Дарвиния - Роберт Чарльз Уилсон

Гилфорд закрыл и вновь открыл глаза. Звезды, на которые он смотрел, сменились истрескавшимися каменными глыбами.

«Запах, – подумал он. – Едкий. Как растворитель. Как что-то непоправимо скверное». Впереди, там, где туман на мгновение рассеялся, блеснули туловище и острые когти врага.

– Не высовывайся, – прошептал Том Комптон. – Мы слишком близко к куполу, чтобы рисковать.

Десять тысяч лет назад, что по меркам онтосферы сравнительно недавно, демонов связали и заточили в Колодце.

Их земными воплощениями-аватарами были животные. Пси-жизнь вмонтировала в их ДНК опасный код, но они не представляли непосредственной угрозы Архиву, если не были одержимы богами. Гилфорд сражался с ними в ипостаси бога, незримый и могущественный, как ветер.

Они появлялись из Колодца, наделенные точно такими же сверхсильными телами, и одержимые демонами люди, охранявшие Колодец, подчинялись той же самой монистической логике: их человеческие тела капитулировали перед чуждой генетической программой.

Это происходило быстрее, чем рассчитывали демоны. Свежие пакеты Тьюринга нарушили все их планы. Демоны стали жертвой собственной несвоевременной метаморфозы.

Но спасительный шанс будет упущен, если какое-нибудь мыслесемя не доставит своего бога в недра колодца.

Гилфорд Лоу чувствовал страх смертного Гилфорда, ведь это был его собственный страх. Ему было жалко свою маленькую копию – она, о том не ведая, превратилась в ось, вокруг которой вращался мир.

«Не трусь, братишка».

Эта мысль заметалась между Гилфордом и Гилфордом, точно луч света между дефектными зеркалами.

Одержимые демонами люди – даже те, кто зашел в своем преображении столь далеко, что уже не мог держать в руках оружие, – все равно были смертельно опасны. Весь израненный, Гилфорд ощущал, какая прорва энергии тратится на поддержание жизни в нем.

Канонада на западе стихала. Боеприпасы на исходе, подумал Гилфорд. Осталось только драться врукопашную.

Тогда, зимой, с ним были Том и Салливан, в морозном воздухе звучали человеческие голоса и заунывный лай меховых змей, а землю укрывало мягкое снежное одеяло. В своем блаженном неведении они еще верили в разумный и логичный мир, и Город вызывал совершенно иные ощущения.

Гилфорд с грустью подумал о Салливане, пытавшемся понять смысл чуда Дарвинии… которое оказалось никаким не чудом, а технологией такого запредельного уровня сложности, что ни одному человеку не под силу постичь ее смысл. Но Салливану уж точно не понравился бы этот населенный демонами мир, как и Престону Финчу: здесь нет места ни ученым скептикам, ни религиозным фанатикам.

Неподалеку затрещали выстрелы. Том Комптон, шедший впереди, сделал Гилфорду знак пробираться вдоль отвесной каменной стены, покрытой мхом. Небо, еще с утра ясное, затянулось свинцовыми тучами, из них время от времени лил дождь. В полумраке изувеченное тело следопыта слабо светилось – примерно с яркостью свечи. Но даже это демаскировало его. С таким же успехом можно повесить на груди табличку: «Добейте меня, пожалуйста, я мертв еще только наполовину».

Но и врагов разглядеть было несложно.

С десяток их двигалось по безмолвному проспекту всего в нескольких ярдах. Гилфорд скорчился за обломком стены и проводил чудовищ взглядом. Их шишковатые спины лоснились, как кованый металл, а удлиненные головы беспокойно вращались. Существа были двуногими – ни дать ни взять гротескные шаржи на людей, которыми они еще недавно были. У некоторых на костлявых бедрах и плечах висели лохмотья одежды.

Смертная часть Гилфорда Лоу была в панике.

Но смертная часть Гилфорда Лоу подавила свой страх.

Он двинулся в лабиринте из растрескавшихся каменных стен к центру Города той же дорогой, по которой прошел кошмарной зимой почти полвека назад. Впереди возвышался купол Колодца, абсолютный край этого феноменального мира.