Штормовые джунгли - Александр Орлов

В положенное время двое строго проинструктированных инженеров на принадлежавшем бюро контрразведки шаттле стартовали к орбитальной станции «Александрия».

На месте их приняли и провели в зал, где хранились роботы.

Как оказалось, поисковый робот-диверсант выглядел как червяк, состоявший из восьми независимых гусеничных платформ, соединенных самоблокирующимися замками и общей топливной и управляющей магистралью.

Длиной робот был около шести метров, а каждое гусеничное шасси носило в себе заряд взрывчатки и в случае необходимости могло отцепляться от основного поезда и уходить на персональное задание в пределах километра, в то время как остальные гусеничные платформы двигались дальше.

У головной платформы имелись генераторная станция и гравитационная пушка, которая могла наносить урон живой силе не только на открытом пространстве, но и в защищенных бункерах или транспортных средствах. Причем степень наносимого ущерба могла быть различной – в зависимости от заложенной программы.

Оставшись довольными видом диковинной машины, инженеры закачали в ее память навигационную программу с координатами точки, откуда следовало начинать поиск «бэ-эм восемнадцать». Дальше робот должен был справиться сам.

Помимо пушки у него имелась навигационная связь со спутниками, а также видеоинтегратор – панель с множеством линз и объективов, работавших в разных спектрах, которые видели не только то, что видел человеческий глаз, но и значительно больше, поскольку человек замечал только то, что осознавал, и мог отвлечься, а робот не отвлекался никогда.

Инженеры сделали свое дело и вернулись, а на станции «Александрия» начали готовить заброску комплекса.

Управляющий и обслуживающий персонал не интересовали политические и внутриведомственные тусовки, связанные с этим заданием. Им поступал приказ, и они его выполняли.

Через положенное время робот был упакован в десантируемый контейнер. Оснащенный множеством компенсаторов – пружинных и гидравлических, он был готов сохранить робота при сбросе с большой высоты.

Спустя еще час челнок станции «Александрия», оснащенный широкими атмосферными плоскостями, скользнул в плотные слои и понесся по указанному в навигаторе направлению.

Выйдя на заданную точку, он на высоте двух тысяч метров открыл транспортный отсек, и из него вывалился груз, похожий на гигантскую гусеницу.

Объект без парашютов понесся вниз, навстречу земле, укрытой многоярусным одеялом тропической растительности.

Со свистом прошив древесные кроны, компенсирующий контейнер врезался в землю так, что огромные куски грунта брызнули по сторонам, вперемешку с клочьями дерна.

Прошла еще пара минут, после чего щелкнули стопоры, и оболочка контейнера стала распадаться, и из нее выполз робот, сочлененный из восьми гусеничных оснований.

На его главном шасси пробудились два десятка оптических и электронно-мембранных датчиков. Они осмотрели, обнюхали все вокруг, сверили результаты с заложенными в архиве данными, и робот, ожив, покатил по выбранному курсу, а спустя десять минут уже обнаружил начальную точку старта «бэ-эм восемнадцать».

Здесь стоял брошенный командой Брейна вездеход, из которого были вытащены картриджи.

Робот несколько раз объехал вокруг машины, обнюхав ее электронными датчиками, и, составив собственное мнение, поехал по хорошо заметной колее, оставленной ушедшим броневиком.

Робот-диверсант несся, не останавливаясь, и почти не отвлекался на особенности окружающей обстановки. Все, что он мог видеть, было уже давно заложено в его электронном архиве, поскольку эту долину многократно исследовали специальные спутниковые системы, которые и создали карту, заложенную в его навигационную систему.

Насекомые, летучие существа, какие-то обезьянки или что-то еще – робота интересовали только факты, которые могли помочь решению его профессиональной задачи.

Если факты были бесполезны, никакие запахи, цветы, кустики и поющие птицы его не интересовали. Он не забивал ими свою оперативную память, и его аналитические способности не подвергались дополнительной нагрузке.

Реальному десантно-поисковому подразделению был нужен ночной отдых, а роботу отдых не требовался. Он бежал и бежал, расходуя энергию своих картриджей, намного более продвинутых, чем те, что стояли в старой «бэ-эм восемнадцать».

В роботах силовых подразделений Генерального штаба все было самое новое, самое эффективное, самое лучшее.