Аномалы. Тайная книга - Андрей Левицкий

* * *

Вбежав в Детскую, Артур налетел на Сущность, развернул девочку лицом к себе и опрокинул на колени. Опустившись сам, схватил за плечи и уставился в бездонные, черные, нечеловеческие глаза.

Круговая волна аномальной энергии покатилась от них.

* * *

Титор перескочил через пытающуюся встать Яну и прыгнул к треугольной двери. Что-то рванулось навстречу ему, хлынув в проем, — жгучая, яростная волна… Иван Степанович Титор внезапно осознал весь ужас своего существования, всю свою мерзость, вспомнил боль, которую причинил другим. Бесполезно, все бесполезно! Зачем он живет, какое право имеет жить — после всего, что совершил? Но главное — смысл, для чего жить?!! Это надо прекратить, прямо сейчас! Рука с пистолетом взметнулась…

Но почти утонув в океане ненависти к себе, краешком сознания Иван Титор еще понимал, что происходит, и палец нажал на спусковой крючок за секунду до того, как ствол уперся ему в лоб. То есть в тот самый миг, когда пистолет был нацелен на Жреца.

Пуля попала в спину между лопаток. Ахнув, Жрец завалился вперед, но Сущность с неожиданной силой отпихнула его. Пальцы соскользнули с узеньких детских плеч. Жрец качнулся назад, но отвел руку за спину и уперся в пол. Девочка выпрямилась, продолжая всматриваться в его глаза, толкнула, и Жрец мягко завалился на бок. Тогда она отошла подальше, села, поджав ноги, и неподвижным взглядом уставилась на тело перед собой.

* * *

— Яна! — Вбежав в Тамбур, Стас сразу подскочил к ней и попытался поднять. — Что случилось?!

— Сюда! — Вцепившись в него, чтобы не упасть, она шагнула к треугольному проему, в котором, держась за края обеими руками, стоял Иван Титор. — Жрец хочет всех поубивать, надо его остановить!

Их толкнули так, что оба упали, причем Стас свалился на Яну, и она охнула под его весом. Мимо пронеслась Ксюха. Титор начал поворачиваться, получил удар в горло и свалился в проеме. Ксюха перескочила через него, увидела лежащего в луже крови Артура, бросилась к нему. Перевернула на спину заглянула в лицо. Артур слабо шевелил губами, пытаясь что-то сказать.

Титор медленно сел, держась за горло. Удар пришелся в кадык, Иван едва дышал, каждый вдох и выдох сопровождала острая боль. Привалившись спиной к косяку, он увидел Мага с Тьмой, вставших над ним.

Амазонка в центре Детской вскинула голову. Лицо ее стало маской ненависти, глаза пылали. Жрец, лежащий затылком на ее коленях, не шевелился. Она подняла руку, обратив ладонь к Титору и двум аномалам в треугольном проеме.

И тогда Стас вдавил гашетку на рукояти церебратора.

Один датчик показывал «0,98», на втором была цифра «7».

Примерно столько и отделяло его от Ксюхи с Артуром — и по истечении двух секунд гравитационная флуктуация сформировалась на уровне пола прямо под ними.

На участке в пару метров сверхпрочная плита, усиленная сеткой из вольфрамового сплава, превратилась в труху. Локальное искривление гравитационного поля сломало, размозжило, искромсало тела двух аномалов, которые булькающим красным супом, наполненным цементной крошкой, пролились вниз.

— Пусти меня! — сказала Яна. — Там ребенок, пусти…

Шагнув в бункер, она обежала пролом. Схватила сидящую позади него девочку на руки и поспешила обратно. Стас попятился, глядя на Титора. Тот все еще держался за горло. Мысли в голове Ивана путались, искусственно созданная ненависть к себе схлынула, но все еще не исчезла полностью, хотя становилась все слабее… Дышалось немного легче, но Титор знал: в ближайшие минуты боец из него никакой. А запасного магазина к пистолету нет.

Из Смотровой появились Мишка с Борисом — первый придерживал второго, шатающегося, за плечи. Пуля оставила на голове Бори кровавый пробор, сбрив волосы вместе с кожей, но кость не пробила.

— Как нам выйти отсюда? — спросил Стас у Титора. Тот молчал, и он повысил голос. — На этой двери кодовый замок — какой шифр? Мы все равно вылезем в пролом, но это дольше. Говори код, иначе…

Он направил на Титора трубу церебратора. Иван подобрал ноги, чтобы Яна, с трудом удерживающая малышку, смогла выйти из бункера. Иван уже видел, на что способна эта штука в руках Мага. Погибнуть теперь, когда Жрец мертв и самого Титора вряд ли смогут обвинить в преднамеренном убийстве, максимум — в нарушении пункта служебной инструкции, касающегося проноса огнестрельного оружия в «Глубь»… Нет, сейчас погибнуть было бы попросту глупо.

Мучительно сглатывая и запинаясь, держась за горло, он назвал цифры. Яна первая подошла к двери, стала набирать их, поставив девочку на пол и крепко держа за руку.

— Я на самом деле против Жреца был! — частил Мишка, прислоняя Бориса, по лицу и вискам которого текла кровь, к стене. — Правду говорю, я ж не знал, что он учудить собирается. То есть сначала — за него, я ему помогал, но… Блин, да он же сказал: нас хотят убить, нужно бороться! Откуда мне было знать, что он затеет вот такое?! Он говорил, что хочет как бы подчинить всех, ну, типа, заставить полюбить аномалов… Нет, правда, Борька, не брешу!

— Заткнись, — бросил тот, и Мишка с готовностью заткнулся. — Стас, где Артур с Ксюхой?

— Их больше нет, — ответил он.

Яна закончила набирать код, и дверь на лестницу, ведущую вверх по стволу, поползла вбок.

В Смотровой зашевелилась, застонала Дина, лежащая на полу вместе с перевернутым креслом. Яна с девочкой, за ней — Мишка, Борис и, последним, Стас вышли на лестницу. Когда он был уже в дверях, сзади раздался голос:

— Спрячьте ее.

Стас обернулся. Иван Титор пытался встать, медленно распрямляя ноги и упираясь спиной в край проема, одной рукой он все еще держался за горло, другую прижал к верхней части груди.

— Этого ребенка. Унесите, спрячьте подальше. Чтобы не нашли. Правительство, ученые — никто. Спрячьте, а лучше убейте.

Ничего не сказав, Стас направился вверх по лестнице. Голоса остальных доносились до него. Вдруг Яна вскрикнула, потом заголосил и быстро смолк Мишка.

— Что там?! — Он рванулся по ступеням, выставив перед собой церебратор.

Достигнув коридора, где они с Борей оставили Алену, резко остановился.

Друзья столпились возле выхода с лестницы, а на другом конце коридора находились шестеро бледных мужчин в одинаковых темных комбинезонах, коротких куртках и черных шерстяных шапочках. Двое опустились на одно колено под стеной справа, двое — слева, двое стояли впереди. Один из них, самый старый в отряде, с морщинистым угрюмым лицом, держал в руках небольшой пистолет-пулемет, как и бойцы за его спиной. Какое-то импортное оружие, Стас не знал, что это за модель.

У второго, стоявшего впереди, рядом с угрюмым, был черный пистолет с глушителем. Лицо — серьезное, с правильными, как у манекена, чертами — ничего не выражало. Стас узнал его: помощник Ивана Титора, хотя ни имени, ни фамилии этого человека он никогда не слышал.