Призраки не умеют лгать - Анна Сокол

— Он всегда знал, где я. Знал, что поеду в Заславль. Эилоза сказала, он был тёмный, она сказала "нет власти большей, чем мы даём над собой сами". Я думала, это о бабушке. Я говорила эту фразу ей, когда он был рядом, когда он выволок меня из шкафа и поставил перед Ниррой.

Девушка задрожала и совершила ошибку. Он знал, что она её совершит, но не мог остановить.

— Лена!

Она предпочла не услышать. Она развернулась к Эми изящным сильным движением танцовщицы, оно не несло угрозы, только возмущение. Но женщина, увидев огонь в её глазах, отпрянула, на миг, на один удар сердца, она отпрянула от этого пламени.

И нажала на кнопку, конец шокера чуть-чуть сместился от движения, или Дмитрию хотелось видеть то, чего не было. Раздался сухой, показавшийся оглушительным треск, и Лена упала на землю. Взгляд, ещё секунду назад полный жизни, вдруг остановился в одной точке, голова откинулась назад, пальцы загребли снег и замерли.

— Ну, блин, — невпопад сказала Эми.

Дмитрий рванулся к ней, натягивая цепь. Дуло пистолета тут же упёрлось ему в лоб. На какое-то короткое безумное мгновение он почти решился, будь что будет, пусть стреляет, пусть пробует объяснить экспертам пулю в его голове.

— Демон, не надо, — Гош подался в противоположную сторону, стараясь оттащить Станина, — прошу.

— Правильно. Всем хочется прожить ещё несколько минут, — Эми стала отходить. Это выглядело почти как бегство, вооружённая женщина отступала от связанного мужчины.

— Какое тесное у вас сотрудничество, — раздался новый голос, заставивший Дмитрия скрипнуть зубами от злости.

Появившийся на участке Варанов неспешно приблизился и встал за спиной женщины.

— Не помешал? — он был одного роста со Станинным, чуть уже в плечах, но гибкая стройность танцора его не портила, скорее, наоборот. — У меня всё готово. Ты закончила?

— Да. Я с ними покончила, — она сделала очередной шаг назад, всё ещё удерживая Дмитрия на прицеле.

— Они приняли тебя в семью, — он посмотрел на Влада. — А ты убил их.

— Только этого не надо, — скривился тот. — Они сами виноваты, они позволили единственной дочери прозябать в Вороховке вместо того, чтобы вправить мозги и отправить в столицу.

— И тебя вместе с ней, — добавил Гош. — Вот и мотив.

— Точно, — Дмитрий повернул голову к помощнику, — сначала он хотел стать частью семьи в качестве мужа. Не вышло, но он не сдался. Уважаю, — Демон принципиально обращался только к Гошу. — Потом в качестве делового партнёра. Но и тут облом. Они отпустили девочку в свободное плавание и совсем не торопились поднимать связи. Заславль и громкая фамилия по-прежнему оставались мечтой.

— Вот я и исправил эту ошибку.

— Мы видели как, — он повернулся к Варанову. — Ты исключил их из уравнения, чтобы Нирра тут же забрала внучку к себе, а там бы и ты подтянулся.

— Не повезло тебе, карьерист, — Гош шевельнулся, — Нирра так не вовремя умерла.

— Ничего, он уже новый план воплощает в жизнь, такой же артистичный и такой же никчёмный, — псионник рассмеялся, — и опять за счёт женщины. Лена, Нирра, Эми… да вы, батенька, альфонс. Сам что-то можешь? Слабак… пфф…

Дмитрий согнулся, ловя ртом воздух — удар кулака Варанова пришёлся в живот.

— Это за тот допрос, — удовлетворённо сказал Влад и замахнулся снова. — А это за альфонса, — второй удар пришёлся в лицо, из разбитой губы потекла кровь. — Кто теперь слабак?

— Ты, — Демон сплюнул, — избивать связанного — верх мужественности.

— Не старайся, не развяжу.

— Хватит, — Эми указал на Лену. — Её должны найти не здесь.

Варанов присел, приподнял девушку за руки и перекинул через плечо. Но прежде чем отойти, он чуть подался к специалисту и прошептал:

— Я был у неё первым.

— Все мужики придурки, — Эми закатила глаза. — Пошли, у нас мало времени.

— Точно, только она этого даже не запомнила, — улыбнулся Дмитрий.

— Можешь утешать себя этим оставшееся время, — Влад отвернулся.

Псионник за его спиной выпрямился, все слова и даже удары не имели значения. У висящей вниз головой девушки едва заметно трепетали веки. Желая поторопить Лену, Эми уменьшила мощность шокера. Алленария жива, с остальным он справится.

За спиной звякнула цепь, помощник переступил с ноги на ногу. Ни одна дверь ни одного дома не открылась. Они могли рассчитывать лишь на себя.

— И что теперь? — устало спросил Гош, когда Эми и Влад свернули за угол дома и скрылись из видимости.

— Можем по кругу побегать, как приличные собачки, — отозвался Дмитрий и снова сплюнул, кровь окрасила снег в красный цвет.

— Ключ от наручников есть?

— Конечно, в правом кармане, там же, где и костяшка с привязкой, — парень облегчённо выдохнул. — Зачем, по-твоему, я языком чесал? Всё, что угодно, чтобы наша специалистка по трупам про него не вспомнила.

Мужчины встали спина к спине, помощник потянулся руками к карману Демона, но не достал.

— Руки вперёд перетащить сможешь? — спросил парень.

— Да, но тебе придётся сесть на землю и потерпеть пока я потопчусь по твоим.

— Всё, что угодно, для нашего специалиста по наручникам, — передразнил его Гош и сел в снег.

Демон чуть не упал следом, расстояния между руками едва хватало для маневра.

— Быстрее, — попросил парень, — у них Лена.

А вот об этом ты мог бы и не говорить.

Дмитрий сел рядом на собственные руки. И стал протаскивать их сперва через зад, а потом, упав на бок, через ноги. Гош пару раз хмыкнул, когда наручники до боли врезались в запястья. Цепь перекрутилась, укоротив связывающий браслеты отрезок вдвое. Ржавый замок приподнялся, оставив на раскисшем снегу широкий след.

Демон тут же встал на одно колено, его руки всё ещё были скованы, но скованы уже спереди. Теперь Станин находился лицом к спине помощника.

Первый делом Дмитрий достал и закинул в голые ветви кустов осколок кости, и уже потом взялся за ключ. Маленький, он смотрелся игрушкой в его ладонях. Замок едва слышно щёлкнул, один раз, второй, и Демон растёр освободившиеся запястья.

— Твоя очередь, — он хлопнул друга по плечу.

Тот оглянулся неловким ломаным движением больного человека. Или не человека.

— Привет, тётушка, — сказал псионник за миг до того, как одержимый бросился на него.

Парень без всяких изысков толкнул Демона всем телом в неловкой пародии на атаку. Лицо Гоша гротескно кривилось. Ключ упал на взрытый ботинками снег. Станин ударился о металлический столб, схватился за него рукой, остановив собственное падение, лицо замерло сантиметрах в десяти от верхушки железного штыря. Сразу вспомнилась Нирра и её голова, насаженная на штырь, как бабочка на булавку.