Космическая Академия - Дарья Проценко

– Сниф! Сниф!

И Кортес отключился.

Окружение тэйев дрогнуло, и воцарился хаос. Коррозийная субстанция рассеялась, и обзор заполнился сгоревшими останками чудовищ.

– Второй ряд! На рубеж! – грянул новый приказ капитана. – Держать строй! Диспетчерская, готовы?

– Так точно.

– Погодите! – воскликнул баллистик.

– Ну? – Шадор крутанулся к нему на каблуках.

– Неполадка! То есть это не… Сигналы искусственно блокируются.

– Кем?

– Изнутри, – офицер казался удивлённым. – Из рубки. Уровень доступа…

– Мы не причиним им вреда, – Дану оторвался от пульта и посмотрел на Шадора. Глаза ара полыхали огнём, ни зрачков, ни белков, как будто из глазниц вырывалось пламя. – Прости, Рерих, – он впервые назвал капитана по имени. – Я не должен. Скорее умру…

– Умрёшь, сволочь, – Кабук отпрыгнул от штурвала, выхватил из орудийного щитка пулдагер и направил на старпома. – Сдохнешь, тварь! Если не прекратишь. И всё равно сдохнешь!

– Нет! – Шадор метнулся с мостика и заслонил старпома. – Вилиам, успокойся.

Баллистик замер, переводя взгляд с капитана на шкипера и на старпома. Коммодор вызывал по рут-кому службу безопасности.

– Какую твою каракатицу успокойся!? Из-за него… – на губах шкипера пузырилась слюна. – Столько ребят… сгинули… Отойди, Рерих! А то я и тебя продырявлю!

– Дану, – попросил капитан, пробуя отменить команды старпома. – Разблокируй орудия.

– Нет, – ар не уступал. – Не позволю им навредить. Сотни жертв корчатся в агонии… Разве ты не слышишь? Не чувствуешь? Они страдают…

Из глаз Дану вместе с пламенем выплёскивалась и боль. Шадор каким-то непостижимым образом это прочувствовал.

– Они – мой народ! Я не хочу… Лучше умру с ними.

– Умри!

– Стой! – закричал Шадор.

– Не двигайтесь, капитан! – Кабук прицелился, и рука не дрожала. Он только ранит капитана, тот выживет. Надо любой ценой убить старпома, и кошмар закончится.

– Твою за ногу! – в рубку влетела Ромеро, на ходу вскидывая старбеллум.

– Стреляй, Рис! – шкипер заметил, что она в более выгодной позиции, чем он. – Стреляй!

Тогда как он держал на прицеле старпома через капитана и собирался прошить Шадора насквозь, не задев жизненно важных органов, Айрис беспрепятственно стояла на линии выстрела. Перед ней Дану весь как на ладони. Капитану не прикрыть ара от двоих. Если не Вилиам, то Рис…

Айрис заколебалась. Велико искушение пристрелить старпома, навсегда избавить и себя, и КА от этой проблемы, но…

– Рис! Не надо! – умолял Рерих. – Нет!

– Рис! Стреляй! – приказ шкипера просто взорвал мозг.

– Нет! Стреляй! – их возгласы слились в один.

Дану молча наблюдал за Айрис огненными глазами. Вдруг улыбнулся и прошептал:

– Убей меня, Рис, я больше так не могу. Ты же этого хочешь? Твои желания для меня закон. Я угасну по твоей прихоти…

– Стреляй! – Вилиам потерял терпение. – Немедленно! Там наши гибнут!

– Тарантула в каракатицу! – дико выругалась Айрис и кинула старбеллум Шадору, а тот еле поймал его и наставил на шкипера. Рис подбежала к Дану и обняла его, вопреки всему. Ар внезапно обмяк в её руках и словно расплавленный воск растёкся по нервам, но не горячий, а тёплый, слился кожей, и слёзы заструились из глаз Айрис. Дану вздохнул, зарылся лицом ей в волосы и простонал:

– Ри-ис…

Какое долгожданное облегчение! Он снова с ней в связке, он чувствовал, как прежде, и это не причиняло ему боли… Только наслаждение.

– Орудия в норме! – не дожидаясь приказа, баллистик запустил торпеды в тэйаров.

– Отзови КуКи, – Шадор опустил старбеллум, глядя на шкипера в упор. – Сдай оружие, это приказ. Ты арестован.

– Есть, – Вилиам скрипнул зубами и отшвырнул пулдагер.

– Рис, – Рерих обернулся к Айрис. – Спасибо!

– Иди к чёрту, капитан, – процедила она, прижимая к себе Дану. – Я уже об этом жалею и пожалею снова тысячу раз. Следовало его пристрелить.

– Вот-вот, – пробурчал Кабук, вызывая на связь кураторов. – Идиотка. А меня под арест.

«Тупая безрассудная идиотка, – тоскливо согласилась Рис. На что она глупо променяла свою прекрасную жизнь без ара? Наплачется ещё! А Дану так беспомощно льнул к ней. – Долбаная ответственность!»

– На твоём месте, Рерих, – Ромеро обратилась к торчащему столбом капитану, – я бы вызвала санитаров. Одной мне не дотащить его до каюты. Тяжёлый, как…

Недобитые тэйары разбежались. Уцелевшие корветы вернулись на крейсер, и КА лёг на курс в Q-пространстве. Шадору поступали доклады о повреждениях, разрушениях и смертях.

– Ни один корвет из передовых не уцелел…

– Более половины погибли.

– Тридцать процентов схвачены тэйями…

– В основном это ка-марги.

– Те, кого удалось вытащить…

– Сейчас в госпитале.

– Повреждения кибердоспехов…

– Контузии…

– Ранения…

У капитана трещала голова. Сколько он бодрствовал? Двое суток? Больше? Одно утешало. Системы восстановлены. Дану спит в своей каюте. Рис пока за ним присмотрит. Но что дальше?

Вопреки прогнозам доков, раненых оказалось много, но больше погибших в желудках у тэйев, а также разорванных, смятых и задохнувшихся.

Гай метался на кровати. И выглядел он белее, чем сама простыня, устремив сумасшедший взгляд в потолок, бормотал:

– Булфергская корова… Нас вытащил боцман… И Сэм, Сэм… Они спасли. Резервники…

Гаем займётся психолог, а Мира пробиралась дальше между койками и сетовала, что у неё не четыре руки, как у близнецов. Ка-Таго с треснутым черепом везли на операцию… Снифа вырезали из покорёженного доспеха и подключали к аппаратам в реанимации. Сэм с переломами. Ярим отделался царапинами, благодаря…. Мира металась от пациента к пациенту, пока не споткнулась возле одной из кроватей и выронила баллончики с пенобинтами. Перед ней без сознания лежал мужчина, весь в синяках и кровоподтёках… Джон! Или не Джон… Тогда кто? Кортес?