Начало пути - Николай Марчук

– Здорово! – радостно выдохнул мне в лицо здоровенный мужик с окладистой бородой и пышной шевелюрой. – Спишь, что ли?

– Вы дверью ошиблись, – раздраженно проворчал я. – Здесь все занято.

– Не звизди! – категорично заявил незнакомец. – Ты Люське «косарь» дал, чтобы она к тебе никого не подселяла.

– Ну и чего тогда она решила подселить? – недоуменно спросил я.

– Дык, я ей тоже косарь дал, чтобы она мне подогнала кого-нибудь из новеньких кто один едет.

– Зачем? – снова спросил я, совершенно не поняв логики рассуждения бородатого визитера.

– Ну, как, – по-хозяйски оглядел нутро модуля, здоровяк. – Ты оттуда, а я туда. У тебя бухло, а у меня закусь и рассказы о том мире. Зрозумыв?

– Да, – ошарашено ответил я. Не понимая, как это произошло: еще вчера ночью я искал источник информации, а уже сегодня этот источник сам пришел ко мне. – А как ты узнал, что у меня есть выпивка. Кстати, меня зовут Женя.

– Колян! – здоровенная ладонь, больше похожая по размеру на штык лопаты, что тиками сжала мою руку. – Сам такой был, – веско ответил он. – Да и у вахтерши на этот счет глаз наметан, ты ж не просто так уединиться захотел, а чтобы по-бухать. Думаешь, не знаю, что тебе, капец как сейчас страшно? Но, ты не боись, там жить можно! Ты, меня тоже пойми, меня жена в дорогу собирает и, конечно же, шерстит сумку перед выходом как та овчарка на границе, а когда на базу попаду за товаром, там расслабляться некогда, время то тикает, каждая минута дорога, лишка в старом мире задержишься, потом домой вернешься будешь пластом неделю лежать, отходняк ловить. Ну, а дома жена. Сам понимаешь. Так, что встретить такого же брата как ты – это единственный шанс малехо расслабиться.

Достал из рюкзака бутылку водки, плитку шоколада, разложил на столе.

– А, чё только один флакон?

– Водки – один, есть еще коньяк. Будешь?

– А ты сам чего будешь?

– Да, я особо и не хочу. Таблетки принимаю. Чисто компанию поддержу, послушаю, чего там у вас интересного, а то еду, не зная куда.

– Рак, что ли? Понимаю, но ты не переживай, как только попадешь на ту сторону, так считай, что вылечился. Стаканы, то есть? – деловито спросил Николай, распаковывая «дорожную снедь». – Мне водки.

Я вытащил из рюкзака крышку-стакан от термоса и железную кружку, купленную в военторге. Колян тем временем распластал ножом хлеб, кольцо домашней колбасы, поставил пластиковый торбазок с варенной в мундирах картошкой и яйцами вкрутую.

– Ну, погнали! – выдал короткий тост Колян, опрокидывая в себя водку. – Уфф! Хорошо! Ну, слушай…

Пространственная аномалия на севере Урала появилась относительно недавно – двенадцать лет назад, вернее не так, появилась она давно, но раньше люди туда «проваливались» хаотично и не системно. К примеру, идет себе человек по лесу, никого не трогает, сядет на пенек, чтобы съесть пирожок, встанет, а вокруг уже другой пейзаж, другой мир. Аномалия периодически «дышала» раздвигая свои границы на несколько километров вокруг, поглощая в себя всех, кто попадал в зону действия «выдоха». А двенадцать лет назад аномалия раззявила пасть и так её и не закрыла, образовался стабильный портал в иной мир. Переход сразу же взяли под свой контроль некие мутные «вежливые люди», которые были связаны то ли со спецслужбами, то ли с гос. корпорациями, то ли с чертом лысым или хрен знает, вообще с кем.

Физические характеристики, были там такие же, как и здесь, только климат несколько мягче и времена года более растянуты во времени, так осень и весна длились около пяти месяцев, а лето и зима, так же как и у нас – по три месяца. Получалось, что годы был длиннее нашего в полтора раза. Природа немного богаче, чем на Урале, большее разнообразие животного и растительного мира, полезные ископаемые, хоть и в скудном ассортименте, но зато залегали так близко, что хоть детским совочком греби. Потом выяснились еще некоторые особенности Нового мира, среди них – полное исцеление от онкологических заболеваний, в какой бы стадии не был у больного рак. Онкобольной за считанные дни полностью исцелялся после перехода через грань между мирами. Правда, у этой стороны была и обратная сторона – если исцелившийся от рака решал вернуться обратно в старый мир, то он буквально «сгорал» за несколько дней, внешне это очень было похоже на тяжелую форму лучевой болезни. Те, кто в старом мире не болел раком, тоже не могли обратно в него вернуться, их ждала та же участь – «лучевая болезнь», единственное отличие, что протекала она медленнее: 2–3 недели, поэтому они могли рассчитывать на кратковременные поездки в старый мир, например, за товаром, как «челноки» в 90-ых. Именно такими «челночными» поездками Николай и зарабатывал себе на жизнь.

В административном плане Новый мир был представлен пока слабо: сравнительно крупный, по местным меркам, городок для богатеев – беженцев Новая Москва, два крупных поселения при въезде в Новый мир (один возле транспортного терминала, второй – возле пассажирских ворот), ну и россыпь вахтовых поселков, деревушек и хуторов. Еще несколько крупных образований были в горах, там, где располагались рудники по добычи полезных ископаемых. Здесь гражданская жизнь только начинала развиваться. С самого начала планировалось лишь «снимать сливки и пенки», но потом выяснилось, что народ все прибывает и прибывает, появилось целая очередь из желающих излечиться от рака, многие готовы были заплатить за это большие деньги. Те, кто попадал в этот мир, желали комфорта и обустроенных домов и новых целей в жизни.

Открытие потайного пространственного кармана, произошло благодаря неизвестной науке энергии, а может и известной, только тщательно скрываемой от мировой общественности, ведь с одной стороны в современном мире нельзя ничего утаить. Ведь есть вездесущий Интернет, а с другой стороны этот великий Интернет превратился в такую помойку, что его содержимое надо по триста тысяч раз проверять и то наверняка ошибешься.

Новый мир оказался весьма выгодным во многих отношениях. Во – первых, был богат на редкие и дорогие полезные ископаемые: руды, древесину, редкоземельные металлы, были даже такие, которых на старой земле общее количество, исчислялось столовыми ложками, а тут, чуть ли не совковой лопатой греби. Во-вторых, не было международных конвенций, соглашений, договоров и прочего Гринписа, мешавшего корпорации добывать ресурсы так, как ей хочется, то есть до донышка и без остатка, плюя на сохранность природы. Ну, и в – третьих, это вишенка на этом десяти ярусном торте из толстенных бисквитных коржей, покрытых вкуснейшей шоколадно-ванильной глазурью с розами из марципана. И вишенка эта, не просто заспиртованная малютка, предназначенная для коктейлей и кондитерских изделий, нет – целый, арбуз, какой-то: это отсутствие налогов, акцизных, пошлинных взносов, на подобии государственных. В этом мире, «переход» и соответственно, весь товаропоток между мирами контролировался советом корпораций, доли между которыми были поделены еще в самом начале их образования. И пока всех все устраивало, ибо мир был молод и аппетиты акул капитализма еще держались в пределах разума.