дела Англии. Подозреваю, что и у его хозяина иные интересы. Но вот какие? Как бы ни было противно, добраться до него с помощью месье Армана — самый простой путь, если не единственный.

— Ядрена матрена! — выругался Лис. — Так шо, оставляем Наполеона и переключаемся на этот перст? Или трон?

Я задумался. Вероятно, стоило бы, но…

— Тебя вновь терзают смутные сомнения?