Patrial of Girronia: Начало неизбежного - Артем Кириллов

Судя по дате, которая была выплавлена на входных дверях, эта станция была опечатана около тридцати лет назад.

– Думаю мы ничего здесь не найдем, – сказала Клемия.

– Планета не была показана на карте, а станция здесь опечатана. По-моему, тут явно храниться что-то интересное.

– Тут явно дано понять, что сюда входить нельзя, – нравоучительно сказала Клемия.

– Да брось, я не прощу себе, если не загляну сюда.

Притащив с корабля инструменты, я принялся вскрывать дверь. Клемия стояла около меня и внимательно наблюдала.

– Как ты думаешь, все ли добрались до Зейдена? – спросила она.

– Надеюсь на это. Правда не знаю как отреагирует начальство, на выходку генерал-лейтенанта и как это нас коснется.

Неожиданно двери все-таки поддались и я в ручную раздвинул их. Взяв по фонарику, чтобы не тратить энергию нашей брони, мы пошли внутрь.

– Главное – держимся вместе и не разделяемся, а то так обычно все фильмы ужасов начинаются, – сказал я.

– Хах! Вам страшно, лейтенант Кирэго? – игриво спросила Клемия.

– Нет, просто бегать по всей станции, в поисках вопящей наларли, я бы не хотел.

– Хорошего вы обо мне мнения… – с наигранной обидой ответила Клемия, на миг остановившись.

– Ну ты же не солдат.

– А кто я по твоему?

– Врач. Очень хороший врач…

– И все? – спросила она, в надежде услышать какой-то другой ответ.

– Ну… Нет… – ответил я, не зная какие подобрать слова.

– А что тогда?

– Я не знаю как тебе это сказать… – признался я.

По правде говоря мне нужно было сказать, как она мне дорога. Что я к ней чувствовал с самой первой встречи. Но Дестиноры, фронт и галльские лагеря отбили у меня все желание к подобным разговорам. Я хотел, чтобы мы поскорее нашли путь домой и Клемия была в безопасности. Помимо этого я боялся отказа, уж проще второй раз выйти на арену Коленегиума, чем услышать: "нет". "Вдруг я для нее просто друг?" – думал я, шагая впереди.

Клемия ничего не ответила, а когда я обернулся, то вновь увидел ее сияющие фиолетовые глаза. Они излучали манящий взгляд, который заставлял таять. Не отрывая своего взора, я остановился и открыл стеклянную вставку своего шлема.

– Что-то случилось? – взволнованно прошептала Клемия.

– Нет, все в порядке, – ответил я и сделал шаг на встречу. – Я хотел сказать, что…

– Что ты хотел сказать?

– Я хотел сказать, что люблю тебя…

– Серьезно? – спросила она, будто ожидала чего-то большего. – Прости, но для меня ты просто друг…

– О чем задумался? – спросила Клемия, прогнав прочь мои страшные представления о признании.

Поняв, что это были всего-лишь мои собственные мысли, я тихо вздохнул.

– Да так, вспомнил лагерь.

Все стены, полы и потолки коридоров были покрыты ветвистыми растениями, они пробивались из-под ржавого металла и распространялись на большие расстояния – планета медленно пожирала это здание. Любопытно было рассматривать разные консоли или продуктовые автоматы, которыми когда-то пользовались, а теперь они никому не были нужны, кроме причудливых черных цветов, которые росли прямо из шоколадных батончиков. Пройдя несколько метров, мы пришли к развилке, осветив все лучами фонариков и, не найдя на стенах указателей, я спросил:

– Куда пойдем?

– Не знаю. Может… – не успела Клемия договорить, как вдруг послышался грохот в коридоре, справа от нас. Клемия вскрикнула и наставила оружие с фонариком в тот проход. Вздрогнув от неожиданного крика, я посмотрел на нее и сказал:

– Что ж ты так кричишь? Здание просто очень старое, вот и разваливается. Ничего тут страшного нет, – объяснил я.

Клемия посмотрела на меня и в ответ недовольно поджала губы.

– Пойдем туда, – я указал фонарем на левый коридор.

Пройдя некоторое расстояние вперед, мой фонарь на миг заклинило, после чего он погас. Внезапно я услышал, шуршание на моем шлеме, а затем что-то коснулось моего лица, что-то членистоногое. Вздрогнув от неприязни, я сразу начал смахивать с головы это существо, от чего мой фонарь упал. Тварь не желала отступать и снова возвращалась ко мне на голову. Вдруг ко мне спокойно подошла Клемия и отодвинула от меня тоненькие корни какого-то растения.

– Здание просто очень старое. Ничего тут страшного нет, – передразнила меня она и пошла вперед.

В конце прохода нас ожидала лестница, которая вела вниз, вдоль стены большого зала, тускло освещенного лучами, пробивающимися через трещины в потолке и стенах. Само помещение напоминало ангар для космических кораблей. Когда мы спустились, то с помощью фонариков разглядели огромные ряды из колб, зрелище оказалось не из приятных, так как в них находились люди. Все они были ужасно изуродованы и облеплены какими-то приборами и датчиками, которые давно уже не работали; колбы были наполнены темно-зеленой жидкостью, видимо предохраняющей тела от гниения. Лица умерших показывали неимоверные муки перед их кончиной, их тела были худые, а кожа серо-зеленого цвета или это был такой раствор, или стекло было таким – непонятно. Среди этих мучеников находились все виды рас, даже те которые я впервые видел, или возможно что-то изменило простого микандра или человека до такого состояния…

После рядов с колбами, в следующем отсеке, пошли операционные столы. На некоторых лежали скелеты, у большинства были сломаны кости ребер и рук, у пары был раздроблен череп; один скелет был привязан к столу. На маленьких стальных тумбочках лежали хирургические инструменты, на которых была засохшая кровь.

– Неужели их всех оперировали под одной крышей? – спросил я, оглядываясь по сторонам. – Я имею ввиду: а как же бактерии и вирусы? Во время операции…

Клемия, поняв мой вопрос сразу ответила:

– Нет конечно. Видишь около каждого стола есть такая маленькая платформа?