Свадьба отменяется. Книга третья. Помолвка - Вера Чиркова

– Неправда… – на ресницах принцессы вдруг повисла слезинка, а её губы задрожали, – я снова думала про себя… мне Азарил очень нравился.

– А сейчас? – с почти неуловимой насмешкой поднял бровь северянин.

– Сейчас ещё больше… – Девушка жарко покраснела и обиженно уставилась на заулыбавшихся друзей. – Вы не понимаете… он такой ловкий, может кабана копьём свалить… я видела. И умывается снегом…

– Не переживай, Цили. – Тренна ветерком взъерошила воспитаннице волосы. – Свой торт я честно заслужила.

– А я свой, – непонятно о чём буркнул Азарил, и все снова развеселились.

– Так почему всё-таки стульев больше, чем нас? – успокоившись, вдруг вспомнила Церцилия. – Кого-то ещё ждём?

– Да, но маги придут немного позднее, – подтвердил магистр, – сегодня утром ковен разорил последнее шаманское гнездо. Всего три человека, но рисковать мы не стали, просто бросили их в стазис. Будем допрашивать по одному, а потом сотрём память и отправим на острова, лучшего выхода пока не придумали. А здесь мы затем, чтобы отпраздновать вторую луну со дня помолвки и объявить Дорду и Милли, что опасности больше нет. И теперь Милли может произнести слово, на которое завязана личина… хоть она и не сильно искажает настоящий облик, но всегда приятнее видеть истинное лицо человека. Тем более, отсюда вы пойдёте на Битар, там вас ждут родители. Все, кто захочет пойти с ними, считайте себя приглашёнными мною лично по позволению Теорида.

Магистр проследил, как Милли сбрасывает личину, полюбовался на восторг в глазах её мужа и продолжил:

– Это были хорошие новости, но есть и не очень приятные. Милли больше не наследница, Аннигелл ждёт сына. Маги точно установили. – Гиз лукаво ухмыльнулся и тут же вскрикнул от неожиданности – так крепко сжали его плечи руки Дорда.

– Я тебя когда-нибудь побью, – просто светился от счастья герцог, – нельзя же самую хорошую новость оставлять напоследок! Милли хочет быть не королевой, а магистром, и с Битара мы отправимся в обитель.

– Знаешь, – встав рядом с ним, очень серьёзно сообщила принцесса, – даже если бы я тебя уже не любила больше всего на свете, после этих слов влюбилась бы обязательно!

– Любимая… – забыв про всех, нежно обнял жену герцог и зарылся лицом в её волосы, – как я счастлив, что нашёл тебя.

– Вообще-то, это мы тебя нашли, – чуть ворчливо пробурчала Риселла, незаметно смахивая счастливую слезинку, – никогда не забуду, как ты смотрел на нас в ту ночь!

– Кстати, – произнёс Дорд, ласково глядя Милли в глаза, – я давно хотел открыть жене последнюю, самую страшную, тайну.

– Не смей! – внезапно испугалась Сел и крепче прижалась к мгновенно обнявшему её Дрезорту. – Дорданд, не нужно!

– Нужно. Я слишком люблю Милли… и не хочу, чтобы когда-нибудь она задумалась, отчего я вёл себя не так, как должен несчастный отвергнутый воздыхатель. Слишком уверенно, слишком спокойно…

– Я, кажется, начинаю понимать… – прищурившись, рассматривал жену Дрезорт, – так вот почему ты так долго одевалась к помолвке! Всё остальное время, до самого побега я не сводил с него глаз, а в этот час ждал тебя и проследить не смог. А он, значит… воспользовался.

– Да, я получил записку, и поскольку там было имя – Милли, не пойти не мог, – признался герцог. – И я от всей души благодарен тебе, Сел, и за твою настойчивость, и за твою смелость. И верю, что Милли не станет сердиться… ведь это и есть самое главное в дружбе… не прятать от всех доверенные тайны, а использовать их на благо друзьям.

– Прости меня… – в глазах Сел стояли слёзы, – но я видела, как он мучается… и догадывалась о твоих страданиях, ведь я тебя наизусть знаю.

– Сел, – бросилась подруге в объятья Милли, – да я благодарить тебя всю жизнь должна… не знаю, сколько мы ещё были бы врозь, если бы Дорд не заявил, что все равно будет меня ждать.

– А вот я в этот раз всё прозевала, – прикладывая платочек к глазам, всхлипнула Тренна, – с этими шаманами совсем девочек из внимания выпустила.

– Я тоже, – пробормотал Гизелиус, нежно обнимая жену и давая себе клятву никогда не открывать ей правду, – а на Битар нам обязательно идти?

– Мы вернёмся сюда, – не догадавшись, что сейчас муж просто отвлекает её от грустных мыслей, пообещала Тренна и зачарованно выдохнула: – Шесть комнат… это надо же!