Космическая Академия - Дарья Проценко

В отличие от ее прежних мужчин, он не говорил ей никаких ласковых и нежных слов и не восхищался ее умом или красотой. Айрис почему-то очень хотелось, чтобы он вел себя как другие, по крайней мере, тогда она знала бы чего от него ожидать…

Сейчас Дану вышел в открытый космос.

«Что-то с настройками связи. Я ненадолго», – объяснил он ей.

Облачился в легкий скафандр и ушел в транспортный отсек, откуда наружу вёл люк.

Айрис завернулась в одеяло, заварила себе кофе и плюхнулась на кушетку. Думать. Все очень странно. Игра со старпомом ее по-настоящему увлекала. Рис вообще любила балансировать на грани. Но то, что происходило с ней и с ним в последние дни, уже никак не назовёшь игрой. Ее тянуло к нему и физически, и морально, и она старалась всячески этому сопротивляться. Потому что странности старпома никуда не делись. Она не могла никак понять, что он собой представляет и как ей с ним себя вести. Более того, их любовные отношения начались слишком быстро, и продолжались, и продолжались, и продолжались, и продолжались, много раз продолжались, но в пылу этих «продолжений» они так ни разу и не поговорили о том, зачем все это и к чему ведет. И поэтому Рис было немного не по себе. Как будто Дану уже все решил, ей ничего не сказал, и она полностью утратила контроль над ситуацией. При этом девушка даже самой себе не признавалась в том, что ждет, когда же он, наконец, закончит возню с антенной, вернется назад и все начнется сначала. И сама мысль о том, что он подойдет к ней и дотронется до ее шеи, груди, вызывала в теле возбуждение и истому.

Появление Дану дейгарка почувствовала еще до того, как он открыл переборки, ее словно потянуло куда-то, она еле успела пристроить стакан с кофе на маленький столик.

– Все в порядке? – спросила она, увидев его.

– Конечно, не сомневайся.

Он подошел к ней, коснувшись настенной панели, вырубил свет, потом чуть ли не вырвал из рук одеяло. Глаза старпома – как два полыхающих протуберанца, он весь напряжен и тверд. Айрис протянула к нему руки, чтобы обнять и приласкать, но старпому было не до нежностей, он захватил ее, завоевал, овладел ее телом и снова нырнул вместе с ней в пучину экстаза.

– Ты моя, ты только моя, – шептал Дану. А из-за иллюминатора за их любовным безумием подглядывали звезды…

Ближе к вечеру по относительному времени Айрис пришла в себя. Дану рядом спокойно спал. А ее почему-то трясло. Она налила себе горячего чаю, бухнула туда сахару от души и присела в пилотское кресло. Непонятно зачем она начала проверять настройки, и оказалось, что старпом вместо того чтобы «наладить связь», зачем-то так поработал с антенной, что она теперь просто не функционировала. Айрис нервно оглянулась на Дану и дрожащей рукой запустила расконсервацию резервной антенны. Потом отправила сообщение на КА.

Ответ пришел, когда они завтракали.

– Офицер Ромеро, вы отправляли сообщение на крейсер? – поинтересовался старпом, переходя на официальный тон.

– Да! – с вызовом заявила Айрис. Ничего плохого она не сделала! Имеет право!

Дану внимательно посмотрел на нее, но прежде чем она успела испугаться, улыбнулся.

– Отлично! – объявил он. – Раз вам так хочется, то скоро мы вылетаем. Расчёты почти закончены.

Айрис не придумала, что ответить, и просто холодно кивнула.

* * *

– Рерих! Ты снова режешь меня-меня без ножа! – наперебой вопили по рут-кому Дор-Гон. – У меня-меня и так дурдом!

– Дур-Дом? Серьёзно?

– Именно! Не госпиталь, а дурдом, и… Кончай хохмить! Мне-мне тут целый взвод резервников доставили с серьёзными ранениями из Экебана. С каких это пор в горячие точки отправляют без кибердоспехов?! – доктора были на грани истерики. – Какой идиот проморгал?!

– Я с этим разберусь, – в момент посерьёзнел Шадор, параллельно активируя чёрную метку офицеру по снабжению. Недолго тому осталось пребывать на этом тёплом посту. Второй случай за год… А это уже систематическое нарушение устава. Выговором не обойдёшься.

– И в реанимации у меня трое! – не унимались Дор-Гон. – В том числе и после таврийского эскорта…

– С дебаркадера только одна, – напомнил ему-ему Шадор. – Я в курсе.

– Да! Но в тяжёлом состоянии! И, кстати, все переломы я-я зарастили и вылечили по твоему приказу.

– Объявлю тебе-тебе за это благодарность по рут-кому…

– Да на кой мне-мне твоя благодарность!?

– Ладно. Моё дело предложить. А теперь принимай новый приказ. Я уже оформил.

– Рерих! Рерих! Рерих! Но зачем нам ещё экстренная диспансеризация?!

– Я тебе-тебе говорил. Тезерион. Надо срочно отыскать полиморфа и водворить в камеру.

– Так этот твой… двухмерный притащится даже не на этой неделе, а в конце следующей.

– Вот я и сократил твоё-твоё время до недели, чтобы с запасом.

– Но… я-я физически не успеем обследовать всех за неделю!

– Положим, не всех. Некоторых ты-ты уже осмотрели… И возьмите себе-себе помощников с третьего курса. Им надо отрабатывать программу медподготовки.

– Капитан! – против обыкновения взмолились доктора, используя последнюю попытку. – Мой госпиталь не рези…

– Выполняйте! – И Шадор отключился. А его внимания уже требовал Кабук, и несчастный экс-офицер по снабжению топтался за дверью, пытаясь отправить капитану объяснительную.

– Кэп! – радостно известил по комьюните шкипер. – Бригантина-22 нашлась! С экипажем всё в порядке… Временные неполадки в системе навигации.

– Ну, хоть какой-то камень с души, – выдохнул Шадор.

А вот у Дор-Гона этих камней было столько – и на душе, и за пазухой, что если бы они все разом упали, то наверняка бы проломили дно крейсера и образовали целый астероидный пояс. Однако эризийцы унывали недолго, и прочитав приказ капитана два раза – про себя и вслух, как обычно, постарались извлечь из ситуации двойную выгоду… Для себя-себя.

«Всех ка-маргов отправлю в карантин, – рассудил Дор. – Пусть их мед-лепреконы шерстят».

«И продолжу с двенадцатым звеном, – потёр ладони Гон. – Тиранна здесь и давно обследована, Ярим был на осмотре недавно – оба точно не полиморфы, и Бринн как раз тут».

«А дальше посмотрим!» – заключили оба и резво побежали на трёх ногах извлекать пользу.

Тройную! Для себя-себя и одного парня.

Дор-Гон поспешили в реанимационный блок, где его-его ждал Бринэйнн.

* * *

Дор-Гон встретили Бринна с серьезными лицами.

– Все настолько плохо? – спросил он.

– Да, – кивнул Дор.

– Нет, – сказал Гон.

– Понимаешь, Бринн, – Дор выразительно покосился на Гона, – это контузия. Надолго ли, трудно сказать, но все функции восстановятся. Со временем. А сейчас… э-э-э… девушке необходимы процедуры, покой…