Цель неизвестна. Построить будущее - Марик Лернер

Попутно тщательно обдумал очередную идею. После Швеции невольно напрашивается идея превратить Балтийское море в русское. А это означает дальнейшую экспансию. Пруссия и Дания на очереди, но не сейчас. Наше дело сидеть на горе, изображать нейтралитет и собирать предложения. Кто больше даст, за того и вступимся, когда ослабеют и нанесут противнику больше ран. При необходимости и поменять сторону недолго. Только надо все хорошо просчитать.

— Постоянным принципом русской политики в Европе должно быть поддержание равновесия сил между немецкими государствами и создание препятствий для усиления одного из них.

— Так-так… Поддержать слабого?

— Лучше в качестве арбитра. Приняв русское посредничество, Европа признает и вес империи.

— Остермана я сниму, — помолчав, сказала она без перехода. — Болеет уже не притворно, а всерьез. Старый стал и не умеет перестраиваться. Союз с Австрией, союз с Австрией превыше всего, — явно передразнила. — Иностранными делами заведовать пока поручу Бестужеву. А тебе придется принять еще и должность вице-канцлера, помимо прочих обязанностей.

Может, Бирон был умней меня и правильно делал, не вступая в официальные государственные должности? Ни за что конкретно не отвечал, а попробуй объехать! Загрызет.

— Почту за честь, — отвечаю единственно возможное при данных обстоятельствах.

— Князя Черкасского пока трогать не стоит, — сказала она, скорчив гримаску. Прорывается иногда молодость. — Пусть спит и в дальнейшем. А вот о Минихе пора всерьез подумать. Он недоволен своим положением, посмел прислать просьбу об отставке. Я приняла. Сам подставился!

А ведь уход Остермана и эти слова интересный знак. Анна начала избавляться от прежних властителей и стариков. До сих пор большинство назначенцев предыдущего царствования сидели спокойно, за исключением Миниха. Неудач в турецкой войне на фоне безудержных хвастливых предварительных обещаний ему не простила и до сих пор держала на Украине. Формально он оставался главнокомандующим, практически в Военной коллегии заправляли молодые царские ставленники, назначенные по моей рекомендации.

— Нельзя заслуженного человека просто так выгнать, — говорю. — Многие задумаются, хотя давно пора. Он уже со всеми перессорился.

Реально сообщали о недовольстве нескольких достаточно высокопоставленных чинов. Например, Яков Вилимович Кейт. Генерал-аншеф и в настоящий момент гетман Украины. Очередные дрязги с Минихом на почве раздела полномочий в Малороссии и отказе в приглашении его брата в Россию. Почему нет? Пусть приезжает.

Или еще один, шотландец Эрнст Гидеон фон Лаудон, ищущий справедливости в служебном конфликте. Опять Миниха уши торчат. Шарль Эммануэль де Варнери, чином заметно ниже, но тоже с жалобой. О русских уже и вспоминать не стоит. Каждый второй с удовольствием плюнет на могилу главнокомандующего. Но этим уезжать некуда. А иностранцы могут.

Вот принц Людвиг Гессен-Гомбургский может следовать куда угодно. Гонору много, толку незаметно. Особыми военными талантами не блистал, зато по касательной прошел по делу Елизаветы Петровны. Прямые улики участия в заговоре отсутствуют, но держать сомнительного типа на высоких должностях здоровья не добавит. И тут не поможет даже женитьба на Анастасии Кантемир.

— И в Петербурге оставлять опасно, — задумчиво ответила царица.

— А разве не нужен в Сибири уважаемый и знающий военное дело и фортификацию губернатор?

— А поедет?

— Ну не в Ригу же направлять следить за таможней.

— Откажется — отправится на восток уже под конвоем, — решительно заявила Анна. — Если бы ты знал, — совсем другим тоном, — как мне не хочется опять высиживать эти бесконечные церемонии!

Могу представить. Все-таки пусть не особо долгий срок занимался организацией приемов и по должности на них присутствовал. Сейчас столь сладостные обязанности исполняют Юлия с Марией Кантемир. А я спасся от скуки в глубине шведских земель.

После коронации в Москве восседала на троне, а кушанья ей сервировал лично обер-гофмаршал двора. Всякий раз, когда она отведывала блюдо, предварительно разделанное стольником, или пригубливала вина, налитого кравчим, собравшиеся вставали с мест и отвешивали в ее сторону поклон, затем снова садились. Любого задолбает, и не радует уже перемена блюд на золотой посуде.

Гости сидят по ранжиру за длинными столами — женщины справа, мужчины слева от трона. Священникам отдельный стол. И все происходит под музыку итальянского оркестра. Напоминает среднего пошиба ресторан, хотя певцы и музыканты работают исключительно вживую и без микрофонов.

А завтра у нас аудиенция, причем в нарушение всех правил и традиций исключительно для женщин. Только после обеда представители дворянства разного ранга явятся выразить почтение. На завтра назначен прием принесших присягу офицеров. Понятно, шведских. Со своими уже встречалась до торжественного въезда в Стокгольм и вручила отличившимся награды. Но и здесь с утра прием шведских жен и лишь затем их мужей. К счастью, послы не появятся. Нечего более в Швеции делать столь высокого ранга иностранцам. Достаточно и одного в Петербурге, на что твердо и вежливо пришлось указать. Вопрос с их женами остался в неизвестности.

Иногда возникает нехорошая мысль, не перемудрил ли с воспитательным процессом. Мало ей новых нарядов, так еще и это. До эмансипации еще века. Утешает одно: будучи императрицей, может позволить себе еще и не такое. Находит иной раз на ее императорское величество стих упрямства, и тогда она напрочь игнорирует разумные доводы. «Я так решила!» Если дело не принципиальное, пусть себе перекраивает церемониал. Мне же проще и свободнее.

Тошнит уже от обязательных процедур. Генерал-губернатор помимо общего контроля вынужден заниматься кучей ерунды: торговля с Норвегией и тамошние правила, внедрение картофеля и начатков медицинского образования. Особенно неприятно, когда приходится мирить переругавшихся шведов. Хорошо, что в качестве судьи несутся к русскому начальнику, и этому сильно способствуют и резня в Стокгольме, и безупречная сдержанность войск позднее, но раньше я не понимал анекдота. Это про то, что дипломатия — искусство говорить «хоро-о-ошая собачка», пока не найдешь камень поувесистей.

Иногда сильно жалею о невозможности отдать приказ расстрелять всех этих умников, пытающихся за моей спиной спрятаться и одновременно направо и налево рассказывающих, как они оккупантов недолюбливают.

— Подготовлен указ о создании под твоим председательством особой комиссии по рассмотрению и поправлению недостатков в армии по опыту военных действий, — сказала Анна неожиданно и явно вне связи с предыдущим.

Такой рабочий комитет не только напрашивался, прямо необходим. Не зря обсуждал с принцем-консортом. Куча разнообразных реформ назрела по этой части. Благо вроде новых сражений в ближайшие годы не предвидится и есть возможность. Вообще, после двух залпов указами при воцарении и коронации ничего кардинального в ближайшем будущем не планируется. Пусть устаканится и привыкнут к уже введенному.