Halo. Разорванный круг - Джон Ширли

Да. Это был В’орник, он полетел к Ц’тензу и принялся его развязывать.

– Ц’тенз… – пробормотал Бал’Тол.

– Судя по результатам моего сканирования, тот, кто зовется Ц’тенз, нуждается в медицинской помощи, – заметил Несокрушимый Уклон. – Немедленно. Как и вы. Прошу вас, следуйте за мной. – (Бал’Тол обнаружил, что его тело аккуратно движется в пространстве, словно на буксире.) – У вас есть два очень способных сородича – Кселк и В’орник, кайдон, – говорил на лету Несокрушимый Уклон, а Бал’Тол слушал его, перемещаемый тяговым полем. – Они стали сотрудничать, когда поняли, что этому нет никакой разумной альтернативы. Именно в такой ситуации и следует идти на оправданный риск. Кселк по совету В’орника позволил войти сан’шайуум – как интересно было с ним познакомиться! – и трем сангхейли, а еще хурагоку, они все с корабля, прилетевшего из другой системы, и я с удовольствием принял услуги хурагока. Он необыкновенно талантлив. Прекрасное творение биоинженерии. Он быстро привел меня в порядок. Я, видите ли, довольно хорошо знал Уссу ‘Кселлуса и абсолютно уверен в том, чего он хотел бы от меня сейчас…

– Усса ‘Кселлус…

– Да. Насколько я понимаю, он ваш предок. Меня очень интересуют подробности сложившейся здесь культуры. Я слушал и слышал немало на сей счет, но у меня много вопросов.

Они подошли к выходному люку из бойцовского зала, и Бал’Тол увидел, что кто-то блокирует выход. Жрец ‘Кинсы.

Жрец быстро содрал с себя защитные доспехи, отбросил их в сторону и опустился на колени – вернее, повис в воздухе в коленопреклоненном положении.

– О посланец солнца и луны Предтеч! О Летающий Голос! Сколько раз ходил я мимо твоей сохранявшейся оболочки, предполагая, что внутри ничего нет, не зная, что ты только выжидаешь подходящее время! Я сомневался и последовал за ‘Кинсой! Прости меня, о посланец богов! Я чистосердечно раскаиваюсь!

– Безусловно, – беспечно ответил Несокрушимый Уклон. – Вы прощены и полностью заслужили искупление, если так решит кайдон. А теперь, пожалуйста, отойдите в сторону. Я хочу доставить кайдона туда, где ему окажут медицинскую помощь.

Убежище, Уссанская колония

Секция номер пять

2553 г. н. э.

Девятый Век Восстановления

Они сидели в довольно ветхом, но все еще рабочем межсекционном шаттле, Зо Рескен смотрел в передний иллюминатор – шаттл неторопливо приближался к воздушному шлюзу. Г’торик и Тул находились на пассажирской палубе с вооруженным сопровождением, хурагоком и, как это ни удивительно, оракулом по имени Несокрушимый Уклон.

Вел шаттл Кселк, он сидел слева от Зо и действовал плавными выверенными движениями. Он посмотрел на Зо. Его взгляд замер на том, что было для него чуждой формой.

– Зо Рескен, я опасаюсь, что даже Несокрушимый Уклон не сможет проникнуть в пятую секцию.

Зараженный скептицизмом Кселка, Зо тоже сомневался, что оракул сможет ослабить отталкивающий щит и открыть воздушный шлюз пятой секции.

Но подлетевший к ним Несокрушимый Уклон сказал:

– Я интегрирован в программное обеспечение колонии даже в ее сегодняшней форме. Каждая система имеет обходное решение, которое я сам и предусмотрел. И я сейчас могу его реализовать. Например…

Мигающий щит над воздушным шлюзом исчез, ворота разгерметизировались и открылись.

Кселк, бормотавший что-то неразборчиво, но с почтением в голосе, аккуратно завел маленький корабль в ангар. Ворота снова закрылись; в ангар закачался воздух.

– И что теперь? – спросил Зо. – Разве не высока вероятность того, что они по-прежнему мятежники, хотя их вождь и мертв? И некоторые могут не захотеть отдавать захваченную территорию. Уверяю вас, мы встретим здесь сопротивление.

– Да, это вероятно, – сказал Кселк. – И существует опасность заразиться Кровавым недугом. Но… сначала мы пошлем туда наших стражников и посланника бога. Хурагока, пока в этом не возникнет нужды, мы будем держать в шаттле – зачем подвергать что-то столь ценное опасности?

«Что-то столь ценное! Какая недооценка!» – подумал Зо.

Несокрушимый Уклон был бесценным – живой реликт Предтеч. Кто знал, какие тайны он хранит в банке информации?

А сама колония! Каждая секция являла собой великолепный артефакт Предтеч. Да, время и потребление оставили на этих вещах следы. Воздух здесь стоял терпкий и спертый. Стены нередко были грязны. Но в этих расцарапанных и заляпанных стенах в целости и невредимости сохранилась субмолекулярная машинерия Предтеч. Несомненно, уссанисты не открыли все потенциалы того, что попало в их распоряжение, – мощи и ортогенеза, энергии и скрытых возможностей, неиспользованных, но сохранившихся в этих панелях.

Во многих местах, подумал Зо, собственные инновации сангхейли были некой разновидностью технологического налета на конструкции Предтеч: центр управления с мониторами, скафандры, сельскохозяйственные системы экоуровня – все это добавили уссанисты. Но даже их скромная инновационная деятельность казалась очаровательной, искусительной для души Зо-историка. Эта новая, особенная субкультура сангхейли могла дать основания для сотни научных трудов.

Что бы подумал предок Зо, пророк внутреннего убеждения, если бы увидел все это? Он бы наверняка порадовался – тут объектов для изучения хватило бы на много жизней. А у Зо Рескена была только одна жизнь.

Если бы он мог поделиться этим с другим сан’шайуум, рассказать детям, чтобы они передали дальше. Но он остался один.

От этой мысли боль уколола его в сердце, и он заставил себя сосредоточиться на проблеме, которая стояла перед ним. Они должны были войти в эту секцию, подавить оставшееся сопротивление и попытаться спасти умирающую колонию всеми имеющимися у них средствами.

Несколько минут спустя Зо, Г’торик, Тул и Кселк – с тяжеловооруженными стражниками и Несокрушимым Уклоном впереди – пересекли открытое пространство небольшого ангара и прошли в две двери. Во всей колонии осталось только четыре гранатомета в рабочем состоянии. Обычно они хранились под замком в небольшой оружейной комнате, которую почти не отпирали. Бал’Тол дал разрешение выдать два гранатомета с девятью выстрелами в каждом. А всего в Убежище оставалось тридцать снарядов, и большинство уссанистов никогда не видели этого оружия.

Двое вооруженных сангхейлийских стражников вошли в главный коридор прежде колонны уссанистов, они привели гранатометы в боевое положение, и в этот миг в них из приоткрытых дверей полетели болты механикетов – снаряды сжег в воздухе Несокрушимый Уклон.

Несколько неровных пульсаций из допотопной плазменной винтовки прошли мимо уссанистов.

Стражники, горящие желанием использовать новообретенное оружие, выстрелили в двери из гранатометов. Неожиданно появились сдвоенные шаровые молнии и расширились, напугав самих стражников. Горящие враги полетели по воздуху, на палубу они упали уже мертвыми.