Разбег в неизвестность - Павел Дмитриев

Что до более глобальных перемен, то ясно виделось одно – нормальной частной собственностью даже не пахло. Вышли небольшие послабления артелям и частникам, оживились портные, скорняки и прочие изготовители обуви. Не обошлось без кавказцев, вытащивших лотки с яблоками и цветами с рынков на улицы и безуспешно пытающихся конкурировать с накачанной импортом госторговлей. Но все это делалось как-то вяло, испуганно, можно сказать, украдкой. Никакого сравнения с разгулом девяностых, когда по улицам выстраивались ряды спекулянтов на десятки кварталов. Впрочем, тут статью[398]за перепродажу никто не отменял, попробуй продай что-то без договора на реализацию или без глубокой переработки.

Надеюсь, на этом процесс не остановится. По крайней мере, по МЭПу ходили упорные слухи о серьезной экономической реформе, вспоминали о необходимости скорейшего перехода на хозрасчет, пугали какой-то хозяйственной арендой и прочими интересными вещами. Но конкретики пока не было, и я не сомневался в причине этого. Мои записки о будущем пострашнее атомной бомбы, после их изучения Шелепину и Косыгину надо сначала в себе разобраться, потом в партии и лишь затем об экономике думать. Одним годом тут никак не обойтись…

– Чего притих? – Игривый толчок локтем в район перегруженной шампанским печени мгновенно вывел меня из состояния задумчивости. Но Катя на этом не остановилась, наклонившись ближе к уху, она выдохнула: – Пойдем!

– Зачем? – Кажется, я успел малость задремать на удобном стуле, не помешало даже идиотское хоровое пение под баян. – Тут хорошо, глянь, ребята все еще танцуют.

– Хватит спать, через пару часов утро! – нахмурила брови жена. – Надо идти домой, Надюшку кормить. А я выпила шампанского! И вина!

– Точно! – спохватился я.

Вспоминал прошедший год, но про дочку-то забыл, идиот-трудоголик! За полгода привык, как будто она была у нас с Катей всегда, во всех временах и пространствах. В душе родилась теплая волна любви и привязанности, сразу вспомнил уже умные и, кажется, все понимающие глазки… Приду и расцелую!

– Ну и что, пусть у нашей Надежды тоже праздник будет, – засмеялся я. – Заснет крепче.

– Вот я и говорю! – Катя дотянулась до бокала, допила глоток странной, но вполне приличной белой шипучки «Яблучний напiй» и уперлась в меня маслянисто блеснувшими, чуть шальными глазами. – Вставай наконец!

– Неужели ты… – Я начал догадываться, но не успел закончить фразу.

– Да, сколько можно тупить? Хочу я тебя, понял?! Так что пошли, и не вздумай пикнуть, откручу… Не только голову, все оторву!

– Опять начиталась чего-то, – проворчал я для виду. – Хотя идея хорошая… Погоди, не тут! – Не принято в шестидесятых целоваться прямо за праздничным столом. – Не на свадьбе!

…Внутри скудно освещенного машзала ТЭЦ было полно укромных уголков. И, черт возьми, кто сказал, что девушки плохо смотрятся на фоне гудящих трубопроводов, а слегка вибрирующие стальные конструкции предоставляют мало вариантов для фантазий?! Это обман, в жизни всегда можно найти место для романтики! Хорошо, что в шестидесятых нам не грозит опасность в одночасье стать звездами youtube, системы скрытого видеонаблюдения тут не успели войти в моду…