Я – Спартак! Возмездие неизбежно - Валерий Атамашкин

– Если выпрямить все, что сказал Тит Артий, вы не учитываете, что в одном морском переходе от Брундизия находятся легионы Марка Варрона, а к стенам вот-вот подойдет Красс, – прямо заявил он.

Было видно, как изменилось лицо Рута после этих слов, и он уже хотел было сказать что-то язвительное, но я положил руку на плечо гопломаха. Я знал, что дуумвир не врет. По последним известным мне данным, Марк Варрон Лукулл на прошлой неделе провел свои войска через Эгнатскую дорогу в гавань Эпидамна и начал подготовку к погрузке легионов на корабли. Оттуда было всего девяносто морских миль до гавани Брундизия, или, как правильно сказал дуумвир, всего один морской переход.

– Что с того? – спокойно спросил я.

Рыжебородый пожал плечами.

– Я наслышан о вас, Спартак, поэтому уверен, что разговариваю с настоящим мужчиной. Скажу вам прямо, это вы загнаны в тупик, оказавшись в Брундизии, вовсе не мы. Надеюсь, вы понимаете, о чем я с вами говорю?

Он впился в меня своими поросячьими глазками. Я не отвел взгляд. Во многом дуумвир был прав. Стоило посмотреть на ситуацию со стороны, и становилось понятным, что, укрывшись за прочными стенами Брундизия, мы попадали в капкан. В Калабрию подступал Красс, войско которого сплошь да рядом состояло из ветеранов Помпея. С моря в порт Брундизия со дня на день должны были прибыть силы Лукулла, который ничем не уступал Крассу, если и вовсе не превосходил его. Со стороны ситуация казалась безвыходной. Грамотно проведенная осада, с лучшими традициями которой наверняка были знакомы оба полководца, превратит жизнь обороняющихся рабов в ад. Если даже предположить, что мне удастся отбить попытки штурма двух лучших полководцев Рима, имеющих в своем распоряжении более ста тысяч человек лучших легионеров, и отстоять свои позиции, то нам придется выбросить белый флаг. Брундизий казался жирным куском, склады которого были набиты доверху, но рано или поздно невосполняемые запасы истощатся, начнется голод, тогда как армии Лукулла и Красса продолжат бесперебойно получать провиант. Именно так все выглядело со стороны.

– Как бы то ни было, сейчас у стен Брундизия нет Марка Красса, а на горизонте не видно кораблей Марка Варрона, зато в городе есть несколько тысяч недовольных людей, которые готовы пойти на все, лишь бы вернуть себе свободу, – твердо сказал я. – Я бы на вашем месте более трезво оценивал сложившуюся в городе ситуацию и не делал опрометчивых выводов.

– Можете спросить у фурийцев, насколько быстро горят города, – напыщенно фыркнул Рут.

Было заметно, как побледнел Корнелий Летул после слов гопломаха. Он опять начал приглаживать свою бороду, что, возможно, придавало некой уверенности городскому управленцу.

– Что с Фуриями? – наконец спросил он.

– Пришлось сжечь город, который понадеялся на помощь вашего любимого проконсула, дотла, – холодно ответил Тирн, оскалившись. – Замечу, что фурийцам не помог ни чрезвычайный империй Красса, ни выставленный в городе римский гарнизон.

Рыжебородый нахмурился. Дуумвиры переглянулись, пытаясь понять, не блефует ли молодой галл. Наконец Корнелий Летул посмотрел на меня и еще выше вскинул подбородок.

– Это правда? – спросил он.

– Это чистая правда, – поспешил заверить я управленцев. – Мне ничего не стоит спалить ваш город вместе с портом до того, как Красс или Лукулл, на которых вы так надеетесь, подойдут сюда ближе чем на лигу. Я не позволю высадиться Марку Варрону, вы должны это понимать, как никто другой.

– Да и море сейчас беспокойное, знаете ли! – проскрежетал Рут.

Уже в который раз дуумвиры переглянулись.

– Они блефуют, – покачал головой Тит Артий.

– Спартак, отдай приказ, и я со своими ребятами сейчас же подожгу…

– Не надо ничего поджигать! – перебил гопломаха рыжебородый дуумвир. – Я верю вам.

Повисло молчание. Было видно, как изменились лица дуумвиров. Я не видел в их глазах страха, но из взгляда пропала уверенность. Говорить вновь начал рыжебородый.

– Ты понимаешь, что если мы выполним твои условия, Спартак, то будем казнены? – сухо спросил он.

– Вот-вот. Мы верстаем себе смертный приговор собственными руками, – поспешно закивал Тит Артий. – Как прикажешь изъясняться с Крассом или Лукуллом, когда все это кончится… – Он вдруг запнулся, понимая, что сболтнул лишнего, и махнул рукой. – Не хочется становиться врагами Республики, чтоб вы знали, ай как не хочется.

Я видел, как покраснел от гнева Рут, как заходили желваки у Тирна. Внутри меня тоже полыхнуло.

– А вы уверены, что именно Красс или Лукулл выйдут из этой схватки победителями? – Я сверкнул глазами. – Почему никто из вас не думает о том, что победителями из этой схватки выйдем мы? Ну же, назовите мне хотя бы одну причину! Ну же! – Я замолчал, тяжело дыша и осматривая дуумвиров взглядом, метающим молнии. – Впрочем, выбор у вас невелик!

– Не гневайся, Спартак! Плевать я хотел на Лукулла, а тем более на Красса, но мы имеем право знать, на каких условиях принимаем капитуляцию города, за который отвечаем и который любим! – заявил Корнелий Летул.

– Скажу прямо! – вмешался Тит Артий. – Ты должен понимать, мёоезиец, что нам безразлично все то, что происходит за воротами нашего города. Мы не хотим, чтобы Брундизий пострадал, и это для нас главное, а не триумф Красса или Лукулла или судьба вашего восстания! Все это неважно для брундизийцев, потому что это, по сути, не наша война!

Выслушав дуумвиров, я успокоился, взял себя в руки и продолжил.

– Если вы сделаете все ровно так, как я велел, то я, в свою очередь, сделаю все для того, чтобы Брундизий остался цел, а с голов горожан не упал ни один волос! Это мое слово! – отрезал я.

– Что будет, посмей кто-то ослушаться, Спартак? – спросил Тит Артий.

– Прольется кровь, а город повторит судьбу Фурий, – резко ответил я.

Дуумвиры одновременно вздрогнули, но быстро взяли себя в руки.

– Мы поможем подготовить город к обороне. Мое слово взамен твоего слова, Спартак. Все пройдет гладко, я обещаю.

Корнелий Летул протянул мне руку. Я видел решимость в его взгляде. Мы обменялись крепкими рукопожатиями с дуумвирами.

– Ты поступаешь разумно, Корнелий Летул, – сказал я.

– Распоряжайся, и мы выполним твой приказ, никто из нас, горожан, не хочет, чтобы от города остались одни только руины, – заверил рыжебородый.

– Ступайте, мои командиры нагонят вас в порту и отдадут первые приказания.

Дуумвиры, по всей видимости, оставшиеся удовлетворенными исходом переговоров, засеменили прочь. Сделка действительно выглядела успешной. Дуумвиры оказались неплохими дипломатами и зрили в корень. Брундизий, как и любой другой торговый город, искал выгоду во всем. Не зря именно брундизийцы в свое время не оказали никакого сопротивления войскам Корнелия Суллы, без боя открыв ворота города перед легионами будущего диктатора…