Новая Зона. Воды Рубикона - Григорий Елисеев

– Значит, так, народ! – громко начал Хофф. – Это предприятие связано с повышенной опасностью и участием гражданских специалистов. Люди профессора Борисова вооружены, но их пули мы побережем лишь на крайний случай. В связи с этим сохранять предельную внимательность, обо всем подозрительном докладывать мне, а обо всем, что вы видите в первый раз и не знаете, что это такое, – профессору или ближайшему научному сотруднику. Глаз с детектора не спускать. Если он начал трещать, не бегайте, не орите, а просто поднимите руку и осторожно сделайте три шага назад. Затем, опять-таки, сообщите мне или кому-то из ученых.

Хофф перевел взгляд на стоящего рядом Борисова.

– Все верно, если кто-то из вас вляпается в аномалию, мы сделаем все, чтобы ему помочь, – кивнул тот. – Ну или хотя бы доставить в ЦАЯ для опытов.

Члены отряда негромко рассмеялись. Помощники Борисова, одетые, как и сам профессор, в оранжевые защитные скафандры, переглянулись. О выражении их лиц, скрытых зеркальными забралами, оставалось только гадать.

Очередной порыв ветра захлопал выцветшими и изодранными в клочья рекламными баннерами, висящими на стене торгового центра. Метель усиливалась, грозя перерасти в настоящий буран.

– А теперь самое главное! – Хофф ткнул пальцем в закрепленный на голове комплект пси-защиты. – В здании наблюдается аномальная пси-активность чрезвычайно высокого уровня. Если кто-то из вас еще не съел полученные от людей профессора таблетки – сделайте это сейчас.

Он вытащил из кармана прозрачный запаянный пакет с разноцветными пилюлями, врученный ему Борисовым, разорвал упаковку и, опустив утепленную лицевую маску, быстро сунул препараты в рот. Затем снял с пояса фляжку и, сделав три быстрых глотка, взглянул на подчиненных. Маус с сомнением смотрел на таблетки, но личный пример командира, кажется, развеял сомнения медика.

– Профессор, вы не могли бы повторить еще раз, что именно делают эти пилюли, – попросил Хофф. – Так, на всякий случай, если кто-то решил проявить неблагоразумие.

– Да, конечно, – усмехнулся Борисов. – Маленькие синие защищают мозжечок от низкочастотных радиоволн, приводящих к потере координации движений. Оранжевые – затылочную и височную доли, благодаря чему у вас не пропадет слух и зрение. Большая черная, похожая на ампулу с вишневым соком, не даст псионическому воздействию разрушить вашу лобную и теменную долю, а также спинной мозг. Иначе – сначала кровь из носа, звон в ушах, затем паралич, мгновенная кома и либо смерть, либо, если очень повезет, состояние овоща до конца ваших дней.

– Ладно-ладно! Я все понял, – проворчал Гамильтон и, достав пакет, высыпал таблетки себе в рот.

– Вот теперь молодцы. А то прямо как в детском саду – то не буду, это не хочу! Хорошо… Теперь повторяйте за мной. – Хофф дотронулся до черного прямоугольника комплекта пси-защиты и щелкнул переключателем.

Лампочки на корпусе замигали, а затем вновь погасли, оставив гореть только зеленую.

– Отлично. – Сержант проверил состояние приборов на голове каждого из подчиненных, в то время как Борисов обходил своих подопечных. – Удостоверьтесь в работоспособности устройства у своего соседа справа. О любой неполадке немедленно сообщите мне.

– Сэр? – Майкрофт поднял руку.

– Да?

– Кажется, мой сломан, – неуверенно произнес рядовой, протянув Хоффу черный коробок с мигающей красной лампочкой.

– Возможно… – пробормотал сержант, обернувшись на подошедшего Борисова.

– Какие-то проблемы? – осведомился тот, забирая из рук Хоффа устройство. – А, все, вижу…

Ученый отошел к складному металлическому столу, на котором стояло несколько контейнеров с символикой ЦАЯ, и о чем-то быстро переговорил с коллегой. Тот кивнул, и вскоре профессор вернулся с другим комплектом пси-защиты. На этот раз огонек горел зеленым.

– Скорее всего, просто барахлит система распознавания пси-воздействия, – пояснил Борисов, протягивая Майкрофту прибор. – Но лучше не рисковать.

– Спасибо, – кивнул Майкрофт, надевая поверх шлема устройство.

– Отлично, разобрались. – Хофф повернулся к наемникам. – Еще у кого-то какие-то проблемы есть?

В ответ раздались негромкие отрицательные возгласы.

– Ясно. – Сержант обвел подчиненных взглядом. – Тогда слушай мою команду! Каждый берет себе по одному ученому под охрану. Это ваши ведомые, за их безопасность вы отвечаете головой.

Стоящие перед сержантом люди разбились на двойки и вновь построились в линию.

– Профессор, вы, соответственно, со мной, – обернулся Хофф на Борисова.

Ученый кивнул.

– Далее, – Александр продолжил инструктаж, – Майкрофт и Маус ведущие, Гам – замыкающий.

– Понял, сержант, – быстро подтвердил боец и отступил в конец колонны.

– Связь держать постоянно, если вдруг по какой-то причине вы потеряли из виду ближайшего члена группы, немедленно сообщайте по цепочке в обе стороны и останавливайте движение без моего приказа. Вопросы есть?

– Никак нет! – хором откликнулись наемники.

– Тогда вперед! – махнул рукой Хофф и первым направился к платформе грузового лифта, установленной техниками возле обрушившегося надуличного перехода.

Когда весь отряд погрузился в лифт, к Хоффу подошел Брагин.

– Мы будем следить за вами через нашлемные камеры ученых, – произнес он. – Удачи там, сержант. Берегите себя.

– Спасибо, – кивнул Хофф и, обернувшись на доповского пехотинца, стоящего возле пульта управления, крикнул: – Мы готовы, поднимай!

Боец козырнул и надавил несколько кнопок. Раздалось негромкое гудение электрогенератора, и платформа лифта, лязгнув, поползла вверх к открытой заснеженной площадке, находящейся перед мутными и грязными дверьми торгового центра.

* * *

Бруно снова выругался. Затем истерично рассмеялся. Он стоял посреди громадного бетонного помещения и безумно хохотал.

Остальные члены отряда разбрелись по пустому хранилищу. Белл толкнул распахнутую решетку одной из металлических клеток. Прутья толщиной с руку, образовывающие квадратные боксы для хранения слитков золота, протяжно заскрипели.

– Ну… никто и не говорил, что будет легко, – отсмеявшись и вытерев выступившие на глаза слезы, неожиданно произнес представитель ЦАЯ. – Хотя надо признать, вот это действительно смешно.

Он указал себе под ноги. Подошедший Роман, кивнув, не смог удержаться от иронического смешка. В пыли на полу лежал брошенный золотой слиток.

Наклонившись, Бруно подобрал его и, покрутив в руках, потер пальцем вдавленный оттиск.

– Да, это точно один из наших, – определил он. – Странно, что его здесь бросили…

Азимут тем временем, присев на корточки, провел ладонью по бетонному полу. Затем поднес пальцы к глазам и потер подушечки большого и среднего друг о друга.