Отстрел негодяев - Василий Головачев

– Отпусти… – едва слышно прошептала она.

С улицы донеслись голоса, и тотчас же с другой стороны дома раздался треск: спецназовцы взломали входную дверь и ворвались в коттедж.

– За мной!

Калёнов схватил Еву за руку, и они устремились к забору.

В доме вспыхнул свет.

Ева оглянулась, зацепилась ногой за кирпич бордюра, ограждающего дорожку, Калёнов едва успел подставить руку, удерживая спутницу от падения, и не услышал – спиной почувствовал движение за беседкой.

Времени на предупреждение Евы не было, поэтому он просто сбил её с ног и, вытащив из-под ремня перцовый пистолет, сделал серию выстрелов в направлении беседки, очертив стволом круг.

Spray Gun издал пять негромких щелчков, извергая струйки мгновенно испаряющейся жидкости, и в десяти шагах от бегущих раздался изумлённый вскрик, кашель и мат: перцовый спрей попал в цель. Выстрелить боец команды захвата не успел.

Калёнов метнулся на звук кашля, нашёл согнувшуюся фигуру в камуфляже, ударил дважды, с двух рук, буквально вколачивая противника в землю. Метнулся назад к поднимавшейся Еве, подтолкнул её к забору:

– Стрелой!

– Их нет! – раздался крик со стороны входа в дом. – Командир, они сбежали!

– Дэн, за коттедж, к забору!

Послышался топот, грохот разлетавшегося гравия, треск ветвей: к заднему участку усадьбы бежали с двух сторон. Но спецназовцам требовалось секунд десять, чтобы в темноте добежать до забора, а беглецы были уже рядом.

– Замок! – слабым голосом охнула Ева.

Калёнов не ответил, обхватывая руками большой амбарный замок, и одним рывком вырвал его из деревянной пластины вместе с дужкой. Распахнул калитку, вытолкнул женщину.

– Беги!

– А ты?!

– Догоню!

Ева не стала колебаться и говорить лишнее, она просто бросилась бежать сквозь вал густой травы, исчезая в темноте, и Калёнов был ей благодарен за поведение, так как она своим беспрекословным подчинением дала понять, что всецело ему доверяет. Мгновением позже он вернулся на территорию усадьбы, закрыл за собой калитку и нырнул в траву под забором. И вовремя: по забору на уровне человеческой груди хлестнула очередь пуль, породив дробный треск и грохот.

По деревьям и кустам сада метнулись лучи фонарей.

На дорожке показались бегущие одна за другой фигуры.

Калёнов дождался, когда первый из спецназовцев добежит до калитки, упруго вскочил, вырастая перед противником глыбой мрака, вырвал у него из рук пистолет-пулемёт (это был новейший «ПП-2000») и одним движением отбросил бойца на несколько метров от дорожки.

Бегущий следом боец группы захвата поднял ствол своего пистолета-пулемёта, но получил в забрало шлема струю перца, охнул, выпустил оружие и улетел вслед за своим напарником.

Калёнов выбросил перцовый пистолет с опустевшей обоймой, дал две очереди из двух «ПП» сразу, целясь по деревьям и крыше беседки, чтобы не задеть парней в камуфляже, крикнул:

– Лечь и не вставать! Перестреляю всех!

Бегущие по дорожке бойцы дружно нырнули в траву по обе стороны.

Калёнов для убедительности выпустил ещё две очереди, пули веером сыпанули по забору, нашли бочку для воды, породив железный грохот.

– Лежать! – Калёнов бросил разряженные пистолеты-пулемёты на землю, собираясь последовать за Евой, и в этот момент послышался нарастающий рокот, над домами посёлка появился вертолёт, снизился над коттеджем Болотова, завис, заливая его территорию слепящим светом прожекторов, и с неба проревел усиленный мегафоном голос:

– Прекратить стрельбу! Всем не двигаться! На любое движение открываем огонь на поражение!

Спустя мгновение на землю на тросах посыпались десантники в спецкомбинезонах, вооружённые автоматами «АЕК-971». Они быстро разоружили застывших спецназовцев, не получивших, к счастью, приказа отбить атаку, и вертолёт, винты которого подняли настоящую бурю, пригибая к земле деревья и кустарники, взлетел выше, хотя и продолжал освещать усадьбу.

Калёнов поднял на всякий случай руки вверх, повернулся лицом к дому.

К нему подбежали двое рослых десантников, откинули забрала шлемов, и Калёнов узнал Барсова и Яшутина.

– Живы?! – в один голос заговорили они. – Где Ева?!

Барсов покосился на Яшутина, и лейтенант отступил назад.

Калёнов, не отвечая, поспешил к забору, распахнул калитку, собираясь позвать дочь Болотова, однако она вынырнула перед ним из темноты как ночной призрак и бросилась на шею:

– Максим!

Стояли, обнявшись, до тех пор, пока не подошёл Барсов.

– Уходим, Максим Олегович.

Ева отпустила Калёнова, повернулась к Барсову:

– Спасибо, товарищ майор, вовремя подоспели. Костя, и вам спасибо.

Сказав так, она поправила волосы и пошла к дому, бросив на ходу:

– Я на минуту.

Мужчины молча смотрели ей вслед.

– Пропустите! – раздался чей-то возмущённый голос, и к Барсову подбежал командир спецназа, штурмовавшего коттедж, уже без шлема и без оружия, козырнул: – Капитан Зотов, волоколамский СОБР. Вы кто?! Что происходит?!

– Майор Барсов, ССО Росгвардии, – сухо ответил Барсов. – Это я вас хочу спросить, что происходит. По какому праву вы нападаете на наших сотрудников?

– Ваших со… – ошеломлённо начал капитан. – Я не знал… получил приказ задержать вооружённых террористов…

– Свободны, капитан Зотов. Забирайте свою кавалерию и возвращайтесь в часть.

– Но я не могу не выполнить…

– Доложите командованию, что Росгвардия своих людей не бросает. Пусть разбираются начальники наверху. И не дай вам бог, капитан, попытаться выполнить приказ ещё раз!

– Но…

– Второй!

Подскочил Алексеев.

– Помогите СОБРу убраться с территории посёлка!

– Есть! – Алексеев взял командира собровцев под локоть и повёл, не обращая внимания на сопротивление, к воротам усадьбы. За ним бойцы ГОН сопроводили и остальных солдат волоколамского СОБРа.

– Пойдёмте, Максим Олегович, – сказал Барсов. – Хлебнём чайку, если хозяйка угостит. Всё равно придётся подождать, транспорт будет через полчаса.

Они побрели к дому, посматривая, как вертолёт исчезает в беззвёздном небе.

– Что нового? – спросил Калёнов, расслабляясь.

– Гаранин получил карт-бланш президента.

– На что?

– Будем брать Лавецкого, Бескудникова и, возможно… – Барсов помолчал, – председателя правительства.

Калёнов споткнулся.

– Когда?!