Рождение Империи. Преемник магистра - Алексей Балахнин

Когда наконец юный маг очнулся, было решено покинуть убежище и найти себе новый дом. Тем более у Неасура уже имелось местечко на примете, более удобное и рядом с рекой. Перебраться туда можно было и раньше, но на тот момент мест на всех не хватило бы. Теперь же троим изгоям вполне хватало пространства в новом доме, которым стала заброшенная шахта, коих на острове хватало. Харт в полной мере пользовался ресурсами острова, добывая все, что могли дать его недра.

Первое время они обустраивали новое убежище и улучшали быт. Потом стали изучать местность вокруг, прокладывать маршруты, находить постоянные источники пищи и воды. Ди учил Албаха поведению в лесу, заставляя его сливаться с растительностью и бесшумно передвигаться. Молодой маг делал успехи, но до учителя ему было далеко. Эти новые умения уже помогли ему избежать несколько неожиданных и довольно опасных встреч с гулями. Как раз сегодня и был такой случай, из-за которого он забрел в эту башню и, не имея возможности вернуться в убежище, заночевал тут.

Когда выживание на острове стало все больше походить на жизнь, Албах часто возвращался к своим воспоминаниям о родных островах, доме и близких людях. Первое время после того, как память вернулась, юный маг все больше ощущал, что теперь в нем пытаются ужиться две сущности – упорный, любопытный и трудолюбивый маг Стелан и вновь обретенный Албах – воин северных островов, где все законы основывались на простой истине – выживает сильнейший. Если раньше бывший ученик магистра осознавал, что у него есть дом и родня, то теперь к этому факту добавилась тоска и боль от понимания – возможно, все друзья, знакомые и родные мертвы.

В такие моменты внутри него просыпался Албах и гнал эти мысли подальше, закипая от жажды мести. Все больше и больше, пока Стелан выживал, участвуя в схватке насмерть с хищной местной фауной, Албах становился главным и более осязаемым. На острове Обреченных нет места юному магу, младшему ученику магистра Магнуса, у него слишком мало шансов выжить, несмотря на все магические трюки. Тут нужен воин с твердой рукой и бесстрашием в глазах, лишь такие заслуживают место в Вальгалле. С этими мыслями все чаще именно Албах выходил из убежища на охоту, в то время как Стелан все больше уходил на второй план, превращаясь просто в часть прошлого, в воспоминание о другой жизни.

Изменения заметили и соратники, но, в отличие от внутренних измышлений Албаха, они восприняли новый образ как способ подстроиться, как метод выживания, и он им нравился все больше. Особенно когда маг в первый раз спас окруженного гулями эльфа, подняв такой столб пыли, что не было видно дальше вытянутой руки. Спасать друг другу жизни, прикрывать и помогать – оказалось обыденным делом на острове, и после очередного такого случая Неасур не просто кивнул в благодарность, а решил поговорить по душам. Они сидели вечером у костра в убежище и правили силки, которые накануне принесли им сытный ужин.

– Ты так и не спросил, как я, подгорный житель, оказался на острове, – прервал молчаливую работу Неас.

Албах удивленно приподнял брови, но работу не бросил.

– Я понимаю, что ты не интересуешься ушастым. Из него и слова не вытянешь, но вот почему не спрашиваешь меня? Даже обидно как-то. Неужели не интересно? – затараторил гном.

– Мне казалось, что ты сам расскажешь, когда захочешь.

– Я всего один раз задал Ди этот вопрос и получил лишь многозначительное молчание в ответ, – как будто не замечая слов Албаха, продолжил гном. – Насколько я знаю, у эльфов нет закона, по которому сородича отправляют на остров. Их любимая кара – это изгнание, но по тому времени, что я с ним провел, могу сказать одно – он этого не заслужил.

– Нет, не заслужил. – Как всегда неожиданно появился эльф, но его товарищи привыкли к его манере бесшумно передвигаться, так что даже не вздрогнули, лишь устремили вопросительные взгляды на говорившего.

– Я заслуживал смерти, – лишь произнес Ди и вышел из помещения, которое раньше служило комнатой отдыха для рудокопов.

Неасур пожал плечами и снова взялся за силки. Албах прекрасно помнил, что у эльфов нет смертной казни, так что же мог натворить изгнанник, чтобы желать себе смерти? Добавил ушастый пищи для размышлений… Но сейчас магу хотелось продолжить разговор, который завел сам гном.

– Ты тоже считаешь, что попал сюда незаслуженно? – проронил он.

– А ты что, думаешь, я душегуб какой или забыл, что как раз у нас, горных кланов, разговор с преступниками короткий? – Неас напомнил, что его народ пользовался поговоркой «кровь за кровь» в своих методах наказания. Если попадался вор, то ему отрубали руку или же обе, а убийство каралось смертью и так далее. Собственно поэтому у подгорных жителей и не было преступности, лишь дрязги между кланами.

– Если честно, то когда я тебя первый раз увидел, не скажу, что ты сильно отличался от двух своих подручных – Даго и Келора, – усмехнулся Албах.

– Ну ты скажешь… – наигранно удивился гном. – Я, конечно, не сказать чтобы лицом вышел, но и к обычным убийцам меня не надо приписывать. Они только и способны, что прибить кого в пьяной драке в кабаке или пырнуть в подворотне.

– А ты способен на большее? – спросил Албах с хитрой ухмылкой, скосив взгляд на гнома.

– Способен, – буркнул Неасур, – но это не значит, что хочу.

– Это я уже понял, друг мой, – с улыбкой произнес юноша. – Так за что же все-таки ты сюда угодил?

– Будешь смеяться, – через пару мгновений, как будто решая, говорить или нет, ответил гном без тени веселости.

Албах недоуменно уставился на товарища.

– Я прибил одного мелкого дворянчика в кабаке! – выпалил, словно из лука, гном. – Но не подумай чего, не со зла или умышленно, это случайно получилось. Хлюпенький господин оказался. Я его всего один раз стукнул, а он взял и испустил дух. Его дружки тотчас меня связали и без суда и следствия, приплатив местному магу, отправили на остров.

Албах явно не ожидал такой откровенности от гнома и теперь хлопал глазами.

– Я до этого был торговцем, – продолжал Неас. – Как раз с этим доходягой у меня была заключена сделка, так этот воришка решил, что может изменить условия в последний момент, да еще и жульем меня обозвал. Вот тут-то я и не выдержал.

Албах не знал, как ответить гному на его откровенность, и оттого лишь быстрее начал править силки.

– Я закончил, – как ни в чем не бывало сказал Неасур и встал, направившись к выходу. – Пойду проверю, куда это ушастый навострил свои уши.

Гном остановился уже у выхода и обернулся.

– Ты тоже можешь рассказать, как попал сюда, когда посчитаешь нужным. – Гном говорил, глядя на Албаха, словно тот его внучок, который нашкодил, но не хочет признаваться. – Твоя история про неудачный эксперимент прокатила для этих туповатых вышибал, но мы с Ди слабо в нее верим. Это не значит, что мы тебе не доверяем, у каждого есть свои секреты, просто ты знай: нам плевать на твое прошлое, если ты не будешь подводить нас сейчас.