Охотник на кукушек - Дмитрий Светлов

– Вы уже прошли, у нее открыто, – сообщила высунувшаяся из очередной двери голова.

Ну да, была такая с многоголосым гомоном восторженных восклицаний. Костя вернулся обратно и решительно вошел.

– Еще один почитатель, – прокомментировал сидевший в кресле военный летчик.

– Костик! – вспорхнула с диванчика Алла Константиновна. – Как мило! А цветы – чудо! – и по-матерински чмокнула в щеку.

– Снова без формы! – строго заметил директор театра. – Тебе нечего стесняться! Это награда всей нашей милиции!

Из-за ширмы вышел еще один военный в черных петлицах комдива танковых войск и, подойдя почти вплотную, сурово отчеканил:

– Запомни, ты награжден за то, что сделал бы любой другой, окажись он на твоем месте!

– Мальчики, мальчики, не душите юношу авторитетом, – потребовала Алла Константиновна.

Директор тут же взял его под локоток и темными лестницами привел на небольшой балкон у самой сцены. Что касается спектакля, то Костя впервые оказался в театре и ничего не понял. На его взгляд, актеры говорили неестественно громко, фальшиво смеялись и картинно страдали. В антрактах мужская часть зрителей пила коньяк с черной икрой, а женская грызла черный шоколад, запивая его сладким шампанским.

* * *

По завершении спектакля Костя вместе со всеми стоя похлопал, даже разок крикнул «Браво!» и отправился на поиски оставленных пальто и шляпы. В служебном коридоре его отловил вездесущий директор и отвел в репетиционный зал, где был накрыт шикарный стол. Труппа и поклонники торопливо заняли привычные места, а Костя снова попал под опеку Аллы Константиновны. Примадонна велела поставить два стула с торца и громко заявила:

– Отныне этот юноша находится под моим покровительством, а его воспитанием займется наша Кира.

Миловидная и совсем юная девушка, нимало не смущаясь, сразу попыталась начать воспитательный процесс и потерпела фиаско. С манерами у Кости – все на высшем уровне, а науку убалтывать красавиц он освоил еще в армии. Через пять минут он уже знал, что Кира работает гримершей, а спустя полчаса оба незаметно исчезли. Непродолжительная прогулка по вечерней Москве с жаркими поцелуями завершилась у входной двери небольшого особняка.

А дальше – о ужас! Парочку встретили родители девушки и после знакомства провели в столовую комнату, где собралась вся семья. Вместо ожидаемого чая с сушками глава семьи сообщил, что он – владелец самого модного в городе салона красоты. Кира по вечерам работает в театре, а актрисы благодаря серьезным льготам в оплате ходят в его салон, что привлекает прочую публику. Довольно продолжительный монолог завершился просто и конкретно:

– Мы люди обстоятельные и зажиточные, а милиционер в зятьях нам не нужен.

Жениться в ближайшие шесть лет Костя не собирался – ни на богатых невестах, ни на бедных. Без обид встал, распрощался и направился к выходу, где был перехвачен девушкой. Кира слегка прижалась и громко сказала:

– Ты проездом в Москве, я провожу до вокзала, иначе заблудишься.

Пока Костя терзался в сомнениях по поводу прохода с барышней в особняк, девушка открыла дверь черного хода и они оказались в задних комнатах салона.

– Ступай тихо, у дверей со стороны улицы спит сторож.

Они прошмыгнули в массажные кабинеты, а утром Костя вышел с модной стрижкой, гладко выбритым, благоухая дорогим одеколоном. Вопреки ожиданию новая смена охраны на входе в «Камчатскую пушнину» пропустила без вопросов. Более того, тот, что стоял у дверей, доброжелательно заметил:

– На первом этаже хорошая столовая, питание бесплатное, без талонов или списков.

– Я могу на ночь привести девушку? – решился Костя на актуальный вопрос.

– Вывеску читал? – ухмыльнулся вахтер. – Мы открыты для пушистых, колючих, даже кусачих.

Возможность провести в комфортных условиях ночь с Кирой подняла настроение на самую верхнюю планку. Даже приход в комнату очередного неизвестного с новой порцией инструкций нисколько не сбило душевный подъем. Он внимательно слушал и запоминал, а когда началось моделирование ситуаций, полностью включился в ролевую игру. Наконец неизвестный глянул на часы и заявил:

– Со мной все. Беги обедать, затем тебя отполируют – и можешь ехать.

– Куда? – встрепенулся Костя.

– В Германию, – пожал тот плечами и вышел.

Полировка началась с мобильного гардероба на колесиках с набором одежды на все вкусы. Юркий толстячок внимательно осмотрел клиента и потребовал выложить на кровать все личные вещи. Почти все белье с предметами личной гигиены получили одобрение и перекочевали в чемодан. Затем началось тщательное изучение оставшихся вещей, а когда очередь дошла до фляги, толстячок вздрогнул и спросил:

– Откуда она у тебя?

– Купил перед отъездом в Торгсине, – честно сознался Костя.

– Жди. – Толстячок схватил флягу и исчез за дверью.

Ну надо же забыть, олух царя небесного! Теперь жди вагон неприятностей с бесплатным билетом на Колыму! Костя сел на подоконник и тупо уставился на пустынные дорожки внутреннего парка. Так он просидел более часа, пока в комнату не ворвался тот самый начальник, что принял его вчера.

– Так, начнем сначала, ты – Константин Людвиг фон Берхман, отец расстрелян в тридцать первом, мать сослана.

– Девять лет назад? Я должен хорошо помнить родителей.

– Наставницу по немецкому языку опиши как мать, а ее квартиру – как свою.

– Кто будет прототипом отца?

– В быту ты больше всего общался с Ефимом Наумовичем, смени имя на Георгий Манфред и все дела.

– Угу, и как потомок пса-рыцаря стал красным командиром?

– Детдом, пионерско-комсомольское воспитание и направление в Гатчину. Ты окончил школу стрелковых командиров.

– А Финляндия – мой первый выход в люди.

– С биографией лучше всего отмалчиваться, иначе погоришь. Тебя обязательно познакомят с первой женой отца.

– Это как?

– Летом семнадцатого она с детьми уехала в имение недалеко от Митавы^[85], а ты родился зимой девятнадцатого.

– Вам очень хочется оставить меня в Германии?

– Там ты никому не нужен. Вернут, обязательно вернут. Причем там, – он указал себе за спину, – обласкают и оближут.

Далее последовал дополнительный инструктаж. Костя обязан защищать «отца» с простенькой позиции. Он был верным сторонником революции и честно служил народной власти. Виноваты его сослуживцы. Попавшись на контрреволюционном заговоре, они оговорили его, выставив главарем тайной организации. С матерью – тоже незатейливая история. Любящая женщина в эмоциональном порыве пыталась застрелить чекистов. Ее арестовали и на всякий случай сослали в Сибирь.