Звёздные войны. Траун. Доминация. Высшее благо - Тимоти Зан

– Спокойной ночи.

Несколько минут Хаплиф сидел неподвижно, ворочая в голове происходящее. Кочевье в горах Панопил по размаху не шло ни в какое сравнение с тем, которому Шимкиф преждевременно положила конец, и потому было не таким зрелищным. Контраст настолько бросался в глаза, что Хаплиф надеялся, что Йоми быстро потеряет к нему интерес и захочет уехать.

Но шел уже четвертый день, а девица еще не растеряла запал. То ли ее и правда захватило развлечение, пускай и убогое, то ли она из упрямства не хотела признавать, что просчиталась.

А еще не исключено, что она целенаправленно ставила Хаплифу палки в колеса.

Агбуи глухо выругался. Наверное, в ее облачном дневнике есть зацепки, которые наведут его на ответ, но поиски в ее каюте вот уже два дня подряд не приносили результатов. Судя по всему, она забирала картины с собой, когда они с Йопонеком уезжали любоваться птицами.

А тем временем срок, назначенный Джикстасом, неумолимо приближался.

Вперив взгляд в противоположную стену, Хаплиф в который раз перебрал в уме числа. Если они улетят отсюда в ближайшие три-четыре дня, то вполне успеют на встречу с Джикстасом и новым навигатором, которого он им пообещал. Через пять дней уже придется поднапрячься. Через шесть можно и не пытаться.

Само собой, к краху операции это не приведет. Богатый опыт приучил Хаплифа всегда закладывать в свои планы и расчеты определенный люфт. Но заставлять Джикстаса ждать все равно может выйти ему боком.

Йопонек обещал поговорить с Йоми, однако на данном этапе все надежды были на Шимкиф. После прибытия на планету она снова тихо ускользнула и с тех пор не появлялась. Может статься, что и это кочевье резко захлебнется.

Следующее утро выдалось ясным и погожим. Чиссы покинули корабль еще до рассвета, прихватив свою экипировку для пешего туризма, но через два часа ни с того ни с сего вернулись.

Впрочем, вернулись они далеко не в том состоянии, в каком уезжали. Йоми была практически без чувств, а Йопонек, обливаясь потом, то ли вел ее, то ли тащил на себе.

– Не знаю, как так получилось, – пропыхтел чисс, когда двое агбуи, выбежавшие из корабля на его горестный зов, понесли девушку в ее каюту. Когда они проходили мимо, Хаплиф успел заметить, что ее глаза расфокусированы, а дыхание прерывистое.

– Она сказала, что ей нехорошо, и мы решили вернуться. Но на полпути она уже не могла стоять на ногах.

– Надо было позвонить, – мягко укорил юношу Хаплиф, беря его за руку, чтобы проводить внутрь корабля. Йопонек было устремился за Йоми, но Хаплиф подтолкнул его к салону, где усадил в кресло. – Мы бы за вами приехали.

– Не вариант, – сказал чисс. Было видно, что он на грани измождения – вон как ноги дрожат после того, как пришлось тащить невесту на себе до корабля. – Работа коммуникаторов сбивает птиц с толку, поэтому в этой зоне они не работают.

– Ясно. – Хаплиф налил Йопонеку выпить. Интересно, этот внезапный недуг – случайность или дело рук Шимкиф? – Надо вызвать врача. Наши медицинские познания в отношении вашей расы весьма скудны.

– Бригада экстренной помощи уже едет, – сообщил чисс. Он осушил чашку и протянул ее за добавкой. – Я позвонил, когда корабль оказался в зоне видимости, чтобы дать им ориентир.

Хаплиф помрачнел:

– Вы думали, что мы могли улететь?

Йопонек коротко пожал плечами:

– Даже не знаю. То, что вы высказали мне прошлым вечером… Вашими поступками движут интересы вашего народа. Я все понимаю.

– Может, и движут, – сказал Хаплиф. – Но мы бы ни за что не улетели, бросив наших гостей. Уж точно, не поставив их в известность.

– Хаплиф? – позвал кто-то из коридора. – Чисские медики приехали.

– Отведи их в каюту Йоми, – распорядился он, поднимаясь на ноги и протягивая Йопонеку руку, чтобы он мог на нее опереться. – Идемте.

* * *

– Зеленые полосатики? – через силу спросила Йоми. Ее голова утопала в подушке, и было только видно, как она озадаченно морщит лоб. – Но меня никто не кусал и даже не задевал.

– Ты бы и не заметила, – объяснил Йопонек, участливо положив руку ей на плечо. – Медики сказали, что это такой гнус, который не кусает и не жалит. Они прыскают ядом на кожу, чтобы он впитывался дальше. В этих горах насекомым приходится отбиваться от крупных хищников, так что яд у них убойный.

– Сначала великое кочевье, теперь это, – пробормотала девушка. – Что-то мне не везет в последнее время.

– Зато, раз уж ты единожды получила дозу яда, организм выработал к нему антитела, и в следующий раз реакция будет не такой бурной, – разглагольствовал чисс. – И больше всего радует, что через день-два ты полностью поправишься.

– Значит, мы вылетаем на Селвис? – спросила Йоми с ноткой обреченности в голосе.

Хаплиф с Йопонеком переглянулись.

– Я думал, ты хотела остаться еще, полюбоваться кочевьем, – сказал юноша.

– Я думала, ты рвешься на Селвис, – ответила она.

– Обсудим все это позже, – поспешно вмешался Хаплиф. Ему вовсе было не на руку, если Йоми начнет капризничать, пользуясь тем, что жених эмоционально увяз в ее недомогании. – Пока что я согласен с Йопонеком: вам надо отдохнуть.

– Ладно. – Йоми закрыла глаза. – Поговорим завтра.

– Да, завтра, – пообещал Йопонек. Сжав ее ладонь, он шагнул к выходу. Хаплиф, ободряюще улыбнувшись девушке, направился следом.

Вскоре после того, как молодой чисс засел в своей каюте, чтобы предаться раздумьям и, зная его, вдобавок переживаниям, вернулась Шимкиф.

– Я не смогла придумать, как подрезать крылья здешним птицам, – поведала она, бухнувшись в кресло и принимая у Хаплифа напиток. – Поэтому я прибегла к оптимальной альтернативе и подрезала крылья ей. Надеюсь, на этом наши мытарства закончатся.

– Возможно, – с сомнением протянул Хаплиф. – Посмотрим, что она скажет утром.

– Ты не понял, – проговорила Шимкиф. – Перед тем, как прийти сюда, я проведала ее. Ты же знаешь, как она терпеть не может чужих прикосновений? А сейчас ничего, податливая.

На лбу у Хаплифа собрались складки.

– Не забывай, что «чтение» спящего всегда неточно.

– Но она-то не спала, – возразила Шимкиф. – В этом и суть: ее немного повело, но она была в сознании. Оказывается, мы все это время ошибались. – Она немного поразмыслила. – Вернее, я ошибалась, ну да ладно. Видишь ли, ей не надо, чтобы Йопонек жертвовал своими надеждами и мечтами ради нее. Она хочет только, чтобы он был готов ими пожертвовать. Как только она убедится, что он ставит ее превыше своих амбиций, ему сразу же будет дозволено лететь на Селвис за славой и почетом, а она будет стоять с ним бок о бок, лопаясь от гордости.

– Ну и славно, – произнес Хаплиф, лихорадочно перебирая в уме варианты. Если удастся подтолкнуть Йопонека, чтобы тот ясно дал понять своей невесте свои намерения, они уже завтра могут быть в пути.