Война - Роман Злотников

– Ну что там?

– Не видно никого, товарищ комбат! – прокричал разведчик, после чего ловко соскользнул по стволу на землю. – Только гражданские.

– А техника?

– Один автомобиль. Легковой. Но больно старый. Похож на те, что ещё до империалистической выпускались… И три телеги с сеном!

Александр задумался. Похоже, не засада и в городке действительно никого нет. Странно. Это уже третий немецкий городок, который встретился им на пути за эти сутки. И опять никого? Неужто из тех, что они проехали ранее, никто ничего не сообщил? А если сообщили – то где немцы? Ну, то есть… немцев-то впереди до хрена – несмотря на то, что городок небольшой, тысяч пять жителей в нём точно наберётся. Но войска-то где?

На территорию Германии они вошли в августе. Причём вполне себе обыденно. Шли себе шли, оставляя позади ухоженные австрийские деревеньки, а потом от двигавшихся впереди разведчиков примчался мотоциклист на трофейном «Цундапе» и, содрав каску, восторженно заорал:

– Всё, славяне, – мы в Германии!

Народ поорал, покидал шапки вверх, да и двинулся дальше. Вокруг же ничего, считай, и не поменялось – ни внешний вид аккуратных домиков в «дорфах», ни язык дорожных указателей.

Первая ночь в Германии прошла, в общем, спокойно. Уже на закате они вошли в довольно большое немецкое село (ну, или небольшой городок), после чего Александр вызвал местного старосту (ну, или бургомистра – хрен его знает, как он тут называется) и поставил ему задачу обеспечить постой и питание батальона. Староста справился блестяще. В течение часа каждая немецкая семья, в доме которой встали на постой русские солдаты, приготовила довольно неплохой ужин, после чего освободила дом, удалившись в хлев, конюшню и на сеновал. Где и затихла до утра. Так что бойцы плотно поужинали, отлично выспались, а потом ещё и неплохо позавтракали остатками ужина. После чего в полном порядке покинули село, к полному изумлению немцев никого так и не убив и не изнасиловав.

– Нормальные вроде люди, – удивлялся потом старшина его первой роты Василич. – Да и живут куда как богаче нас. И чего они на нас полезли?

Первый бой в Германии они приняли у небольшой деревушки Инкам. Ну как бой… драться там оказалось особенно не с кем. Сотни две человек в гражданской или, в лучшем случае, полувоенной одежде, вооружённых, считай, чем попало – от охотничьих ружей до-оо… сабель с кинжалами, устроили на подходе к деревне не слишком высокую баррикаду из брёвен, телег и мебели, за которой и засели, при приближении передового дозора батальона открыв по нему редкий и крайне неприцельный огонь. И на что они надеялись? Оборона противника развалилась сразу же, как только была развёрнута пара миномётов передовой роты, и на позиции противника упало с полтора десятка шестидесятимиллиметровых мин. Даже столь хиленький обстрел привёл к тому, что противник побежал… Так что Сашка даже не стал разворачивать батальон из походного порядка, отправив на прочёсывание деревушки всего одну роту и ограничив время прочёсывания сроком, на которое колонна батальона задержится в данном населённом пункте. Поскольку здесь же решили и пообедать. За неполных два часа бойцы задержали около ста пятидесяти человек и отобрали у них под две сотни единиц оружия. После чего колонна с пленными под охраной четверых конвоиров, за которой следовали четыре конфискованные в деревне телеги с мобилизованными тут же возницами, на которые было свалено собранное вооружение, была отправлена в тыл. А батальон двинулся дальше…

– Ну что делать будем, товарищ майор? – поинтересовался у Сашки его адъютант батальона. – Проскакиваем походным порядком или разворачиваемся?

Командир батальона мгновение подумал, а затем решительно рубанул рукой.

– Через двадцать минут, как закончится обед, – выдвигаемся походным порядком. И пойдём на самой быстрой скорости. Похоже, немцы нас прошляпили и с этой стороны никого не ждут, – он хищно усмехнулся. – Ну что, парни, как насчёт того, чтобы первыми войти в Берлин?

Стоящие вокруг командиры одобрительно загомонили. Сашка удовлетворённо кивнул и снова повернулся к адъютанту:

– Но вперёд вышлешь усиленную передовую заставу – не менее двух взводов. И придашь им одну самоходку. Понятно?

– Так точно! – усмехнулся тот.

– Сашья, вот я тебье поесть прьинесла.

Грозный комбат резко развернулся и слегка покраснел.

– Илона, ну вот что ты опять. У меня же ординарец есть. Ну что люди подумают?

– Пф… – фыркнула венгерка. – Ну и пусть завидуют.

Ну вот что ты с ней будешь делать?

Старший санинструктор Илона Баттьяи появилась в его батальоне ровно через неделю после того боя у вокзала Дебрецена. Причём представлять новую «боевую единицу» прибыл аж целый заместитель начальника политотдела дивизии.

В тот день Сашку сразу после завтрака вызвали в полк. От этого вызова он ничего особенного не ожидал. После того боя их сразу же вывели в резерв (ну, после таких-то потерь), а его самого, вследствие того, что комбат в том бою получил тяжёлое ранение, назначили и. о. командира батальона. Так что Сашка думал, что этот вызов связан как раз с новым назначением. Но дело оказалось совершенно в другом…