Метро 2033. Переход-2. На другой стороне - Наиль Выборнов

Нельсон стащил с лица треснувшую противогазную маску, от которой все равно не было никакого толка, и швырнул ее на пол, где валялся труп одноглазого ублюдка. В голове мелькнула мысль, что во второй раз он мочит лидера банды говнюков именно в этом переходе.

Возникло даже что-то, отдаленно напоминавшее чувство удовлетворения. В этот раз вопрос решен кардинально, гранату урод не уронит, в спину не выстрелит. Хотя, может быть, это было бы самым простым финалом.

Тогда не пришлось бы принимать еще один бой. А объяснять Карине, почему он не может пойти с ней – это тоже своего рода схватка, ничуть не легче той, в которой мародер только что одержал победу.

Нель прошел мимо валявшегося на бетонном полу автомата, даже не удостоив его взглядом. Для задуманного хватит и пистолета, тем более, что их у мародера два.

В носу свербело. Запахи крови, дерьма, разорванных кишок и сгоревшего пороха смешивались между собой. Но этот запах мародеру нравился, тем более, что сегодня это был тот самый дух победы, о котором с таким воодушевлением говорил подполковник Килгор.

Хотя у остальных эта вонь не вызывала такого опьяняющего чувства. Парень из-под мэрии, которому едва ли исполнилось восемнадцать, блевал, сидя на корточках. Нельсон равнодушно подумал, что его не могло бы вырвать, даже если бы он засунул два пальца в рот и надавил на корень языка. Уж слишком давно он не ел.

И слишком давно не было слышно ментала. Ни ехидных усмешек, ни советов по делу. И это было плохо, потому что означало, что слияние подходит к концу. А мародер даже не понимал, он управляет своим телом, или уже тварь.

Он поднял руку в перчатке и крепко ущипнул себя за мочку уха. Получилось плохо, потому что не ногтями, но прикосновение он почувствовал. Значит, пока что тело подчинялось мародеру.

Но все хуже и хуже. Дико хотелось спать.

Что-то такое мародер и предвидел. Что он заснет и уже не проснется, а тело его перейдет под контроль мерзкого порождения обезумевшей природы.

Нель поднялся по лестнице, покидая полуразрушенный переход, который стал братской могилой для пришедших в город военных и людей, пытавшихся защитить его. Хотя их наверняка похоронят, ведь кто-то остался в живых.

Мародер вышел на поверхность и понял, что никто никого хоронить не будет. Потому что слишком мало осталось защитников. Десятка три граждан Конфедерации, которые оказывали помощь раненым, да стоявший обособленно отряд жителей бункера. У них потери были не столь высокими, тем более, что не все еще успели собраться.

Мимо мародера прошел тот самый парень, что блевал. Он выглядел бледным, пошатывался, но, видимо, хотел быстрее дойти до своих. Настолько торопился, что даже забыл надеть противогаз, так и вышел.

А, может быть, боялся блевануть еще раз.

Нельсон наткнулся взглядом на желтые глаза, в которых невооруженным взглядом была видна надежда. Опустил взгляд чуть ниже и увидел, как девушка, заметив Нельсона, облегченно вздохнула. И не почувствовал абсолютно ничего.

Он увидел, как Карина уверенным шагом пошла к нему, на ходу распахивая руки для объятий, и как Илья и двое его подчиненных, что остались в живых, неслышными тенями двинулись следом. Посмотрел на блондина и понял, что тот помнит об уговоре и готов исполнить свою часть.

Последние метры, разделявшие их, Карина преодолела бегом, не удержалась. Крепко обняла Нельсона, уткнувшись стеклом противогаза ему в грудь, и прошептала:

– Столько людей погибло…

– Да, – ответил Нель пару секунд спустя, хотя их смерть и не вызывала в нем никаких эмоций.

– Но мы победили, – продолжила девушка. – И ты жив. И я больше никогда не отпущу тебя. Мы всегда будем вместе.

Нельсон прикоснулся к ее шлему рукой. Хотел бы погладить по волосам, но они были закрыты прорезиненной тканью защитного костюма. Но ведь он всегда мог сделать это мысленно.

Так мародер и сделал, и его затопило эмоциями Карины. Счастьем вперемешку с горечью потери, потому что многие из тех, кто погиб сегодня, были ее друзьями с самого детства, поддерживали ее и помогали.

И только в этот момент мародер все понял.

Ментал не испытывал эмоций. Именно они и интересовали его в людях, именно для этого мутанты и играли с проходящими мимо, ради забавы заставляя их переживать самые тяжелые моменты прошлого и убивать себя самыми жестокими способами.

Вселившись в Нельсона, тварь переняла от него что-то, научилась чувствовать ярость и даже какое-то время скорбела по своему брату. А потом испытывала восторг от мысли о грядущем превращении. Питалась эмоциями и воспоминаниями Неля, потихоньку подтачивая его, лишая человечности.

Ведь людей делает людьми именно возможность испытывать простые и привычные чувства: благодарность, скорбь, надежду, печаль, тоску, любовь и ненависть, ярость, боль утраты, радость, отвращение, влечение, страсть…

И все это время Нельсон жил, зубами цеплялся за жизнь, так как чувствовал, что все еще способен чувствовать.

А сейчас он потерял эту способность, превратившись в бездушную куклу, и чтобы испытывать что-то, ему приходилось даже красть эти эмоции у других. В этом и была сущность «высшего существа», как сам себя называл ментал.

– Нет, – проговорил мародер, разрывая связь с разумом Карины. – Мы не можем быть вместе.

Он оторвал от себя ее руки и сделал шаг назад. Кивнул Илье, который остановился в паре шагов от девушки, готовый в любой момент исполнить просьбу Неля.

Из глаз девушки брызнули слезы, губа задрожала. Она посмотрела в глаза мародера и протяжно проговорила:

– Почему?

Нель вздохнул.

– Помнишь, исламисты вели нас по мосту через Мелекеску? Мы еще оторвались от них, и ты не могла понять, как. Там, в церкви, жили два мутанта, они играли с путниками, будто с куклами, а потом убивали. Может быть, помнишь, что было, когда мы шли через тот мост в первый раз?