Самый главный приз - Вадим Панов

– Совершенно верно, – подтвердил Ярга. – Никаких проблем.

Все шло именно так, как хотел первый князь: с каждой секундой война между Орденом и Зеленым Домом становилась неизбежной.

– Франц поверил, что это мы похитили Дагни?

– Нет, но он попался на другую удочку: решил воспользоваться ситуацией, чтобы раздавить одного из конкурентов.

– Я была о де Гире лучшего мнения, – протянула Берегиня.

– Он настоящий политик и настоящий лидер своего народа, – скупо усмехнулся Ярга. – У тебя все готово?

– Будет готово, как только вы прикажете, заурд.

– Начинай потихоньку собирать отряды, Всеведа, – распорядился первый князь. – Полагаю, ближайшая ночь будет жаркой.

– Я поняла, – подтвердила Берегиня, после чего уточнила: – Дагни действительно похищена?

– Да.

– Мы этого не делали.

– Не имеет значения, – махнул рукой Ярга. – Я уже решил, как использую это обстоятельство в своих интересах.

– Уверена, что наилучшим образом.

– Разумеется… – Он помолчал, припомнил, что забыл предупредить зеленую помощницу о приезде Схинки, и продолжил: – И вот что: сегодня я пришлю кое-кого за «костюмами», хочу держать их ближе к себе.

– В Замке?

– Да.

Что означало: первый князь абсолютно уверен в своем положении в Ордене.

– Как вам будет угодно, заурд, – почтительно ответила ведьма.

///

Всеведа отключила телефон, откинулась на спинку кресла и некоторое время молча смотрела перед собой, то ли о чем-то думая, то ли отдыхая после разговора с заурдом. Глаза не закрывала, но было понятно, что Берегиня ничего перед собой не видит, а если и видит, то не приглядывается.

– Сложный разговор? – тихо спросила Ванда, когда Всеведа глубоко вздохнула и потерла переносицу, показав, что вернулась в реальность.

– Да, – подтвердила Берегиня. – Он сказал, что заберет фургон с «костюмами».

– Хорошая новость.

– Согласна.

После того как возле грузовика был пойман Копыто, ведьмы слегка нервничали, прикидывая, как деликатнее попросить первого князя забрать свое имущество из дворца. К счастью, Яронега не рассказала Всеведе и Ванде, что дерзкому уйбую удалось скрыться, прекрасно понимая, что это известие способно погрузить их в глубокую депрессию, и поэтому они ничего не предприняли, дожидаясь решения Ярги.

– А в остальном? – продолжила расспросы «секретная» воевода. – Все так, как мы думали?

– Он хочет разбить Людь об Орден, – ответила Берегиня, помолчала и добавила: – Вдребезги.

– Что будем делать? – еще тише поинтересовалась Ванда.

Всеведа едва заметно пожала плечами:

– К сожалению, сейчас мы понимаем одно: поступая так, как хочет Ярга, мы убиваем Великий Дом Людь. Но как все это остановить, я не знаю.

И мысленно прокляла свой патриотизм, который сумел пробить броню амбиций и заставил пойти против величайшего мага планеты; прокляла патриотизм, который напомнил старой ведьме, кем она является и… И скорее всего, убьет ее, потому что первому князю патриоты Великих Домов не нужны.

* * *

замок Septentrionalem draco

Швейцария, кантон Во,

8 июля, пятница, 14:24 (время местное)

Скука…

И ладно если бы только скука! Терезе Берди не раз и не два доводилось тратить свое драгоценное время на тоскливое ожидание в засаде или очереди, но ведьму выводил из себя тот факт, что Схинки поручил ей и ее магам охрану швейцарского особняка. Ей! После успешной атаки на логово людоедов! После того, как продемонстрировала заурду преданность и готовность выполнить любой приказ.

Ей поручили охрану особняка!

А чем сейчас занимается эта сука Гранни, неизвестно. Вполне возможно, для нее приготовлено какое-то очень важное дело, одно из тех, которые повлияют на ход истории и помогут заурду вернуть мировое господство. И тогда она, эта сука Гранни, гордо встанет у трона, с презрением глядя на некрасивую соперницу… Чем она занимается?! Неизвестность сводила Терезу с ума: она могла думать только о том, что Ярга мог поручить Гранни. Бесилась при мысли, что красивая юная стерва ухитрилась произвести на заурда и Схинки лучшее впечатление и ей поручили… Неважно, что ей поручили, но отнюдь не охрану особняка.

«Даже первый князь продвигает красивых кукол!»

Судьба сделала очередной кульбит, напомнив Берди, что жизнь полна несправедливости и боли, и настроение у Терезы испортилось так сильно, что она позволяла себе изредка срываться на Шеннона Луминара, епископа бернского клана масанов, возглавляющего охрану особняка.

А вот Шеннон, в свою очередь, был весьма доволен непыльной и хорошо оплачиваемой службой, прекрасно понимал, почему срывается «эта рехнувшаяся чела» – так он называл про себя ведьму, – и относился к истеричным выступлениям Берди с олимпийским спокойствием. В отличие от нее, Луминар давно растерял амбиции и даже в мечтах не видел себя стоящим около трона.

– Я правильно понимаю, что мы находимся в сверхсекретном убежище? – поинтересовалась Тереза, усаживаясь на диван в гостиной. Гостиных в особняке было четыре, эта называлась Панорамной, поскольку ее французское окно выходило на озеро, и больше всех нравилась ведьме. Возможно, еще и потому, что комната была выдержана в любимом Терезой белом цвете.

– Ты права, – подтвердил сидящий в тени Шеннон. Ему тоже нравилось бывать в этой гостиной, нравился открывающийся из окон вид, но вампир никогда не забывал об осторожности и не выходил под губительные солнечные лучи. И одевался днем Луминар только в плотную, наглухо застегнутую кожаную одежду, правда, в доме обходился без перчаток и мотоциклетного шлема.

– Об этом убежище никто не знает…

– Именно это и входит в понятие «сверхсекретное».

– И сколько раз сюда пытались пробраться агенты Великих Домов?

Вопрос мог бы вызвать недоумение у кого угодно, однако масан прекрасно понимал настроение ведьмы и остался спокоен.

– Тереза, как мы уже выяснили, понятие «сверхсекретное» означает, что об этом убежище никто не знает, – ответил Шеннон, небрежно просматривая пришедшее на смартфон сообщение. – Если бы Великие Дома пронюхали о замке, мы бы здесь не сидели.

И быстро настучал ответ.

– Сколько было попыток проникновения? – не унималась Берди.

– Однажды к нам приплыли пьяные мажоры.

– И все?

– Дважды, – уточнил масан, изучая ответное сообщение.

– Вижу, ты всего себя отдаешь службе, – язвительно произнесла ведьма.

– Здесь скучно, – усмехнулся Шеннон.