Некромант-самоучка, или Форменное безобразие - Мари Ардмир

Прекрасное решение, простое и абсолютно умиротворяющее. И мне настолько спокойно и хорошо, что я не особо печалюсь о том, что ко мне на помощь никто не спешит, ни Нваг-нваг, ни Дао-дво И если молчание второго меня полностью устраивало, то беспечность первого чуток тревожила. Ведь только что на территории вверенной ему академии было совершено покушение. Не будь рядом Кудряшки учебное заведение лишилось бы кадета, смертники слушателя, Бруг целителя и надежду на спасение, Гер фиктивной занозы пониже спины, кука своего дарителя, а родители средней дочери.

От одной лишь этой мысли должно быть страшно, а мне не очень, или совсем чуть-чуть.

— Олли, а почему дух-хранитель не отреагировал на вспышку Графа?

— Это условия нашей семьи. Палата, как и комнаты не просматриваются Нваг-нваг Севойем. — Пожала она плечами, коротко постучала в нужную нам дверь и с разрешения вошла. — Добрый день, профессор Крохен.

Удивительно, но полусогнутый стоящий у окна магистр при виде нее побелел сильнее, чем оборотень-дракон, и теперь белый халат на его фоне смотрелся более живым, чем наш преподаватель.

— Кадет Крэббас, что вы тут делаете? — просипел он не своим голосом.

Нам были не рады. Кудряшка насупилась и остановилась, а я незамедлительно вышла из-за ее спины и вручила больному уже свой гостинчик в корзинке.

— Пришли чтобы навестить вас!

Но мои слова нисколько его не успокоили, а наоборот, напугали до потери сознания.

— Что с ним? — забеспокоилась Олли, когда профессор, не выпуская корзинки из рук, по стеночке сполз на пол.

— Рецедив, — резюмировала я и прицыкнула, с прищуром взирая на то, как Крохен становится мертвенно синим. — Иллюзион даже не расстоянии тянет силы.

— Кошмар какой! — воскликнула она, спешно набирая на браслете, код для вызова целителей. — Риска четыре, команда двадцать два! Ой, двадцать девять… Нет, не то! Кудряшка перепугалась не на шутку, несколько раз проговаривая свои действия, нажимала не то, а затем и вовсе свой браслет сломала пополам и попросила мой. А мне ее паника лишь на руку.

Пока она вертелась из стороны в сторону и, выдыхая пламенем, на помощь звала, я обрубила связь-лучину паразита с носителем и послала неприятный подарочек иллюзиону. Нежить откликнулся не сразу, а судя по силе и чистоте ответной волны, он не особо испугался моего вторжения и находился сейчас где-то в подвале.

— Не одна связь, значит. Ну-ну, посмотрим кто кого.

— Что ты сказала? — откликнулась взволнованная Олли и наконецто набрала нужный код.

— Ничего, — ответила сухо и улыбнулась, едва нащупала поисковым заклинанием некроманта еще одну паразитическую связь, затем вторую, третью и… Мамочки! Неужели наши целители из десяти лучин оборвали лишь одну?!

Изумилась я, по всей видимости, вслух, потому что мне с фырканьем ответила Крэббас:

— Так и есть, это обычная практика работы с иллюзионом. Пусть он и крупный монстр, но все же паразит.

— А ты откуда знаешь?

— Интересовалась, — буркнула она и потупилась. — Хотела знать не сильно ли я магистру навредила.

— О, как хорошо, что не я одна за него волновалась! Если так, то не все потеряно для Тугго.

— Что ты сказала? — вскинулась оборотница.

— Ничего, — заверила невинно и, рванув на себя сеть некроманта, оборвала все лучины. Стол и кресло пошатнулись, стекла завибрировали, громогласный рев донесся из глубин здания, а вслед за ним предсмертный писк, и уже с пола палаты раздался полный боли тихий стон.

— Божечки мои! — воскликнула Олли точь-в-точь, как это делает кука, и, обернувшись драконом, вылетела за помощью в коридор.

Вот так единым махом я осталась без свидетеля наедине с больным и даже не сразу поверила своему счастью. А дальше, секунда на освобождение руки из перчатки, вторая на прикосновение к волосам профессора и еще столько же на простую формулу восстановления.

— Тамати Анти а-то Теи.

В следующее мгновение профессор Крохен очнулся и, бросив гостинец, отскочил от меня к противоположной стене. Почти одновременно с этим дверь в коридор открылась и все застывшие за ней лицезрели, как я, негодуя, собираю провизию в корзинку и поднимаюсь с колен, незаметно пряча оброненную перчатку.

Ситуацию следовало хоть как-то объяснить и я ничего лучше не нашла, как разыграть из себя девицу недалекую.

— Если вам так не нравятся булочки с вишней, могли бы прямо сказать, а не швыряться!

— А я не…? — запинаясь вопросил магистр.

— Нет, не сказали. Булочки увидели и сознание потеряли, а едва очнулись так сразу в сторону!

— Булочки? С ягодами? Неожиданно… — послышалось из коридора, но мы с ним на зрителей внимания не обращаем. Я хмурая, сопящая, он все еще бледный, чуток трясущийся.

— Я… я люблю вишню, — попытался Крохен меня успокоить. И совершенно зря, мне же со сцены нужно уйти красиво.

— А по вам не скажешь! — Обожгла сердитым взглядом, плечи расправила и гордо удалилась сквозь строй удивленных целителей и некромантов преподавателей, явившихся на помощь. Уже в коридоре надела перчатку, нашла перепуганную Крэббас и громко ей сообщила:

— Представляешь, это он так всполошился из-за гостинчика! — Показательно корзинкой в своей руке встряхнула. — Не понравился…

— Ч-что? — глаза Олли стали в два раза больше.

— Да-да, сама удивлена. — И взяв под локоток, повела ее к лестнице.

Пусть теперь все думают, что Крохен от связей паразита избавился сам, испугался сдобы и одним махом все лучины отсек.

Правда в этом случае будет сложно объяснить, отчего же монстр издох. Но я уверена, их фантазия справится и с этим.